Измена. Я от тебя ухожу - Алена Московская Страница 8

А куда он пошел? Куда вот он пойдет?

Оля, это не твои проблемы. Он сам все решил.

И может права все-таки Ксюша и надо было денег у него брать. Продать что-то из его вещей?

Ну это же всё-таки его вещи, так нельзя...

Я сомневалась. Меня раскачивало, словно на лодке посреди океана во время шторма.

Я очень боялась утонуть. Утонуть в своих мыслях и проблемах. Но ведь и мириться с таким отношениям я не буду. Пусть это просто все закончиться.

Ага. Надежды, надежды.

Поднималась я домой медленно.

Во-первых, голова болела. Во-вторых, тревожно.

У меня ком в горле встал, и я действительно боялась зайти в квартиру.

И вот не понимала, чего больше боюсь: увидеть там его или не увидеть.

Оля, у тебя расстройство какое-то. Мысли путаются.

Я набрала в легкие воздуха и выдохнула полной грудью, перед тем как открыть эту проклятую дверь.

А вот когда открыла, действительно выпала в осадок.

Худая девушка в белой рубашке стояла прямо в коридоре и смотрелась в зеркало. Поправляла свои рыжие волосы и подтирала пухлые розовые губы от помады.

Что это все значит? Какого... Так...

Дыши, Оля. Только дыши.

Ярость и обида перемешались в единый коктейль.

Я не знала мне орать на нее или расплакаться. Он, мало того что не ушел, так еще и привел ее в мою квартиру? Что за нахальство? Что за бред вообще?

— Приветики, Я Лида, — девушка обернулась на меня и помахала рукой.

Вася тут же появился в коридоре в одних трусах.

— О, Ляля, здорова, — сказал он, полувнятно, ковыряясь в зубах зубочисткой.

— Что это вообще значит, мать его!? — выругалась я, захлопывая за собой входную дверь.

Глава 9

Ольга

— Ну как что, вот Лида, я же сказал, что позову, — Вася смеялся мне в лицо.

Обнаглевший. Как он стал таким чудовищем за такое короткое время? Все же было более менее нормально.

Да, у нас были перепалки. Но чтобы настолько по-свински себя вести. Да никогда в жизни.

Я до последнего надеялась, что он держится за нашу семью, за меня. Какая же я наивная дура.

Вот так и пытайся сохранить, что так долго строилось.

Просто эта его Лида, прошлась по нам, словно тайфун, словно лавиной накрыла наше семейное счастье. Изменила его.... Я его не узнаю.

Я вскипала хлеще чайника.

— Ты оборзел, вон пошли-пошли отсюда! Оба! — я была на пике бешенства.

— Оля, успокойся, — включилась в диалог эта рыжая бестия.

Я сейчас их разорву. Обоих. Это где такое видано вообще?

— А ты закрой свой рот, одевайся давай! — я не собиралась молчать.

Страдать будем потом, а сейчас нужно разобраться.

Немедля, я взяла стоящую чужую женскую обувь и снова открыв дверь нараспашку, выставила ее за порог:

— Там обуешься!

— Ляля, прекрати, мы будем жить тут.

— Ты пойдешь в жопу, Вася, понял, а не жить тут! — выругалась я, поставив и его ботинки за дверь.

— Ты говорил, она тихоня, а не истеричка, — девушка прошла в коридор, перед этим провела рукой по груди еще моего мужа.

— Пошла вон! — я стояла у входа и контролировала.

Я это дело так не оставлю. Мерзость.

Я сейчас готова выволочить эту грязную, падшую женщину за волосы отсюда. Не знаю, хватит ли мне сил, но вот злости точно хватит.

— Ляль, ты правда пылишь, я не думал, что ты скоро вернешься, тем более, ну чего ты? Все ж нормально, давай поговорим как адекватные люди, — Вася стал подходить ко мне.

Я вытянула руку вперед, показывая " стой".

— Ты не адекватный. С тобой нельзя говорить нормально. Собрал свои манатки и свалил отсюда нахрен, — не сдерживаясь, прокричала я.

Ох... Давление аж, кажется, подскочило, неведомая мерзость.

Вот вам и любящий муж.

— Оль, — Вася стал подходить ближе.

— Я неясно выразилась? Увижу тебя здесь еще раз, ты покатишься с лестницы кабанчиков, козел! Я найду того, кто выкатит тебя отсюда, понял?!

— Вот оно как? То есть ты, моя жена дорогая, уже кого-то нового себе нашла?

— Это ты у меня спрашиваешь?! — я пылала от гнева и от его претензии.

Это я застала его с любовницей. Я. не нужно перетягивать одеяла и раздувать то, чего нет.

— То есть, значит, это ты там шашни на стороне крутишь, сама тоже? Ну давай, зови его, я с ним разберусь! — начал бить себя в грудь муж.

— Уходи. Уходи из моего дома.

— Ага, размечталась.

Я достала из кармана телефон и набрала Ксюше.

— Что, уже ему звонишь, да? Ну давай-давай?! Я сейчас наваляю твоему новому хахалю, — начал харашориться Вася.

Ага. Себе наваляй.

— Але, вызови полицию ко мне домой.

— Оля, что случилось, — послышался тревожный голос подруги.

— Вызови полицию, меня муж бьет, — без зазрения совести сказала я и сбросила трубку.

— Ты что, дура, охренела? Я, когда на тебя руку хоть раз поднял? — Вася подошел ко мне почти вплотную.

— А вот прямо сейчас, — я ударила себя по щеке.

Если он такой хитрый, то я тоже не промах.

Щека загорелась. Больно. Потом поплачу.

— Оля! Ты вздумала мне угрожать!? — повысил тон этот изменщик и схватил меня за запястья.

Я вырвалась. Ударила его в грудь, отбилась, несмотря на его крепкую хватку.

— Не смей ко мне прикасаться, грязный изменщик! Выметайся, иначе я скажу что вы вдвоем меня тут заперли и избили!

— Она точно, конченая истеричка, — эта, как ее там, Лида, прошлась уже одетая в сторону выхода, держа в руках сумку.

— Вон! — крикнула я прямо в лицо Васе.

Я сама от себя таких действий не ожидала, но что не сделаешь, когда происходит такое...

Вася смотрел на меня еще несколько минут. Вдумчиво с гневом.

— Мне ударить себя еще раз?! — провокационно заявила я.

Он фыркнул и отмахнувшись, ушел в спальню.

— Мася, давай быстрее, твоя чокнутая жена совсем из ума выжила, — рыжая обувалась за дверью.

Какой у нее голос противный. Мася... Да уж, кто так вообще мужчин называет? Вот эти куклы?

Вся перекаченная. Грудь огромная, так и вываливается из-под расстегнутой рубашки.

Ему же никогда такие не нравились, он их осуждал, а сам, а сам на такую и повелся.

— Куртку подай, — приказным тоном заявила Лида.

Я обернулась, схватила кожаную тряпку, которая висела на вешалке и швырнула прямо в нее.

Она поймала и усмехнулась.

Пусть усмехается сколько хочет.