Если мы когда-нибудь встретимся вновь - Ана Хуанг Страница 8

Но Блейк больше не был футболистом, и он был в Шанхае, а не в Техасе. К тому же учебная программа FEA была чертовски сложной. Четырехчасовые языковые пары четыре раза в неделю, плюс тонны домашки, списки лексики, еженедельные тесты и два факультатива — и всё это полностью на китайском. Преподаватели — laoshis— проявляли терпение к Блейку, который пришел в программу с нулевым знанием языка, но половину времени он всё равно не вдуплял, что вообще происходит.

Он постучал карандашом по столу. — Duibuqi. Dui. Bu. Qi, — пробормотал он, пытаясь впечатать иероглифы в память. «Извините» на китайском. Произносил он это нормально, а вот записать — совсем другое дело.

Блейк закрыл иероглифы в учебнике ладонью и попытался воспроизвести их по памяти. На первых двух пронесло, а третий он написал наугад. Быстрая проверка показала: даже близко не попал.

— Черт возьми.

Мама была права. Надо было ехать на стажировку в англоязычную страну, вроде Англии или Австралии. Но нет, он выбрал Китай — родину одного из самых сложных языков в мире.

Блейк захлопнул учебник и потер глаза. Зрение затуманилось после нескольких часов разглядывания линий, изгибов и закорючек, из которых состоит китайская письменность. Тем временем оглушительное тиканье часов в пустой библиотеке словно насмехалось над ним, напоминая, что за два часа он не смог выучить даже самые простые слова.

— Мне нужен перерыв. Уже сам с собой разговариваю. Офигенно, просто класс.

В своих бедах Блейк винил Дэниела Крейга. Если бы Шанхай не выглядел так круто в той сцене из «Skyfall», которую Блейк посмотрел прямо перед подачей заявки, его бы здесь не было. Он бы сейчас тусил в Сиднее с горячими серфингистками и наслаждался жизнью на пляже. Австралия была даже дальше от дома, чем Китай. Идеальный вариант.

Глупая сцена драки Бонда.

Блейк встал размяться. Он покрутил шеей и расправил плечи. Нет ничего лучше движения после многочасовой сидячки. Дверь библиотеки открылась. Вошла Фарра с чем-то похожим на скетчбук и стопкой журналов под мышкой. Ну вот, начались проблемы. Фарра была красавицей, и Блейку нравилось её подначивать, но она была в вне доступа. Мало того, что они учились в одной группе — а значит, им придется видеться каждый день, если что-то пойдет не так — она еще и была девственницей.

Блейк однажды переспал с девственницей, еще в школе. Правда, он не знал, что Лорна была неопытной, до самого факта, а когда он отказался от серьезных отношений, она прошлась ключом по его любимому «Шевроле» так, что машина стала похожа на лицо Фредди Крюгера.

Веселое было время.

Потом отец Лорны узнал, что Блейк лишил его крошку невинности, и выследил его после тренировки с дробовиком в руках. К счастью, тренер вовремя это заметил и вызвал полицию до того, как Блейк отправился на два метра под землю. Мужчину отпустили со строгим предупреждением, так как технически он не нажал на спусковой крючок, но Блейк на всякий случай оформил судебный запрет на приближение ко всей этой чокнутой семейке.

Еще более веселое время.

Вскоре после этого Лорна перевелась в другую школу, а Блейк поклялся больше никогда не связываться с девственницами. Впрочем, это не мешало ему флиртовать с Фаррой. Флирт — это безобидно.

Он снова сел, закинул руки за голову и с беззаботной улыбкой положил ноги на стол. Фарра выгнула бровь, глядя на его позу. Ничего не сказав, она села за соседний стол и открыла один из своих журналов.

Блейк потянулся, задрав руки над головой так, чтобы продемонстрировать пресс — один из его главных козырей. Впрочем, как и всё остальное в его теле.

Это не хвастовство, если это правда.

К его раздражению, Фарра даже не подняла глаз. Она продолжала читать со спокойствием монаха. Блейк спустил ноги на пол. Он подошел к её столу, плюхнулся на стул напротив неё и подпер подбородок руками.

Тикали часы. Гудел кондиционер. Шуршали страницы, которые она переворачивала. Наконец, Фарра с досадой захлопнула журнал.

— Могу я чем-то помочь?

Блейк ухмыльнулся. Успех!

— И это ты так здороваешься? — протянул он. У жителей Остина не самый сильный акцент, но он мог напустить его, когда хотел. — Разве мама не учила тебя манерам?

— Учила. Именно поэтому я не стала мешать тебе и твоему самолюбованию. Было бы грубо прерывать такой важный процесс.

Блейк приложил руку к сердцу.

— Самолюбованию? Мне? Ты разбиваешь мне сердце.

— Сомневаюсь, что твоё сердце вообще можно разбить. — Фарра захлопала ресницами. — А если вдруг получится, кадры с твоей недавней сольной фотосессии помогут унять боль.

Его тело затряслось от смеха.

— Знаешь, если узнать меня поближе, я вполне приземленный парень.

— И это твоя любимая черта в себе?

— Любимая? В смысле — одна? Я не могу выбрать что-то одно. — Он притворно нахмурился. — Оу, я понял.

— Угу. Раз уж мы установили очевидный факт твоего тщеславия, может, помолчишь? Я пытаюсь работать.

— Я тоже.

— Ты не работаешь.

— Я работал, пока ты не пришла и не прервала меня.

— Я вообще ничего не сказала, когда входила!

— Ты отвлекла меня своим сияющим присутствием. Словно богиня спустилась с небес. Как я могу фокусироваться на такой скуке, как китайские слова, когда передо мной такое неземное видение?

Губы Фарры дернулись раз, другой, пока она не сдалась и не согнулась пополам от хохота. На лице Блейка расплылась улыбка. Было что-то магическое в том, чтобы видеть, как такая сдержанная девушка дает волю эмоциям, и знать, что это именно ты заставил её так смеяться.

— Я не знаю, что с тобой делать, — она вытерла слезы.

— У меня есть пара идей, — Блейк представил, как Фарра забирается к нему на колени, оседлав его. Снимает с него футболку. Снимает свою. Сжимает его волосы и стонет, пока он наслаждается её грудью...

Эй, он парень. Он не мог с собой ничего поделать. Вот только теперь этому парню требовался ледяной душ.

Блейк незаметно поправил всё хозяйство под столом. Ему нравилось быть мужчиной, и они с младшим Блейком отлично ладили, но иногда друг снизу подавал голос в самые неподходящие моменты.

— Короче, ты читаешь... Vogue? — Блейк прищурился, глядя на обложку. — Не думаю, что это есть в программе курса.

— Во-первых, это китайский Vogue, а значит, я тренирую чтение.