Божественная одержимость - Кристина Руссо Страница 79

— Она пыталась убить тебя. У нее не получилось. Она исчезла. Тебе нужно двигаться дальше.

Глаза Зака сияли, как солнце, в его горящем взгляде было что-то более глубокое, когда он покачал головой. — Ни за что.

Я не давил.

У Зака был свой порок — месть.

И у меня был свой — итальянская брюнетка ростом пять футов восемь дюймов с мягкими карими глазами и телом для греха, которое заставляет падать перед ней на колени.

Этажом ниже в ее карамельных волосах отражался свет, когда она двигалась. Она танцевала, ее тело покачивалось в такт музыке, и на мгновение я забыл дышать.

Но потом я заметил одного парня.

А потом мне захотелось заставить его перестать дышать.

Тощий, темноволосый, какой-то тип с Уолл-стрит, который выглядел так, словно все его сбережения за всю жизнь стоили меньше, чем мои самые дешевые часы. Он наклонился слишком близко, его голова была наклонена, когда он говорил ей на ухо.

Я почувствовал, как у меня сжались челюсти.

На ее телефоне не было ничего, что указывало бы на то, что она с кем-то встречается; ни сообщений, ни звонков.

Должно быть, они встретились сегодня вечером.

Парень что-то сказал ей, и она рассмеялась, кивая. Затем он повернулся и направился к туалетам, оставив ее одну на танцполе.

— Сейчас вернусь, — Сказал я Заку, уходя, но он уже был занят, разглядывая эту забытую богом золотую пулю.

Коридор рядом с туалетами был тускло освещен, музыка звучала приглушенно, но все еще слабо пульсировала на заднем плане. Я догнал парня как раз в тот момент, когда он входил в мужской туалет.

— Привет, — небрежно сказал я, сверкнув легкой улыбкой. — Видел тебя на танцполе. Эта девушка, с которой ты... Что с ней?

Он ухмыльнулся через плечо. — Она классная. Сказала, что хочет пойти со мной домой сегодня вечером.

Я кивнул, выражение моего лица было спокойным, почти дружелюбным. — Правда?

— Ага. — Он ухмыльнулся, явно гордый собой. — Повезло мне, да?

Я не ответил, опустив глаза на маленький пакетик с таблетками, который он вытащил из кармана. Я узнал эти лекарства.

Я кивнул в его сторону. — Что это?

Он подмигнул. — Похоже, она хорошая любовница, но никогда не знаешь наверняка...

Вытаскиваю Glock из-под куртки, выстрел с глушителем едва перекричал музыку, пробив ему череп насквозь.

Парень рухнул на пол, его кровь быстро растеклась по глянцевым плиткам.

Я мгновение смотрел на него сверху вниз, мое дыхание было ровным, пульс не пострадал от того, что я только что сделал.

Повезло, да?

Сунув пистолет обратно за пояс, я перешагнул через его тело и направился обратно в VIP-секцию.

26 лет

Бальный зал наполнился тихим гулом разговоров и музыки, дымка розового света отражалась от хрустальных люстр. Маски из перьев, блесток и кожи скрывали лица Нью-Йоркской элиты, создавая таинственность.

Но я положил глаз только на одного человека.

Пройдя через весь зал, она остановилась в отдаленном, несколько темном углу комнаты, прислонившись к стене и наблюдая за всеми остальными.

Ее карамельные волосы перекинулись через плечо, изгиб обнаженной шеи и эти мягкие губы дразнили меня под изящными краями ее розовой маски.

Я вернулся из-за нее.

Конечно, я, блядь, вернулся.

Четыре года вдали, океан разделяет нас на тысячи миль, а я все еще не мог выбросить ее из головы.

Так какой, блядь, был смысл? Держаться подальше от моей семьи? От моего города?

Вообще держаться от нее подальше?

Наши взгляды встретились в пятый раз за сегодняшний вечер, медленная, обжигающая связь, от которой по моей груди пробежала волна тепла. Она первой отвела взгляд, ее губы слегка изогнулись, и я понял, что она играет, проверяет меня.

Она должна знать, что это я.

Вызов принят.

Оттолкнувшись от стойки, я направился к ней как раз в тот момент, когда другой мужчина сделал то же самое. Моя рука метнулась вперед, схватив его сзади за воротник. Резким рывком я вывел его из равновесия, заставив упасть на пол. Его смущенное ворчание было потеряно в полумраке комнаты, но смысл был достаточно ясен.

Я взглянул за спину Натальи и заметил другого мужчину, который наблюдал за ней с другой стороны танцпола. Он замер, не донеся бокал до губ, прежде чем быстро отвести взгляд и уйти.

Удовлетворенный, я поправил галстук, спокойный, как будто ничего не случилось.

Наталья, по-прежнему отвернувшись, не обернулась. Но я знал, что она почувствовала мое приближение. То, как выпрямилась ее спина, легкий наклон головы...

Я остановился прямо за ней, достаточно близко, чтобы уловить легчайший аромат ее сладких ванильных духов.

Игра была далека от завершения.

Глава 40

Настоящее

— Думаешь, я не сделаю то же самое с этим придурком?

Я уставилась на него, мое сердце выпрыгивало из груди. — Ты сумасшедший.

— В чем-то даже безумен, — пробормотал он, его глаза и голос были мрачными.

Я не знала, что я чувствовала.

Печаль.

За все те случаи, когда парень преследовал меня по смс. Сижу одна за столиком в ресторане, жду только для того, чтобы меня выставили дурочкой. Свидания, на которых парни так и не вернулись из туалета. Мне пришлось упорно работать над тем, чтобы преодолеть неприятие и неуверенность в себе и не позволить им повлиять на меня.

Или похоть.

Ради этого человека, который только что признался, что был так одержим мной, он уехал из страны на четыре года, чтобы попытаться выкинуть меня из головы, но в итоге все это время преследовал меня и избавлялся от любых конкурентов, прежде чем, наконец, сдался и вернулся, чтобы завоевать меня обратно. Мужчина, в которого я когда-то, будучи подростком, думала, что влюблена.

Или злилась на него.

За всю ту боль, через которую он заставил меня пройти за эти годы, вместо того чтобы просто признаться мне в своих чувствах.

Пытка, незнания того, что произошло между нами. Почему все закончилось.

За то, что не могла перестать думать о нем или двигаться дальше, как бы сильно я ни старалась и сколько бы лет ни прошло.

— Ты… Худший. — Мой подбородок слегка задрожал, слова срывались с моих губ шепотом.

Он покачал головой, подходя ближе. — Я мог бы быть с тобой очень добр.

— Это не значит, что все в порядке, Тревор!

— Ничто не имеет значения, кроме нас, — настаивал он, приближаясь.

Но я не могла позволить ему прикоснуться ко мне прямо сейчас.