Один процент тебя - Мишель Гросс Страница 78

Он поймал мой взгляд, когда повернулся ко мне лицом.

— Холодно? — спросил он, поднимая душевую лейку и распыляя воду на мою грудь.

Я тихонько застонала. Горячая вода была райским наслаждением. Я откинула голову назад и выгнулась дугой под струями скользящими по моему телу.

— Никогда не устану смотреть на тебя, — пробормотал он, обхватив мой затылок. Я открыла глаза, когда его рот приник к моему. Он провел языком по моим губам, и это было настолько чувственно и божественно, что у меня подкосились ноги. Я приоткрыла рот, позволяя ему покорить мои губы, ублажая меня всеми возможными эротическими способами. Отстранившись, он приказал: — Прислонись к стене.

Я вздрогнула, прижавшись спиной к холодной стене. Он навис надо мной, расположив струю между нами так, что она стекала по моей груди, успокаивающе погладив одну из моих грудей, а затем, потянув за сосок, он опустился на корточки, прижав лицо к пространству между моими ногами. Моя потребность была настоятельной, сердце колотилось, трепетало от тепла и покалываний. От отчаянной потребности быть наполненной.

Элайджа направил лейку душа на мой пупок, оставляя за собой горячую дорожку воды. Свободной рукой он обхватил мое влагалище неторопливо скользя большим пальцем по клитору, прежде чем просунуть в меня палец.

Ох, помадка. Я застонала, раздвигая ноги. Он увидел, что я сопротивляюсь, схватил мою ногу за колено и приподнял ее. Как, по его мнению, мне удастся устоять на одной ноге? Я на двух то еле стояла до того, как он начал прикасаться ко мне.

Несколько раз он ввёл в меня палец, я была в легком тумане, когда увидела, как он опускает лейку душа все ниже, ниже, ниже, пока не побрызгал водой на мой клитор, и я подпрыгнула, но Элайджа положил руку мне на бедро и крепко держал.

О, о, о… Очень сильная стимуляция. Мой живот сжался. Было очень приятно, но давление было настолько сильным, что вызывало щекочущее ощущение, которое я не была уверена, что смогу выдержать.

Наклонившись, я убрала его руку и немного прогнулась, когда давление на клитор ослабло.

— По-моему, слишком, — прошептала я задыхаясь.

Карие глаза поразили меня своей интенсивностью.

— Уверен, ты справишься.

Я покачала головой.

— Нет… О!

Я выпрямилась, прижавшись спиной к стене, когда он снова распылил на меня воду, добавив ещё один палец.

Мой живот вздрагивал, напрягался и вздрагивал каждый раз, когда на клитор оказывалось давление. Я не могу… не могу… не могу. Это была паутина удовольствия и пытки, когда поток приносил дразнящее щекотание, а затем опалял неистовым жаром, и когда он расцветал, я вскрикивала, хватаясь за руку Элайджи, которая обвивалась вокруг душевой лейки.

— Элайджа!

Мое тело содрогалось и я, выгнулась дугой. Склонилась над ним, нуждаясь в том, чтобы он остановился, когда оргазм овладел мной.

Я захныкала, когда он, наконец, смягчился, оставив меня в дрожащем беспорядке. Его палец довел последние несколько секунд моего экстаза до самого конца, когда он отодвинул от меня душевую лейку.

Он выпустил мою ногу из своей руки.

— Ты прекрасна, Хэдли. — Его голос был хриплым, полным вожделения. Он выпрямился, прижав меня к стене. — Ты в порядке?

Одной рукой он лениво поглаживал мое плечо, а другой возвращал душевую лейку на место.

Я задрожала еще сильнее, когда он наклонил мою шею. Поцелуй. Поцелуй. Он прижался губами к моей коже. Я счастливо вздохнула в своем возбужденном состоянии.

— Хочу, чтобы ты был внутри меня, — хрипло прошептала я.

Я с трепетом открыла глаза, когда он встал в полный рост.

— Я только возьму…

Он попытался отодвинуться, но я схватила его за руки.

— Я хочу почувствовать тебя. — Это признание заставило меня занервничать, так как он глубоко, с придыханием вздохнул, когда приблизился, позволяя мне продолжить уговоры. — Я принимаю противозачаточные с тех пор, как прошла шестинедельный осмотр после рождения Элая.

Он прижался своим лбом к моему, его сияющие словно звезды глаза, полные страсти смотрели на меня, и он наконец сказал:

— Я тоже этого хочу… Блядь… Я очень этого хочу. Я никогда раньше…

Я наклонилась и поцеловала его, нежно, красиво, наше дыхание звучало в унисон словно мы были созданы друг для друга. Он задрожал, когда я прикусила его нижнюю губу — настолько, что это было игриво, дразняще и интимно одновременно. Его огромная длина прижалась к моему животу, когда он закинул сначала одну мою ногу на свое бедро, затем другую, прижимая меня к стене.

Прерывистые вздохи, тела прижаты друг к другу… Я смотрела на своего возлюбленного и свое будущее, наполненное всеми эпическими приключениями с ним. Я хотела, чтобы он знал, если еще не знает.

— Я люблю тебя.

— Я люблю тебя. Из-за тебя я стал домашним и все прочее дерьмо.

Я засмеялась, но быстро затихла, когда он подтолкнул свою эрекцию к моему отверстию. Я не сводила с него глаз, пока он медленно входил в меня, сантиметр за сантиметром. Я чувствовала каждую изысканную деталь, когда он двигался внутри меня — то, как мои внутренние стенки прижимались к его грибовидному кончику, его толстый пульсирующий обхват, когда я растягивалась, чтобы принять его целиком. Я сходила с ума от осознания того, что мы близки настолько, насколько это вообще возможно, — я не хотела такой близости ни с кем, кроме него. Грохочущее пламя грозило выплеснуться наружу, если он войдет еще глубже. Он зашипел, и это превратилось в стон.

— Хэдли, я не думал, что ты можешь ощущаться совершеннее. Я ошибался. Блядь, я очень ошибался. Ты такая тугая и горячая. Господи, детка, ты была создана для меня.

Его грязные словечки взорвались расцветающим жаром, а затем он вошел немного глубже.

Я закрутилась в спираль, взвилась ввысь. Внутренние стенки сжались вокруг него, когда я выгнулась дугой, распалась и погрузилась в пламя.

— Боже, благослови… Америку! А-а-а…

Он поцеловал мой приоткрытый рот.

— Мир не рухнет если ты скажешь «блядь» или «дерьмо». Сейчас тебя никто не слышит, кроме меня. — Он прикусил мое ухо, и я вздрогнула. Он медленно вышел и снова вошел. Я задыхалась. Он крепче сжал мои бедра и ноги. — Ты так интенсивно сжимаешь мой член. Блядь! Я долго не протяну.

Я все прекрасно понимала. Когда он вошел в меня в третий раз, его пирсинг прошелся по моему клитору, и я снова начала парить. Неудивительно, что мое тело не переставало пульсировать в его руках, когда он доводил меня