Один процент тебя - Мишель Гросс Страница 74

Ее глаза расширились.

— Так недопустимо разговаривать с женщиной. Ты хочешь, чтобы такой человек был рядом с Люси?

Она указала на Элайджи.

— Элайджа, пожалуйста, — быстро пробормотала я, желая, чтобы эта сцена поскорее закончилась.

— Я вижу здесь только одну женщину, и это точно не ты, черт возьми, — сказал он ей. — Ты не задумывалась, что, возможно, именно твои поступки виноваты в том, что ты потеряла связь с внуками? Неудивительно, что Люси плачет, когда она с тобой. Посмотри, как ты себя ведешь.

— Элайджа, — сказала я более сурово.

Когда он взглянул на меня, я разочарованно нахмурилась и жестом указала на Люси, которая внимала каждому его слову.

— Я прямо сию минуту звоню Скотту и рассказываю ему об этой чепухе. Утром, первым делом, я отвезу его в здание суда.

Элайджа сухо усмехнулся.

— Отвезешь его? Видишь, о чем я? Воспитай своего чертова ребенка, прежде чем беспокоиться о чужом.

Хоть я и была согласна со всем, что сказал Элайджа, мне не понравилось, как он это сделал. Может, если бы Люси и Элай не слышали, было бы лучше, мне не нравилось, когда кто-то плохо отзывался об их отце в их присутствии, даже если он этого заслуживал. Я не хотела воспитывать их в духе того, что это нормально. И тот факт, что Элайджа продолжал игнорировать мои просьбы, только усугублял ситуацию.

Так что да, я была обижена и зла на него и на всю эту ситуацию.

— Попрощайся с бабулей, Люси. Мы идем к машине, — пробурчал я.

Люси так ничего и не сказала.

— Возьми ключи. — Элайджа передал их мне. Когда я уходила, он схватил меня за плечо. — Эй…

Я вырвалась из его хватки и направила Люси к выходу из магазина.

— Люси! — Мы обернулись и увидели, что Лилли выбегает за нами. — Разве ты не хочешь, чтобы твои мама и папа снова были вместе?

— Лилли, — медленно выдохнула я. — Ты зашла слишком далеко. Ты устроила сцену в общественном месте.

— Ты знаешь, что это нелепо, Хэдли. Как вы, ребята, можете растить своих детей порознь?

Итак, она была покладистой и пыталась быть милой. Ее тон был елейным, но слова были неправильными.

— Я прекрасно их воспитываю. На самом деле, в мире полно одиноких родителей, и у них прекрасные дети.

— Люси… — Она опустилась до уровня Люси. — Чего ты хочешь?

— Мамочку.

Она вцепилась в мою ногу.

— Нет, я имею в виду, разве ты не хочешь, чтобы папа и мама снова были вместе, как семья?

Люси уткнулась лицом в мою ногу и проигнорировала ее.

— Не поступай так с ней, — практически умоляла я, наклоняясь и подхватывая своего четырехлетнего ребенка другой рукой. Было трудно держать их двоих, но я была полна решимости.

— Знаю, ты хочешь как лучше, но то, что ты делаешь, неправильно.

С этими словами я отвернулась и поспешила к машине Элайджи. Я пристегнула Элая, пока Люси забиралась в свое автокресло и ждала меня.

— Ты в порядке, мамочка? — спросила она, когда я пристегивала ее.

— Я хотела спросить тебя тоже самое, — пробормотала я.

— Я в порядке. Надеюсь, Элайджа не заблудится там в одиночестве.

— С ним все будет в порядке.

— Он принесет мои чипсы?

— Да.

Прежде чем я закрыла дверь, она спросила:

— Мне обязательно идти к бабуле?

— Только тогда, когда захочешь.

— Я не хочу.

Поцеловав ее в лоб, я закрыла дверь и забралась на пассажирское сиденье. Я включила кондиционер, чтобы охладиться, пока ждем. Через несколько минут Элайджа уложил продукты в багажник. Когда он сел на водительское сиденье, я уставилась в окно, не глядя на него.

— Эй, — пробормотал он.

— Сколько я должна тебе за продукты? — спросила я, все еще не поворачиваясь в его сторону.

Я знала, что веду себя неразумно и сварливо. Я презирала сама себя. Но мои мысли были в полном смятении. Элай и Люси были всем для меня, и тот факт, что кто-то угрожал отнять у меня мой мир, внушал невообразимый ужас. Больше всего на свете я ненавидела конфронтацию и не любила, когда люди разговаривали так, как Лилли и Элайджа, в присутствии моих детей. Мне также не нравилось, что он игнорировал меня, когда я пыталась привлечь его внимание.

Люси пугало, когда люди кричали, а мне не нравилось, что она испытывает страх. Поэтому, да, я злилась.

— Это тупой вопрос, потому что тебе прекрасно известно, что я не возьму у тебя деньги.

Я резко повернула голову и уставилась на него.

— Отлично. Можешь все забрать к себе домой.

— Хэдли, — простонал он, закрывая глаза. — Все будет хорошо.

— Тебе не следовало кричать на нее. Из-за тебя она попытается что-нибудь сделать.

— Да мне плевать на нее. Я не собираюсь стоять в стороне и наблюдать, как кто-то разговаривает с тобой подобным образом. Я никогда не смирюсь с этим дерьмом. Никогда.

Слезы наполнили мои глаза, и я повернулась лицом вперед. Я не хотела, чтобы Люси видела меня такой. Зазвонил мой мобильный телефон. Мое сердце заколотилось, когда я увидела, что это Скотт. Проигнорировав его, я поняла, что Элайджа наблюдает за мной. Остаток пути мы провели в неловкой тишине, мой телефон звонил не переставая. Никто из нас даже не подумал включить музыку, чтобы разрядить напряженную обстановку.

Все, о чем я могла думать, это о том, что планирует сделать Лилли. Это вызывало у меня тошноту. Я отстегнула ремень безопасности и выпрыгнула из машины, как только он припарковался. Он хотел взять Элая, но я пробормотала:

— Я возьму его, раз уж мы собираемся отправиться в квартиру.

— Я думала, мы пойдем к Элайджи? — сказала Люси, все еще сидя в автокресле.

— Не сегодня, — ответила я.

Элайджа не сводил с меня глаз.

— Хэдли…

Мой телефон снова зазвонил.

— Позже. Мне нужно разобраться с этим бардаком.

Он вздохнул.

— По крайней мере, позволь мне отнести продукты в твою квартиру.

— Нет. Отнеси их к себе домой.

— Люси, возьмёшь свои чипсы?

Элайджа помог ей вылезти из машины.

— Да, ты съешь все вкусняшки без меня? — спросила она его как раз в тот момент, когда на мой телефон пришло текстовое сообщение.

Скотт: Ответь на звонок!!!

Скотт: Клянусь богом, Хэдли, я не позволю тебе видеться с детьми, если рядом с тобой будет ошиваться этот человек.

Скотт: Он, блядь, кричал на маму!

Тихий, глубокий смешок Элайджи отвлек меня от текстовых сообщений.

— Нет, глупышка. Мы все съедим вместе. Вкусняшки никуда не денутся.

— Я хочу пойти к тебе домой, — прошептала она.