Измена. Жена на полставки - Екатерина Мордвинцева Страница 7

Отключил вызов, поймав на себе недовольный взгляд Дашки.

— Очередная пассия? От кого-то из них? — в ее голосе звучала насмешка.

Я лишь покачал головой. И что ей ответить? «Нет, дочь, это не пассия. Это женщина, которую я люблю пятнадцать лет, но которая даже не знает об этом. И сейчас она в беде, а я ничего не могу сделать, кроме как послать своего безопасника собирать о ней информацию»?

Даша бы не поняла. Она слишком молода, чтобы понимать такую любовь — тихую, безнадежную, которая не требует ничего взамен.

В этот момент машина притормозила у ворот моего загородного дома. Те плавно отъехали в сторону, впуская нас на территорию. В доме пахло ароматным жареным мясом и свежей выпечкой — Елена Федоровна постаралась.

— Наконец-то вы приехали. Стол уже накрыт, — сообщила домработница, появляясь в прихожей.

— Спасибо, Елена Федоровна. Мы сейчас придем.

— Я не буду мясо! — опять высказала свое «фи» Даша.

— Как же так? Я ведь старалась, твое любимое готовила, — расстроилась женщина.

— Вот сами его и ешьте.

— Даша! — мой голос стал жестче.

Дочь недовольно скривилась, но поймав мой недобрый взгляд, тут же сменила свою гримасу на более приветливую.

— А овощи есть? — более мягким тоном спросила она домработницу.

— Есть. Конечно, есть, — просияла Елена Федоровна. — Сейчас я мигом салатик нарежу.

— Только без майонеза. Только лимонный сок и оливковое масло. И никакого перца — от него прыщи, — скомандовала Дашка, поднимаясь наверх.

— Елена Федоровна, вы ей особо не потакайте. В следующий раз пусть ест то, что приготовлено. А если не нравится, пусть сама к плите встает, — сказал я, хотя знал, что домработница все равно сделает по-своему.

— Но как же так, Олег Юрьевич?! Да и не сложно мне. Девочка приехала отдохнуть, а не на кухне стоять. Пусть ест, что хочет.

— И все же пусть привыкает. Не век ей у родителей на шее сидеть.

Елена Федоровна только вздохнула и ушла на кухню, качая головой.

Не прошло и получаса, как Дарья спустилась вниз при полном параде: короткое платье, высокие сапоги, яркий макияж, волосы уложены в идеальные локоны.

— Ты куда? — спросил я, откладывая планшет.

— Прогуляться. Не сидеть же мне круглосуточно возле тебя. Лучше с друзьями встречусь. Мы же договаривались: я приезжаю к тебе, но я свободный человек.

— С кем конкретно?

— С Машкой, с Танькой. С кем же еще? — она пожала плечами чересчур небрежно.

— Я позвоню их родителям.

— Пап! — возмущенно протянула Даша. — Мне двадцать лет!

— Мне плевать. Пока ты живешь в моем доме, ты делаешь то, что я говорю.

— Замечательно. Тогда я завтра же улечу обратно в Сочи. Мать хотя бы не контролирует каждый мой шаг.

Не дожидаясь моего ответа, дочь хлопнула дверью, покидая дом. А чего я еще ждал от совсем взрослого ребенка, который считает себя независимым, но при этом живет на мои деньги? Вздохнул, понимая, что бороться бесполезно — она все равно сделает по-своему, просто не будет рассказывать.

— Опять умчалась? — появилась в гостиной Елена Федоровна.

— Да пусть идет. Она молодая, ей воля нужна.

— А отец? — не унималась домработница.

— Елена Федоровна, ну хоть вы душу-то не теребите. И без того не сладко, — я потер переносицу, где снова запульсировала боль.

— Эх… — вздохнула женщина. — Вот жалко мне вас порой. Ты еще молод, импозантен, интеллигентен, а все один, да один.

— Нашли молодого, — рассмеялся я над заявлением домработницы. — Мне уже пятьдесят три.

— Милый вы мой, по сравнению с моим седьмым десятком, вы совсем еще юнец. Будь я немного помоложе, — шутя, поиграла седыми бровями Елена Федоровна, — я бы вас точно не упустила. А если серьезно, то давно бы нашли себе кого-нибудь. Не куковать же одному до гробовой доски.

— Да кому я нужен-то? Лишь молодым девицам, да и то не я, а мой банковский счет их интересует.

— Так не молодок ищите, Олег Юрьевич. Сколько у нас женщин вашего возраста: и красивые, и умные, и состоявшиеся. А главное — честные и бескорыстные. Вот взять хотя бы вашу Светлану Витальевну. Что за женщина! Умница, работящая, красивая. И не зазнается, со всеми приветлива. Почему бы вам…

— Елена Федоровна! — перебил я. — Что вы такое говорите? Она замужем, счастлива.

— Счастлива? — переспросила домработница с таким сомнением в голосе, что я даже обернулся. — Вы ее просто плохо знаете. Я-то вижу, как она на вас смотрит иногда, когда думает, что никто не видит.

— Что вы говорите? — мое сердце пропустило удар.

— Ничего, ничего. Старая я уже, все мне мерещится, — Елена Федоровна махнула рукой и удалилась на кухню, оставив меня в недоумении.

Что она имела в виду? Смотрит на меня? Когда? Как?

Я бросил взгляд на часы. Восемь вечера. Рабочий день Давно закончился, а я сидел здесь и думал о женщине, которая, возможно, сейчас где-то в гостинице одна плачет в подушку.

Резко поднялся. Схватил ключи от машины. Набрал номер Марата.

— Есть что-то новое? — спросил вместо приветствия.

— Да, Олег. Нехорошее что-то, — голос друга был серьезным. — Я выяснил, что Светлана сегодня днем пошла к юристу. В нашей же компании, к Чадову. Зачем, как думаешь?

— Не знаю, — хотя догадка уже обожгла изнутри.

— За консультацией по разводу.

Эти слова ударили под дых, заставили сердце сжаться. Развод. Она решилась на развод. Значит, то, что случилось вчера, было не просто ссорой. Было что-то непоправимое.

— Я еду в офис, — сказал я, уже направляясь к выходу.

— Поздно, Олег. Она оттуда час как ушла, — ответил Марат. — Но есть еще кое-что. Ее муж сейчас у здания офиса. Скандалит, требует, чтобы ему отдали жену. Охрана его не пускает, но он орет на всю улицу. Наши вызвали наряд, но я думаю… Я думаю, тебе стоит приехать.

— Спасибо, Марат. Буду через двадцать минут.

Я мчался по ночному городу, превышая скорость, перестраиваясь из ряда в ряд, игнорируя сигналы других водителей. В голове была только одна мысль: она там. Она в опасности. И я должен быть рядом.

Двадцать минут превратились в пятнадцать. Я припарковался так, что перекрыл выезд, — плевать. Выскочил из машины и сразу увидел его.

Муж Светланы. Анатолий Серебрянский.

Он стоял у центрального входа в наше здание, размахивал руками и орал что-то нашим охранникам. Те держали его на расстоянии, но пока не применяли силу. Но чувствовалось — еще немного, и сорвутся.

— Света! Выходи, Света! — орал мужчина.

Подошел ближе. Разглядел его. Выглядел он не лучшим образом — помятый, с красными глазами, дышал перегаром на весь двор, — да и был изрядно в подпитии. Вообще близко я