Инсайдер. Во власти мажора - Ника Княжина Страница 7

— Нина… — Князь наклоняется ко мне ниже. Его дыхание, пропахшее табаком и какой-то животной похотью, плавит кожу лица. Он уже так близко, слишком близко. Будто змея окутывает моё тело своими кольцами, лишая свободы. — Ты тихая такая… Покорная… Даже не представляешь, сколько звуков из тебя можно вытащить, да?

Я испуганно открываю глаза. И вижу на его губах ухмылку. Снова эту неестественную, опасную ухмылку.

— Не надо, я… я могу вам пригодится в чём-нибудь другом…

Наконец-то обретаю голос. Он начинает диалог, а это мой шанс. И почему я так мало изучила книг по психологии? Может быть могла бы заговорить его, если бы понимала, как действовать.

Но я так мало успела проучиться. Так мало узнала…

— Любопытно. Что же ещё?

Князь явно забавляется, но… хотя бы отрывается от меня. Выпрямляется во весь свой немалый рост, насмешливо смотрит на меня. Будто я теперь выступаю в роли цирковой собачки.

Пусть так. Это лучше… его касаний.

До сих я не в себе от этого. До сих пор дикое отторжение внутри. Но я выкидываю эти мысли из головы. Иначе закопаю сама себя в чувстве безграничной жалости. А сейчас совсем не время и не место этим заниматься.

— Я умею готовить… Убирать.

— Вязать, шить, стирать? — продолжает с издёвкой перечислять Князь.

Затухаю. Понимаю. Это всё его не интересует. Неужели в его понимании я представляю интерес только как постельная игрушка? Привлекает невинность моя? Неужели это то, чего так жаждут мужчины?

— Я… быстро обучаюсь…

— И это прекрасно, дорогая, я с удовольствием тебя научу всему. Будешь профессионально раздвигать ножки и работать ротиком…

Что? Впиваюсь ногтями в ладони. Они итак горят из-за ссадин, а сейчас становится ещё больнее. Но это отрезвляет. Позволяет ещё что-то соображать, а не продолжать погружаться дальше в панику.

— Я могу пригодиться для другого… Работа за компьютером…

— Нахера мне это надо, девочка моя? У меня есть программисты. Не женское дело в железе разбираться. Ты создана для другого.

Он снова садится в кресло. Достаёт сигарету и закуривает. Из-за отсутствия пепельницы в пределах видимости, он просто стряхивает пепел на этот красивый деревянный стол. Молчит.

И я тоже не представляю, что ему сказать. Тоже просто молчу, пока мозг с треском обрабатывает информацию.

Я и в самом деле мало что умею. Обслуживать себя — да. Но учёба… я только вступила на путь какого-то развития. А мой опыт продавца в магазине техники тут вообще не котируется. Это не то, что нужно Князю.

Ему нужно только моё тело.

— С удовольствием бы приступил к обучению такой сладкой малышки, но… мне нужно время, чтобы понять, что к чему, — говорит Князь после паузы. Всё это время ни разу не отвёл от меня взгляд в сторону. — Поэтому… пока ты остаёшься тут. А когда я всё узнаю… тогда мы с тобой поговорим в более тесной обстановке.

Ему нужно время? Для чего только?

Вспоминаю его слова о дырах в моей биографии. Да что там такое может быть непонятное? Но… пускай. Не знаю, как так вышло, но я рада. Это мой шанс на передышку. И я… даже поверить не могу, что мне её дали. Это правда?

Он меня оставит в покое?

— Выдыхай пока, Семёнова, — добавляет Князь.

Тянется вперёд и тушит сигарету в моей кружке с чаем.

Поднимается и уходит. Просто оставляет одну. Я подскакиваю с места и бегу в ванную комнату. Весь мой ужин отправляется в унитаз. Меня душат рыдания и наконец-то наваливается это ужасное чувство.

Меня так унизили…

Глава 8. Моя будет

Никита Князев

Слишком долго. С головы стекают капли дождя на лоб. Волосы прилипают к лицу. Куртка на мне непромокаемая, так что не страшно. Но по лужам ехать — весь байк запачкается, да и не только в этом дело.

Сначала дождь заглох, а теперь решил по новой разойтись. Если бы ехал домой один, было бы всё равно. А тут девушка. Неприятно будет ей. Замёрзнет и намокнет вся.

Я же видел её одежду. Отец приказал переодеть. Вряд ли ей дали взамен голубого платья что-то приличное. Тут просто не найти ничего такого.

Я смотрю на окно.

Вычислить комнату, в которой держат Нину было несложно. На первом этаже в левом крыле. Окна выходят сюда. Я прекрасно знаю расположение каждой комнаты в доме.

Но есть кое-что, что идёт вразрез моих умозаключений. И меня это начинает напрягать.

Если отец побывал уже у неё, то почему в его кабинете или в спальне до сих пор не загорается свет? Или он так долго прессует девчонку? А ведь я просил же его не жестить.

Не может он без своих штучек?

То, что он проникся идеей, что Нина — дочь его друзей — это очевидно. Значит, не тронет. Но… Впервые думаю, что где-то облажался.

Мне неспокойно. А я не привык, чтобы в моей жизни что-то что не по плану. Выводило из равновесия. Это плохо.

Иду обратно в дом. Поворот налево. Вхожу в коридор и замечаю знакомую фигуру.

— Где отец?

Останавливаюсь перед Светланой.

Домоправительница, как её величает отец, оборачивается и отшатывается от меня. Задумалась о чём-то, а тут я неожиданно подкрался.

Я не хотел её пугать. Просто так получилось. Она итак меня побаивается. Впрочем, как и все остальные. Но сейчас дело не только в этом.

Замечаю, как она за спину прячет какие-то таблетки.

Решили накачать девочку? Внутри меня что-то шевелится. Нехорошее. Зловещее.

Я умею контролировать себя. Да мне особо и не требуется, ведь я просто привык к тому, что чувствую всё в разы слабее, чем остальные люди. Но сейчас… будто бы что-то меняется. Словно ядерная бомба разрывается в районе солнечного сплетения.

Хочется что-то разнести. Отмечаю реакцию, но пока не анализирую. Потом решу, к чему это всё. Потом мозг сам найдёт причину перемены в моём настроении.

А сейчас у меня другая задача.

— Никита Леонидович, — произносит Светлана. Её глаза бегают. — Он только вышел от… девушки. Пошёл к себе в комнату.

— Ясно.

Я прохожу мимо. Всё как и думал, только со временем ошибся. Это его приказ насчёт таблеток, получается? Хочет вот так сразу её превратить в покорную куклу?

Не дождался информации. Уверенность в правильном выборе только крепнет. Нельзя девушку оставлять здесь. В очередной раз убеждаюсь, что мой анализ меня не подвёл.

Направляюсь к спальне, где держат Нину, но Светлана семенит за мной следом.

Что ей