Измена. Боль между нами - Наталья Жилякова Страница 7

Но зачем ей разбивать наш брак?

На этот вопрос у меня нет ответа. Ни разу до сегодняшнего вечера она не высказывала мне каких-то претензий и недовольств. Что сейчас-то произошло?

Достаю градусник — тридцать восемь с половиной. Пограничное состояние, при котором лучше дать жаропонижающее.

— Ты в курсе, что она кормила сегодня Марину льдом? — громким шепотом свистит свекровь.

А… вон в чем дело. Так, стоп. Она — это я, получается?

— Что? — Андрей переспрашивает одними губами. Его эмоция не меняется — по-прежнему расслаблен и в целом выглядит довольным жизнью.

Вот же бессовестный! Уложу дочь и первым же делом соберу ему шмотки и отправлю из своей жизни.

Елизавета Леонидовна выхватывает у меня из рук градусник, театрально охает. прикладывает ладонь ко лбу и медленно опускается на стул.

— Вам плохо? — интересуюсь, скорее, из вежливости. — Скорую вызвать?

При упоминании о неотложке, она тут же «оживает», одаривает меня презрительным взглядом и, сузив глаза, произносит:

— Я как последняя дура прибежала, хотела помочь. А тут выясняется, что твоя благоверная дает Марине лед. Чтобы что? Выдернуть меня в ночи?

— Вы же сами предложили приехать, — недоуменно пожимаю плечами.

— Предложила! — с вызовом отвечает она. — Потому что неправильно это! Как же так — сыночка на корпоративе, а жена дома сидит. Не по-людски. Муж с женой вместе должны по таким мероприятиям ходить. А то мало ли что может случиться.

Она мельтешит словами, спешит поделиться наболевшим. Так вот почему она такая злая. Чувствует себя обманутой. Ловлю себя на чувстве благодарности. А ведь она права — не отправь она меня на этот праздник, я бы не увидела, как Андрей мне изменяет.

— Это не мама же… — хрипло произносит Маришка. — Не мама! — повторяет чуть громче. Она открывает глаза и испуганно смотрит на нас. — Бабушка, маму не ругай. Это тетя Алла мне ледик дала.

— Тетя Алла? — свекровь переводит удивленный взгляд на меня. — У тебя появилась новая подруга.

— Не у меня, — отвечаю твердо и уверенно. — У вашего сына.

Глава 7

Свекровь переводит острый как нож взгляд с Андрея на меня и обратно. Он раздраженно пожимает плечами, мол, разбирайтесь сами.

Я стискиваю зубы и переключаюсь на дочь. Горячие щечки, учащенное дыхание, сердце обливается кровью от жалости к ней. Даю ей жаропонижающее, бережно забираю у Андрея и отношу в кроватку. Она обхватывает мою руку, прижимается к ней щекой, укладывается и засыпает.

Сон тревожный, поверхностный, сажусь поудобнее рядом, провожу свободной рукой по ее волосам, глажу по плечу, пытаюсь этими движениями успокоить не только ее, но и себя.

Как же сильно теперь изменится наша жизнь. Одна измена, и у всех такие перемены. Горько усмехаюсь от каламбура, который подкинуло мое разочарованное сознание.

Не замечаю, как слезы льются потоком, оставляют ледяные дорожки на щеках. Опять этот лед… Губы горят от соли, веки тяжелеют, но остановиться невозможно. Я рыдаю беззвучно, боясь разбудить дочь, обнаружить себя. Он не должен видеть, как я страдаю. Не позволю ему получить такое удовольствие.

В коридоре шубуршение, выхватываю обрывки фраз:

кто такая Алла?

вы что поссорились?

сынок, а как же…

Ну, ты это просто так не спускай, разберись. Почему она оставляет ребенка с посторонним человеком? А если бы с Мариной что-то случилось?

Последнюю фразу она произносит нарочито громко, стоя под дверями детской.

— Мам, пора, — нетерпеливо отвечает Андрей. И добавляет спешно, раздраженно. — Разберемся.

Ага, разберемся… Как будто это просто рабочий конфликт.

Я сжимаю кулаки, проваливаюсь в отчаяние, бессилие. Злюсь на себя. Разве я могла предвидеть то, что произошло? Срочный звонок из Пенсионного фонда, отвозить документы я планировала с Маришей, но когда мы оказались в офисе, она захотела играть, рисовать и увидеться с папой.

«Я за ней присмотрю», — предложила Алла с улыбкой. Оставлять ребенка с новым малознакомым человеком — я не настолько безумна. Позвонила Лене, которой не оказалось в кабинете. Та заверила меня, что вот-вот подойдет, буквально через пару минут.

Сейчас я, конечно, понимаю, что надо было дождаться подругу, что эти две минуты не особо повлияли бы на мой поход в Пенсионный. А вот на вечер, как оказалось, повлияли, и очень сильно. И, как оказалось, на наш брак.

Ленка заболталась в бухгалтерии, за это время Алла успела вывести дочь из офиса, и накормить ее в соседней кафешке мороженым и льдом, и теперь моя девочка болеет, а семья разрушена.

Только ли из-за этого?..

Я устал от тебя, безразлично бросил мне муж, будто сообщил прогноз погоды.

Нам стоит проводить время по отдельности, мы слишком часто бываем вместе. Мне нужны новые впечатления, хочу развеяться.

А я этого хочу? У меня ты хоть раз спросил, чего я хочу?

Болезнь Мариши просто стала катализатором. Ускорила измену Андрея. Не этим вечером, так следующим. А, может, они уже успели, и это был не первый раз…

Входная дверь хлопает, меня окутывает внезапная тишина. Еще с минуту сижу, не шевелясь, а потом вдруг ощущаю прилив сил. Моя обида, отчаяние трансформировались в злость, сгорели, оставив пепел ярости.

Маришка сопит, отпускает мою руку и расслабленно раскидывается на кровати. Прикасаюсь губами к ее лобику — еле теплый. Хорошо, лекарство начало действовать и, значит, у меня есть время, чтобы приступить к решительным переменам.

Иду в кладовку, вытаскиваю самый большой чемодан, который мы только пару раз брали в семейные поездки — слишком неудобный и тяжелый получается. В него скидываю вещи с полок. Костюм и пару пиджаков сворачиваю и засовываю в объемную сумку из строительного магазина. Туда же отправляется связка галстуков. С обувью пусть сам разбирается. У нас общий просторный холл с соседями, вполне может свои туфли и ботинки собрать без моей помощи и моего присутствия.

Вытаскиваю сумки к выходу, устало опускаюсь на пол рядом. Справилась за четверть часа.

Удивительно, у меня внутри пустота, я как будто закупорила свою боль, спрятала эмоции. Молоточком звучит только один вопрос «Я точно ничего не забыла?»

Что еще из вещей нужно положить, чтобы он исчез из моей жизни и больше меня не беспокоил? У него не должно остаться повода вернуться в нашу квартиру.

Дверь открывается внезапно. Я снова провалилась в мысли, не услышала, как Андрей вернулся.

— Что это? — кивает на сумки.

— Твои вещи, — устало констатирую факт. —