Дорога к счастью - Ника Верон Страница 69

— В тебе, весь, — прошептал в тот момент, когда неосознанно протянула руку, чтобы удостовериться… В чем только, вопрос. Дотянувшись до её руки, переплетаясь пальцами, прижал к постели. Поцелуй. Долгий, волнующий. Осторожно начал движение. — Не стесняйся, — услышала его шёпот, когда невольно сделала движение бёдрами, пытаясь сохранить максимально в себе. — Давай потанцуем…

Это было… А как это было?! Казалось, что уже никогда ничего подобного в своей жизни не почувствует. Самым тяжёлым, пугающим был момент проникновения. Когда головка члена всё же проникла в святая святых, открыла глаза, встретившись со взглядом Аристова. Он готов был сорваться. Знаком подобный взгляд. Потерпеть, сколько там — три минуты? И всё кончено. Главное — вовремя простонать, не забыть прогнуться, можно и ногами за торс обхватить. Кажется, подхлёстывает это мужиков…

Глава 42. Первое откровение

«Перекатившись» на спину, Аристов увлёк её за собой, не выпуская из объятий. Страстная девочка оказалась. Не ожидал. И хоть чувствовалась некоторая зажатость, сомнений не оставалось — справятся. С разговором бы только определиться. Самой же легче станет. Только вот, как вывести на тот, пока не представлял…

Эльвира затихла, оказавшись лежащей на мужском теле. Впервые от нее не спешили спрятаться в душе. Сильные и одновременно нежные руки Константина поглаживали плечики, руки, касались в нехитрой ласке спины, ягодиц — неся успокоение разгоряченному только завершившемся действом, телу. Легкая волна содрогания еще напоминала о том, как всё происходило. Как просила его не останавливаться. Как срывалось с губ его имя вперемешку со стонами удовольствия. Как почувствовала растекающееся внутри тепло в момент, когда кончил. И каждое движение в ней, каждый толчок нес не боль, а удовлетворение. Впервые.

Константин не спешил разорвать контакт, по-прежнему оставаясь в ней.

— Выпрями ножки, отдыхай, — шепнул, когда вернулась способность говорить, хотя сердце еще колотилось, как после длительного забега.

На секунду представив, как выглядит сейчас, если глянуть сверху, зажмурилась. Но, странно, если рядом с Игорем появлялось чувство стыда и неловкости…

Стоп, Эля, — приказала себе остановиться. — Права Ирка, постоянно на уме Игорь. Даже после секса. Красивого, всепоглощающего. С максимально внимательным, любимым мужчиной.

Думала ли, что так однажды будет? Что не претворяясь, будет кончать, и получать от этого удовольствие? А потом просто лежать вот так вот на нём сверху, чувствуя в себе его довольный член. И ни капли стыда или неловкости…

— Что притихла? — поглаживая её плечико, тихо спросил Аристов. — Или не понравилось? — хотя, тот факт, что не пытается отстраниться, вселял надежду. — Свет может следовало… — начал осторожно.

Комната по-прежнему залита ярким освещением. Учитывая все психологические заморочки Эли, вполне может…

— Нет, — мотнула она отрицательно головой, прерывая ход его мыслей.

— Что нет-то? — уточнил, едва улыбнувшись уголками губ.

Кажется, с поставленной самому себе задачей справился. На сколько сам получил удовольствие? Ну, можно сказать — разрядка пришла. Именно с ней. Этого пока достаточно. Окончательно убедился в том, что для полного удовлетворения от секса нужна именно Эля. Всегда боялся в данном вопросе оказаться зависимым от женщины. А вот сейчас…

— Понравилось, — пробурчала, уткнувшись ему в плечо, Эльвира.

Её тёплое дыхание коснулось его кожи. Ладошки легли на грудь. А в другой момент, уперевшись ему в плечи, села, чуть прогнув спинку, позволяя увидеть себя во всей красе. Соблазнительные изгибы тела, небольшая, но такая чувствительная грудь с манящими сосочками, к которым так и тянулись губы…

— Мне тоже, — сглотнув, медленно проговорил он, с легким нажимом касаясь её тела, неся немного грубоватую ласку бедрам, талии, груди… Особая часть тела для его внимания. Глубокий вздох, вырвавшийся из её груди — яркое тому подтверждение…

— Не поняла, ты, что, снова… — в растерянности смолкла, почувствовав, как внутри начинает набирать силу его главное мужское достоинство…

— Проверь… — их взгляды встретились. Не отвела. Снова легла ему на грудь, притихнув. Девчонка совсем, действительно. — Эля, чем-то смущаю? — поинтересовался, касаясь шёпотом ушка. — Листик, давай сразу по-взрослому, — высказал предложение, признавшись, — Мне очень хорошо с тобой было. И если что-то не так, не молчи.

Осторожно, чтобы не придавить своим телом, переворачивая её на спину и, наконец, выходя, поднялся на ноги. Член, хоть и был сегодня доволен, а позицию свою обозначил чётко, вздрогнув, снова приподнявшись. Мало.

— По-моему кто-то так не считает, — не удержалась от замечания Эля, без какого-либо смущения посмотрев на совершенно обнаженного Аристова. А стесняться ему было нечего, что отлично знал. Форму поддерживал постоянно. И хотя спортивных кубиков на прессе не было, до висящих жировых складок — далеко. Держал себя в тонусе, регулярно посещая спортивный зал.

— Изголодался по красивому женскому телу и уютному влажному гнездышку, — наклоняясь и целуя Эльвиру в губы, обронил Аристов. — Если нет возражений, я на минуту в душ. Надеюсь, за это время не сбежишь, — добавил не без иронии. — Или, может, ты? — предложил, задержавшись в дверях спальни. — Могу даже отнести и помочь…

Последнее слово намеренно слегка растянул, словно над чем размышляя. Я взгляд…

— А можно я пока просто полежу? — очень постаравшись «не понять» смысла неоконченной фразы, поинтересовалась Эльвира.

Ничего не ответив, слегка склонив голову и подарив чуть лукавую, мало что объясняющую полуулыбку, вышел из комнаты…

В ванной тихо выматерился, когда на глаза попались… презервативы. Вот о чем, черт возьми, совершенно забыл! До сих пор как-то мозг четко отслеживал собственную безопасность. А здесь напрочь выключился! А ведь в спальне, в ящике прикроватного столика, тоже брошены. Хотя домой никогда никого не водил, но как-то с юношеских лет привычка осталась. Сегодня как нельзя кстати были бы…

Долго стоял под душем, прокручивая в голове, какие проблемы подобная неосторожность способна преподнести в самом ближайшем будущем. Отцовство само по себе не пугало. Да и пора бы уже, чего скрывать. Тридцать восемь — вроде не возраст, сил хоть отбавляй. Причем — во всех сферах. Однако, мелочь еще поднимать предстоит. На ноги ставить, в жизнь выпускать.

С другой стороны —