Простительные грехи - Аделаида Форрест Страница 69

Пока это не стало мышечной памятью, и никто больше не схватит меня за руку без того, чтобы я не сопротивлялась.

Глава 33

Лино

Маттео и я устроились на своих местах в его кабинете к тому времени, как Дон провёл моего отца внутрь. Я знал, что Маттео было больно видеть Габриэле в своем доме, в доме Айвори, после того дерьма, которое он провернул с ней в прошлом, но демонстрация власти была необходима.

Напоминание о том, что поместье Белланди занимает Маттео, а не мой отец, не могло пройти мимо его головы. Поместье было центром нашей деятельности на протяжении многих поколений, и оно никогда не принадлежало моему отцу, и никогда не будет принадлежать.

— Присаживайся, — проворчал Маттео, указывая на стулья перед своим столом. Я расслабился, прислонившись к спинке дивана, на котором, как я знал, работала Айвори, когда могла, но ее нагрузка уменьшилась, когда она наняла менеджера по социальным сетям.

Теперь все, что она делала, это готовка и фотографии, то, что ей нравилось, и она позволяла кому-то другому заниматься всей неприятной частью ее бизнеса, которую она когда-то ненавидела.

— Лино сказал мне, что ты проявил неуважение к Самаре, — продолжил он, наклоняясь вперед и сложив руки, глядя на моего отца сверху вниз. Этот человек не отличался смекалкой, когда дело доходило до того, чтобы понять, какое чудовище Маттео скрывал под поверхностью, но все изменилось в тот день, когда Маттео выстрелил в него.

Лицо моего отца побледнело, когда он столкнулся с тем, что явно расстраивало Маттео.

— Я уже лишил тебя всех полномочий в организации. Я позволил тебе остаться в Чикаго вопреки моему здравому смыслу. Если ты не найдёшь способ поддержать положение Самары и Айвори в нашей жизни в качестве наших жен, то тебе больше не будет позволено жить в городе. Я слышал, что Флорида популярна среди пожилых мужчин. Возможно, тебе стоит подумать о том, чтобы уйти на покой там.

— Чикаго — мой дом, — проворчал Габриэле, и его лицо скривилось. — Я отдал свою жизнь этому городу и этой организации. Ты не можешь избавиться от меня, потому что нашёл киску, которая тебе нравится.

Маттео вздохнул, встал из-за стола и обошёл его, чтобы посмотреть на него.

— Я могу, и я сделаю это. Только из уважения к людям в нашей команде, которые уважают тебя, ты все еще дышишь после того, как наставил пистолет на мою жену. Если ты не собираешься проявлять к ним уважение, то вообще не думай о них. Они не твоя забота. Если я услышу, что ты каким-то образом оскорбляешь их, ты будешь изгнан из города. Если что-то случится с одной из них, я лично привлеку тебя к отвественности. Я советую тебе помнить об этом и подумать о том, чтобы изменить свое отношение. Мы вступаем в новое поколение, которое не верит, что кровь — это главная связь. Наша семья существует благодаря преданности, и тебе в ней нет места.

— Иди домой, — добавил я. — Иди домой и спокойно проживи свои годы в городе, который ты так любишь. Держись подальше от наших домов, держись подальше от наших жен и не лезь в наши дела. Мы больше не будем запятнаны такими, как ты.

Отец встал со стула и посмотрел на меня. Слабые следы синяков в верхней части его горла вызвали у меня прилив удовлетворения, хотя мне было противно наслаждаться видом травмы, столь похожей на ту, что была у Самары.

Этот мужчина отмечал меня больше раз, чем я мог сосчитать в детстве. Казалось уместным, что я наконец вернул должок.

— Я сделаю все возможное, чтобы подавить свою ненависть к вашим женам и к тому, как вы осквернили род, — выплюнул он, развернулся на каблуках и вышел из офиса. Маттео вздохнул, откинувшись на стул и крепко сжав спинку.

— Он будет проблемой.

— Да, — согласился я.

Он всегда был проблемой.

Глава 34

Самара

Сидя напротив улыбающегося лица Линды в бистро, мне захотелось вздохнуть от счесться.

— О, милая, — прошептала она. — Так приятно видеть твою улыбку.

— Мне тоже! — ответила я, приподняв бровь. Она слишком беспокоилась обо мне, и я ждала момента, когда смогу доказать, что ей это больше не нужно. Ее глаза перешли на мое горло, проверяя, нет ли следов, которые она видела на мне в последний раз. — Я в порядке. Правда, — ухмыльнулась я.

— В разводе? — спросила она, но ее взгляд упал на мои кольца.

— Замужем, но больше не за Коннором, — прошептала я, подняв глаза, чтобы поблагодарить официантку, которая поставила стакан воды на стол. Когда она ушла, Линда понимающе улыбнулась мне.

— Лино, я подозреваю?

Я кивнула, чувствуя, как румянец заливает мои щеки.

— Как ты догадалась?

— Я была там, когда он пришел за тобой. Я уверена, что ты мало что помнишь, учитывая обезболивающие, которые я тебе дала, но я очень хорошо помню выражение его лица. Он любит тебя. Я подозреваю, что так было всегда, — сказала она, деликатно потягивая белое вино.

— Несколько недель назад я бы сказала, что ты сошла с ума, — вздохнула я, глядя в окно со своей стороны. Отражение Эмилио в окне, где он сидел у барной стойки и наблюдал за мной, заставило меня почувствовать себя неуютно, но я выстояла. — Но теперь… — Я улыбнулась. — Теперь я надеюсь, что ты права.

— Он тебе не сказал? — спросила она. Я покачала головой, обдумывая это.

— Не так много слов, но это все мелочи, понимаешь? Он показывает мне, как много я для него значу, и он постоянно прикасается ко мне, как будто он не может насытиться, и он заботится обо мне, и он называет меня своей жизнью.

Вернулась официантка, извиняюще улыбнувшись за то, что она прервала.

— Вы готовы сделать заказ, мисс?

— Только салат с жареной курицей и бальзамиком, пожалуйста.

— Конечно, — улыбнулась она и удалилась. Я снова обратила внимание на Линду, и на понимающе мне улыбнулась.

— Ты сказала ему о своих чувствах? — спросила она, бросив на меня укоризненный взгляд, который сказал мне, что на самом деле ей не нужно было спрашивать.

— Пока нет, — призналась я. — Я не хочу думать о том, что случится, если я скажу, а он не ответит. Я счастлива, впервые за долгое время. Я просто хочу сохранить это на некоторое время, прежде чем что-то менять.

Она потянулась через стол, чтобы взять мою руку в свою.

— И нет ничего плохого в