Любовь на поражение - Анна Олеговна Ковалева Страница 64

А еще мне нравилось, что Рус не проявлял явных признаков мужского внимания. Не лез целоваться, не распускал руки, не пытался меня лапать.

В общем, вел себя как хороший во всех смыслах парень, и я решила, что ему можно доверять.

Вот и посетить арт-вечеринку согласилась.

Конечно, решилась не сразу, потому что это была не стандартная выставка в галерее, но Русу удалось убедить меня в том, что мероприятие интересное и место проведения вполне безопасно.

— Вик, поверь, всё будет зашибись! Тебе должно понравиться. Это будет эпатажно и крышесносно. Да и потом, если не понравится, мы всегда сможем уйти. В любой момент, как только захочешь.

Ну я и решила, что глупо шугаться всего на свете, да и любопытство взыграло, честно говоря.

Захотелось посмотреть на то, что так красочно описывал Руслан.

Конечно, то, что я увидела, меня озадачило. Но Руслан не дал толком осмотреться и сразу потащил на второй этаж.

Сказал, что хочет сделать мне сюрприз.

Даже чертова лента особо не насторожила, не выглядел Рус как тип, который задумал что-то недоброе.

И вот во что это вылилось… Личина хорошего парня оказалась всего лишь личиной, под которой скрывался озабоченный извращенец. Господи!

Как же это мерзко!

По лестнице спускаюсь не чуя под собой ног. Оглядываю главный зал и морщусь. Сборище пьяных неадекватов — вот что это.

А картины — так, всего лишь антураж. И то довольно посредственный.

В воздухе клубится какой-то странный едкий дым, и я едва справляюсь с приступом кашля.

Боже, что они тут курят? Дышать же невозможно!

Зажимаю нос ладонью, чтобы не надышаться всякой гадости, ускоряю шаг, продираясь через толпу, и, наконец, вываливаюсь наружу.

И только там нормально прокашливаюсь и начинаю дышать полной грудью.

Разочарование накатывает сразу. Как я могла так сильно ошибиться в человеке? Почему Рус смог меня так легко одурачить?

Где были мои глаза, спрашивается? Ведь казался таким классным. Так приятно было с ним общаться.

Что это вообще было? Он искусно притворялся, или я дурочка, которую легко вокруг пальца обвести?

И, самое главное, как теперь вообще доверять парням? Если даже такой классный с виду парень на поверку оказался мешком с мышиным гуано?

Кому-то вообще можно верить?

— Вика, стой!

Да что ж такое-то? Еще один на мою голову. А я ведь только успокоилась и собралась вызывать такси.

Но от голоса Орлова забыла обо всем на свете. Волна негодования и обиды захлестнула с головой.

Его поступок был ничем не лучше поступка Руслана. Он снова взял без разрешения то, что хотел.

Ведь мог просто позвать по имени, и я бы сдернула с глаз эту чертову повязку сразу же. Но он предпочел устроить очередной беспредел и показуху.

Конечно, я сама виновата. Что доверилась малознакомому парню, что приперлась в этот притон, что позволила поцелую случиться.

Почему я сама не сдернула эту повязку? Не знаю, наверное, из-за растерянности и дезориентации в пространстве.

Очень трудно оказаться лишенным самого важного из органов чувств.

Я не могла видеть, но слышала, как открывается дверь. Слышала чьи-то шаги. А поскольку никого, кроме Руслана, не ждала, то была уверена, что это он.

Поэтому и звала его.

Только вот никто не отозвался.

Вместо этого я почувствовала близость мужского тела, терпкий аромат парфюма с нотками бергамота и кожи, и тяжелые мужские руки на плечах.

И мне бы испугаться, по-хорошему. Отшатнуться, избавиться от ленты. Только страха не было. Вот вообще.

Конечно, не собиралась я с Русланом целоваться. Но под влиянием момента решила, что ничего страшного не случится от одного поцелуя.

Любопытство взыграло, и я позволила парню себя поцеловать.

Единственное, что меня насторожило, так это знакомый вкус вишни и коньяка. На этом я и подвисла, пытаясь понять, это у меня такие странные извращения ощущений, или все поцелуи так должны ощущаться.

Сам поцелуй вообще выпал из памяти. Чертов аромат вишни и коньяка одурманил меня, отключил напрочь мозг, заставил выпасть из реальности и потерять саму себя.

А потом от дверей раздался голос Руслана, и я впала в состояние шока…

И повторно шок накрыл меня, когда я поняла, что снова целовалась с Орловым.

Загадка решилась, но легче мне от этого не стало.

Диму прибить хотелось, а от поступка Руса вообще затошнило. Меня как будто грязью облили с ног до головы.

— Вика, да подожди ты, — Дима меня нагоняет, и я резко разворачиваюсь.

Дергаюсь в сторону, не даю к себе притронуться. Хватит уже, и так получил слишком много.

От осознания того, что он воспользовался моей беспомощностью, внутри поднялась горячая волна обиды, возмущения, протеста и чего-то еще…

Очень темного и пока непонятного.

Это всё вскипело, забурлило, захлестнуло меня с головой. Меня раздирало на части, и я ничего не могла с этим поделать.

А Орлову на всё начхать. Стоит спокойный и самоуверенный, как будто ничего и не произошло.

Сверлит меня своими наглыми глазищами, особенно долго задерживаясь на губах.

От этого темного взгляда губы начинает ощутимо покалывать. И это становится последней каплей.

Я буквально взрываюсь.

— Да отстанешь ты от меня или нет? Мало тебе было представления наверху? Решил добить?

— Вика! — Дима мрачнеет. — Ты на меня сейчас дуешься из-за этого психованного извращенца? Серьезно? Да я тебе глаза на него открыл!

—А целовать меня при этом было обязательно? — шиплю. — Считаешь нормальным пользоваться ситуацией? И чем ты тогда лучше Руслана?

— Да он просто хотел тебя попользовать и выбросить, — Дима резко сократил расстояние между нами.

Судя по мрачному выражению лица, сравнение с Русланом ему крайне не понравилось. Глаза потемнели и чуть ли молнии метать не начали. Желваки нервно задергались.

— Да к черту Руслана! Но ты разве не того же самого хочешь, м? — горько усмехнулась. — Преследуешь свои цели, играешь, хочешь поставить очередную галочку в списке своих побед, затащив меня в койку.

— Да не этого я хочу! — Дима буквально заорал, отчего охранник покосился в нашу сторону. — Я, блять, влюблен в тебя по самые уши! Мне что, с Эвереста, надо об этом проорать, чтобы ты поверила? Или на Луну полететь и там оставить послание?

— Влюблен? Дим, а ты хоть знаешь, что такое любовь?

— А ты сама знаешь? — прорычал. — Сама это знаешь? Что, по-твоему, должен, делать влюбленный парень? Чтобы тебя это устроило?

— Уж точно не