Лисёнок для миллионера - Ксения Черногорская Страница 6

Чем он живёт вне работы — я попросту не знаю. О его вкусах я знаю только то, что он любит крепкий американо без сахара. Больше ничего вообще.

Закрытый, немногословный, суровый, он всё больше и больше заставляет меня думать о нём. И всё больше и больше я думаю о нём, как о мужчине. Хотя представить его, например, на романтическом свидании — просто не могу. Его тщательно выстроенный образ просто не допускает подобных фантазий.

А мне, тем не менее, всё больше и больше становится интересно то, какой он вне работы. Если такое время вообще у него бывает. Ну не работает же он двадцать четыре часа в сутки? Ну занимается же сексом? Спит же, в конце концов?!

Тем более, что судя по его машинам, в которых мы ездили на встречи, где я была нужна и на выставку инвестиционных продуктов, он просто охренно богат. Зачем ему вообще столько работать, если у него так много денег, что даже просто вода в его машинах — в брендовых стеклянных бутылках для финансовой элиты?! К тому же у него есть даже собственный вертолёт! И при этом он реально работает, работает и работает! Трудоголик, не знающий усталости. Финансовый воротила, то ли не умеющий наслаждаться собственным богатством, то ли просто тщательно скрывающий то, как он это делает.

Время от времени с салонах своих автомобилей он задумчиво курит дорогущие кубинские сигары. Пару раз я видела, как он позволил себе по глотку крепкого алкоголя после успешного проведения важных встреч. В первый раз это был кальвадос, во второй — коньяк. Запомнив марки и выдержку, я по дороге домой погуглила, сколько они стоят. И просто охренела от цен за бутылку.

Но несмотря на то, что Руслан Викторович может запросто окружить себя роскошью даже просто в своём кабинете, он всегда придерживается строгости и сдержанности.

Почему? Почему этот человек даже расслабиться себе толком не позволяет?!

Почему этот мужчина таков, что окружающие его люди — невольно испытывают трепет, когда общаются с ним. И я тут — совершенно не исключение.

Когда он смотрит в глаза, всякий раз я ловлю себя на мысли, что судорожно вспоминаю: не накосячила ли где, не поленилась ли, не забыла ли чего-то важного?

А его отношения с другими сотрудницами? Да они тихо млеют от него, почти все, даже замужние! А что он? А он — стабильно держит дистанцию. И никто из работающих на него женщин не осмеливается ни строить ему глазки, ни флиртовать с ним.

Все понимают, что это чревато увольнением.

Учитывая то, что он — красивый мужчина, который предпочитает одеваться стильно и дорого, который следит за своими ногтями и стрижкой, я могла бы подумать, что он, возможно — просто нетрадиционной сексуальной ориентации. Но с учётом моего собеседования в его кабинете, я понимала, что это — полнейший бред.

Ну неужели он действительно, будто робот какой-то, способен так чётко разделять работу и личную жизнь?!

Он очень быстро стал ассоцироваться у меня с романным Шерлоком Холмсом. Холодный аналитический ум, классический стиль в одежде, сдержанность, аккуратность и методичность во всём. Только к тому же — дико, просто невообразимо богат.

Когда мы находимся в кабинете одновременно, я нет-нет, да смотрю на него украдкой. Серьёзный, сосредоточенный, он немного хмурится, когда работает за ноутбуком. Совсем немного, едва уловимо. И ни разу за всю эту неделю я не пересеклась так с ним взглядами. Он просто не смотрит в мою сторону.

— Алиса, — Руслан Викторович встаёт, расправляет плечи и, закрыв ноутбук, тянется рукой за пиджаком.

— Да-да? — перестав печатать документ, я замираю пальцами над клавиатурой и смотрю на своего босса.

Он быстро надевает пиджак и расправляет двумя пальцами воротник расстёгнутой на одну пуговицу тёмно-серой сорочки. Из натянувшегося на руке манжета пиджака выскальзывает и сверкает в солнечном свете серебряная запонка.

— Ты мне понадобишься сегодня вечером.

— Хорошо, — киваю я. — Конечно.

— Нет, — он чуть хмурится, — ты не поняла. Уже после завершения рабочего дня.

Хм... Это становится интересным...

Вопросительно смотрю на него.

— Я тебе доплачу, — холодно произносит он. — И щедро. Будет важная встреча с представителем конкурирующей компании. Мне предложили консолидацию. Предложение интересное. По условиям — обстановка неформальная. Мне нужен будет ассистент. Ты в курсе дел в достаточной мере, чтобы я мог на тебя рассчитывать.

— Да, конечно, — отзываюсь я. — Без проблем.

— Заканчишь с договорами, отправь письмо в "Инвест Юнион", и потом, не медля — езжай домой и переоденься. У тебя есть какое-нибудь коктейльное платье?

— Что? — не верю своим ушам я.

— Я же говорю, — чуть сердится он. — Обстановка неформальная. Мы встречаемся в ресторане. Забронирован отдельный зал. Он небольшой, но достаточно уютный. Мне нужно, чтобы ты выглядела приятно, но при этом по-деловому. Формат подобных встреч подразумевает коктейльные платья у женщин. Украшения тоже можно добавить, но только не перебарщивай с ними. Это моветон.

— Я поняла...

Волнуясь, пытаюсь спешно сообразить, есть ли у меня подходящая одежда для подобных встреч. Что-нибудь придумаю. Он будто читает мои мысли.

— Если платья нет, купи. Я оплачу. В любом случае на тебя рассчитываю.

Сглотнув, молча киваю.

— Алиса.

— Да?

— Макияж тоже уместен. Только не перебарщивай.

— Я поняла.

Он кивает.

— Ровно в десять вечера будь в фойе бизнес-центра. Я тебя заберу.

— Хорошо.

— Всё, я поехал. Продуктивной работы.

И сказав это, он берёт чёрный кожаный портфель и вскоре покидает кабинет. Стильный, спортивный, уверенный в себе мужчина с прямой осанкой и сосредоточенным умным взглядом акулы инвестиционного бизнеса.

Мужчина, о котором невозможно не думать.

Слишком он яркий. Хоть и привычно сдержан.

Глава шестая

Без пяти десять я на месте. Торчать в коктейльном платье в фойе бизнес-центра на виду скучающей охраны мне откровенно не нравится. Но раз Руслан сказал ждать его здесь, значит жду здесь.

Сидя в кресле за кадкой с пальмой, просматриваю в телефоне ленту в "ВК", и то и дело напряжённо посматриваю на вертящиеся стеклянные двери.

По вечерам здесь, как правило, никого нет. Бизнес-центр формально работает до одиннадцати, но работа у большинства сотрудников компаний заканчивается в шесть.

Поэтому сейчас в фойе кроме меня, девчонки за стойкой и двух охранников у турникетов никого нет. Гулко звучат их голоса, когда они