Влюблённый жнец - Лола Кинг Страница 58

— Да, опасен. Ты уже в третий раз это говоришь. Я поняла.

Оглядываясь по сторонам, я добавляю:

— Я думала, ты сказал, что сейчас не время разговаривать. Но если это время, то я лучше узнаю, как выбраться из Круга, чем говорить о Рене.

Дом вокруг нас заполняется людьми, музыка становится громче. Когда Элайджа оглядывает всех, его глаза загораются. — Так вот как проходят вечеринки в СФУ?

— Нет, они намного хуже. Более оживленные, шумные, и люди начинают трахаться повсюду. Добро пожаловать в твою новую социальную жизнь. Потом поблагодари Камилу.

Он смеется, и мне приятно провести с ним расслабленный, искренний момент. Наверное, таблетка помогает.

— Это приятно? — спрашиваю я. — Иметь кого-то? Ты ее вообще любишь?

Он пожимает плечами, кладя руку мне на плечо.

— Я бы лучше спас тебя от Рен.

Я опускаю взгляд и на секунду задумываюсь, хотела бы я этого. Быть с Элайджей вместо Рена.

Элайджа добрый, хороший друг. Он никогда не переступает черту, не ищет неприятностей. Люди не общаются с ним, потому что восхищаются его старшим братом, как каким-то королем, а Рен изгнал его из своего королевства. Я всегда ненавидела это.

Я люблю Элайджу.

Просто я не люблю его так, как люблю Рена. Я не жажду его прикосновений. И, может, в этом и есть разница между настоящей дружбой и... тем, что есть между мной и Реном.

Нет, я бы не хотела быть Герой Элайджи. Правда в том, что он не знает меня так глубоко, как Рен. Он даже не мог понять связь между мной и Реном. Но это не значит, что я хочу быть Герой Рена. Независимо от того, что я к нему чувствую, он лишил меня права выбора, и я не могу этого простить.

— Спасибо, — наконец говорю я. — За то, что попытался, по крайней мере.

Он улыбается застенчиво, как раз в тот момент, когда мой телефон вибрирует в заднем кармане джинсов. Мое зрение немного затуманено, и на секунду я не могу поверить в то, что прочитала в сообщении.

Рен: Считай это общим правилом. Больше не общайся с моим братом.

Я моргнула. Откуда он, черт возьми, знает, где я? Он же сказал, что уезжает на неделю.

Рен: Это включает в себя и его гребаную руку на твоем плече.

— Что за хрень? — бормочу я, оглядываясь по комнате.

Или эта таблетка действует сильнее, чем я думала, или Рен не уехал. Я делаю шаг назад, заставляя Элайджу отпустить меня.

— Что случилось? — спрашивает он.

Я не знаю, что сказать, пока мой взгляд не встречается с Ахиллом. Мой друг держит телефон, как будто собирается кому-то написать.

— Ублюдок, — шиплю я.

Подходя к Ахиллу, я вырываю у него телефон из рук и с трудом сдерживаюсь, чтобы не дать ему пощечину, когда он улыбается мне.

Я смотрю вниз и, не удивленная, вижу, что он отправил Рену мое фото с Элайджей.

— Это не твое дело, — говорю я ему. — Не лезь.

Нажимаю кнопку вызова, и как только Рен берет трубку, я набрасываюсь на него.

— Кто ты, мать твою, такой?

— Твой хозяин, — отвечает он так же непринужденно, как будто говорит о погоде, и совсем не удивлен, что это мой голос звучит из телефона Ахилла.

О, наверное, он думает, что я такая предсказуемая.

— Теперь слушай, ты можешь остаться и наслаждаться вечеринкой. Или можешь быть хорошей девочкой и пойти домой. Но я хочу, чтобы ты кое-что знала. Если ты еще раз заговоришь с Элайджей, клянусь, что как только я вернусь в Сильвер-Фоллс, его голова встретится с моим кулаком столько раз, что он больше не сможет говорить.

Я вдыхаю воздух через нос, изо всех сил пытаясь сохранить спокойствие.

— Это ясно, Пенелопа, детка?

— Совершенно, — выжимаю я сквозь стиснутые зубы.

— Молодец, девочка. Поговорим завтра.

Когда я вешаю трубку, Ахиллес все еще улыбается.

— Тебя домой проводить?

— Иди на хрен.

Когда я снова прохожу мимо Элайджи, я вынуждена игнорировать его, но не упускаю его обиженного выражения лица. Его плечи опускаются, но я продолжаю идти. Я, может, и не могу с ним разговаривать, но я буду на этой вечеринке до самого утра, это я обещаю.

Я просыпаюсь с жуткой похмельной головной болью, осознанием того, что я снова отрубилась на вечеринке, и воспоминаниями о тех странных вспышках, которые иногда у меня бывают.

Ах да, и конечно же, сообщение от Рена.

Рен: Хватит принимать наркотики. Это единственное предупреждение.

Я прижимаю подушку к лицу и кричу в нее, прежде чем ответить.

Так будет вся моя жизнь отныне? Он будет давать мне приказы без объяснений, а я буду вынуждена делать все, что он скажет?

Пич: Просто добавлю это в список. Он называется «Все, что я ненавижу в Рене Хантере».

Рен: Тебе лучше переименовать его в «Список хороших девочек».

Пич: Пошел ты на хуй

Рен:Забавно, что ты это говоришь, потому что я только и думаю о том, как тебя трахнуть. Ты думаешь о моем члене внутри тебя, Беда? Потому что я не могу забыть, как ты чувствовалась вокруг меня.

Пич: Я ненавижу тебя

Рен: Знать, что ты кончаешь из-за меня, даже когда ненавидишь, делает это еще слаще.

Я решила игнорировать его. Но я не могу игнорировать то чувство между ног.

И оно не проходит всю неделю. Каждый раз, когда я получаю новое сообщение, в котором мне говорят, что делать, а чего не делать, я злюсь и возбуждаюсь еще больше. Он каждый день придумывает новые правила. Иногда он заботливый, а иногда он на грани сумасшествия. Я знаю только одно: его контроль сводит меня с ума.

Не пропускай обед снова.

Как прошел день?

Ты слишком долго задержалась в библиотеке вчера вечером.

Я скучаю по тебе.

Не разговаривай с Камилой. Она — Гера для Элайджи.

Я хочу спать рядом с тобой.

Никогда. Не снимай. Ожерелье.

Я надела его обратно, как только пришла домой, а это было вчера. Сейчас я возвращаюсь из больницы, Ахилл везет меня, потому что сегодня мне сняли шину. Он везде за мной ходит, и у меня начинается чертова клаустрофобия.

— Чего тебе еще, Ахиллес? — фыркаю я, когда он следует за мной в дом. Я получила еще одно сообщение от Ренна. В нем он пишет, чтобы я не возвращалась на тренировки по черлидингу, пока он не убедится собственными глазами, что я поправилась. Я