Измена. Предатели должны гореть в аду - Кира Фарди Страница 57

Дергаю на себя ручку Ровера. Тарас удивленно смотрит на меня.

— За тобой будто черти гонятся.

— И черти, и ведьмы, и нечистая сила, — смеюсь в голос, потом ловлю его любящий взгляд и вдруг брякаю: — Давай сегодня спать вместе…

Тарас вздрагивает, разворачивается всем корпусом и удивленно смотрит на меня.

— Что? — переспрашивает растерянно.

«Идиотка! Что несу!» — от раскаяния хочется провалиться сквозь землю.

— Забудь!

Я дергаю ручку двери, но он успевает перехватить меня, не дает выйти из машины.

— Я согласен. Согласен!

— Все! Поздно, — не знаю, куда спрятаться от его глаз. — Ты отвечал дольше трех секунд. Теперь мы враги.

Опускаю стекло и подставляю разгоряченное лицо теплому ветерку. Как стыдно! Какая я невоспитанная и пошлая! Я только что получила согласие мужа на развод и уже прыгаю в постель к другому мужчине.

— Юль, я не хочу быть тебе врагом, — Тарас берет мою руку. — Давай жить дружно.

Он щекотно целует в ладонь, мурашки бегут по спине, внутри все сжимается. Я до сих пор не знаю, что чувствую к этому мужчине, но мне с ним так легко!

Осторожно вытаскиваю руку и ежусь.

— Я подумаю.

— Только недолго. Пока едем к дому. Договорились?

Он заглядывает мне в глаза, и столько умильной мольбы в них светится, что сдаюсь.

— Согласна. Поехали.

Тяну на себя ремень безопасности и боковым зрением цепляю движение напротив.

Кто-то стоит за витринным окном ресторана и машет руками. Приглядываюсь: это Мишка и его юная любовница. Они яростно выясняют отношения.

— Тарас, смотри! — показываю на окно.

— Ничего удивительного, — пожимает он плечами и заводит мотор. — Эти двое достойны друг друга.

И все равно я провожаю взглядом силуэты. Пять лет я жила с этим мужчиной, пять долгих и счастливых лет. Ни разу не засомневалась, не заподозрила обман. Может, я, и правда, блаженная, какой меня считает Анжелика. Или дура набитая, раз так безоговорочно доверяла мужу.

Кошусь на Тараса. А ему можно верить? Или он, как все мужики, добьется меня и начнет поглядывать налево?

«У тебя паранойя! — подсказывает внутренний голос. — Одумайся!»

Не успеваю появиться на работе на следующий день, как вызывают к ректору.

Идти в приемную совсем не хочется. С подругой наметилось перемирие, но утраченное доверие не так-то просто вернуть, поэтому держусь пока на расстоянии. Тоска сжимает когтистой лапой сердце. О боже, как тяжело!

За что сегодня буду принимать удар? За провокацию студентов? За оценки? Или взятки? А может быть, вспомнилась история с цветами? Я до сих пор не знаю, что их принес, и это тревожит.

Черт! А если это выходка Лики? Мстит за вчерашнее. Она наверняка не ожидала увидеть меня в клубе.

Испариной покрывается лоб. Я не смогу бороться с человеком, у которого такой масштаб гадости. Что же делать?

— Проходи, — говорит Галина и отворачивается.

Мне плохо. Сначала было плохо оттого, что меня предали, а теперь еще хуже.

— Юля, — ректор в упор смотрит на меня.

— Опять жалоба?

— Хуже.

— Что?

Бледнею, от нехорошего предчувствия сжимается сердце.

— Ты знаешь Виктора Матвеева? Владельца телеканала «Мирный дом»?

«Матвеев? — в голове просто ураган. — Отец Лики? Неужели эта зараза нажаловалась?»

— С-слышала.

— Он хочет сделать о тебе репортаж.

— С какой стати! — вспыхиваю я от возмущения.

— Видел тебя на бизнес-встрече.

Час от часу не легче! Тот вечер был месяц назад, поезд давно ушел. Откуда такое рвение у хозяина канала? Проклятые мужики вокруг меня взбеленились, что ли? Сразу вспоминаю липкие пальцы на шее и передергиваюсь. Глубоко вдыхаю, успокаиваясь.

— Григорий Ефимович, надеюсь, вы ему отказали?

— Зачем? Бесплатная реклама вуза, чем плохо.

— Ну, это же нервно для всех.

— Ерунда. Не первый раз, справимся.

Идея щелкает в голове. В филиале университета в глубинке не хватает преподавателей иностранного языка.

— А можно мне в командировку?

— Куда?

— В Саранск.

— Спятила? На носу сессия. Кто за тебя здесь работать будет?

Так, отвертеться не получится. Но что этому Виктору от меня надо? А если это он… цветочками балуется? Сцепляю пальцы в замок, и как избавиться от новой головной боли? Может, Тараса попросить?

Нет, не могу его больше использовать!

«Черт, Юля! И как ты попала в такую жизненную ловушку?» — вздыхаю и говорю:

— Хорошо, пусть приходит, у нашей кафедры много достижений. Мы подготовимся. Простите, у меня лекция.

Ректор машет рукой на выход.

В приемной пусто, сердце ухает в пятки, неловкая ситуация.

— Галка…

— Юль, может, все же помиримся? — подруга отворачивается, на глазах блестят слезы.

— А ты знаешь, что за новость со съемками. Откуда? — ухожу от ответа я.

— Сегодня боссу позвонили. Еще и какая-то известная теледива будет интервью брать.

— Вот я попала!

На душе становится еще хуже. Невооруженным глазом видно, что это проделки Мишкиной любовницы. Наверняка провокационные вопросики приготовлены.

— Смотри.

Галка поворачивает ко мне экран ноутбука, я смотрю на известную ведущую ток-шоу. Кто я и кто она? Тошнота подбирается к горлу, как прежить эту напасть?

Сотрудники телевидения приходят на следующий день, не дав мне возможности справиться с нервами и придумать ответы на предполагаемые вопросы. Вваливаются прямо в лекционную аудиторию, заполненную студентами. Я растерянно смотрю на вошедших, деловито устанавливающих аппаратуру, и не знаю, что делать.

— Простите, — громко говорит Тарас и встает. — Но у нас лекция. Я хотел бы ее дослушать.

На него оглядываются студенты и согласно кивают, некоторые уже покидали в сумки гаджеты и тетради, готовы бежать: не все рады оказаться под объективами камер.

— О, Тарас! — слышу удивленный возглас. — И ты здесь? Но как…

В аудиторию входят владелец канала и ведущая. Он сразу направляется ко мне, а теледива шествует к Тарасу.

Именно шествует, медленно, чинно, ставя каждую ногу в лаковой туфельке на двенадцатисантиметровом каблуке в соответствии с правилами модельного искусства. Или мне так кажется?

— Он, Юлечка, — восклицает Виктор, хватает мою ладонь и подносит к губам.

Я не вырываю руку, не до престарелого ловеласа сейчас, мой взгляд прикован к Тарасу, чувствую, что в его душе бушует ураган. Но чем, вернее, кем он вызван? Неужели красавицей ведущей?

— Здравствуйте, Виктор.

— Как я рад вас видеть!

— И я, — отвечаю машинально.

Атмосфера явно накаляется. Тарас, игнорируя вопросы, идет по своему ряду, минует красавицу, но она цепляется за его рукав.

— Стой! Нам надо поговорить.

— Мне… не… надо…

Он говорит с паузами, чеканит каждое слово, и они камнем падают в воздух. Чувствуется, что даже это дается ему с трудом. Ни разу я не видела Тараса в таком состоянии. Студенты тоже.