Развод в 45. Двойное предательство переживу назло! - Анна Кривенко Страница 55

Я действительно боюсь того, что обо мне подумают другие? Да нет, вроде бы не боюсь — мне уже как-то всё равно. На самом деле я боялась другого: что через некоторое время ко мне охладеет Вячеслав, и я стану ему противной. Вот этого уже могла не пережить. Это был самый большой барьер, который существовал в моём сердце.

Но сегодня я вдруг поняла, что он меня действительно любит. Не знаю как поняла — наверное, это эмпатия. Но я поверила. Поверила, что с его стороны это не интрижка ради любопытства, не игра, не притворство. Поверила, что между мной и им происходит что-то серьёзное. Что-то, что может принести счастье нам обоим.

Значит, барьер сломался.

Я подняла глаза и посмотрела на Славика другим взглядом. Он этот взгляд заметил. Сразу же посерьёзнел, присел рядом, схватил меня за руку и, заглянув в глаза, прошептал:

— Катенька, тебе до сих пор тревожно? Да не волнуйся ты так, — он больше не придёт. Я его насквозь вижу — трусливый тип.

— Я не боюсь, — ответила шёпотом. — Я о другом.

— О чём же? — удивился Вячеслав. — Тебя беспокоит что-то ещё? Давай поговорим об этом.

Я не могла не ухмыльнуться. Обычно это женщины любят раскладывать всё по полочкам и устраивать психоанализ. Мужчины к этому не склонны. Но Вячеслав был готов и в этом мне служить — выслушать всё, что накопилось у меня внутри. Слишком совершенный, слишком идеальный для меня… хотя хватит. Никаких «слишком». Просто совершенный. Для меня.

В этот момент я поняла, что свободна. Сердце наполнилось такой радостью, таким ликованием, что я расплылась в улыбке, а потом потянулась к нему и обняла.

Он замер. Даже не понял, как на это реагировать. Однако через несколько мгновений охотно обнял меня в ответ, а после и вовсе аккуратно поцеловал в шею.

— Всё хорошо, дорогая, правда. Хочешь, я буду рядом каждый вечер? Хочешь, я вообще не буду уходить! Буду рядом, просто так, без всякого…

— Я хочу, — прошептала в ответ. — Хочу «со всяким».

Вячеслав замер, потом медленно отстранился, с недоверием заглядывая мне в глаза. Его удивлённый взгляд говорил: «Правильно ли я понял то, что ты сказала?» Я смущённо улыбнулась и кивнула, подтверждая его догадки.

В тот же миг он расплылся в счастливой улыбке, подскочил на ноги, сдёрнул меня со стула и закружил вокруг. Я едва не свалилась, задев стул ногами. Он смеялся, заставляя смеяться меня.

— Катенька, это правда? — радовался, как дитя.

И я тоже радовалась. Сердце было наполнено влюблённостью и свободой. Кажется, я освободилась. И для этого было достаточно просто поверить в его любовь.

Наконец он поставил меня на пол, схватил за обе щёки и прошептал:

— Значит, ты будешь со мной? Ты согласна?

И смотрел с такой надеждой, будто я пообещала ему весь мир в подарок.

— Согласна, — твёрдо ответила я. — Я хочу быть с тобой. Это правда.

Последовавший поцелуй был жадным, ярким, горящим и безумно сводящим с ума.

Но на этом Вячеслав не остановился. Подняв меня на руки, буквально взбежал по лестнице на второй этаж. «Поставь меня, надорвёшься», — подумала я, но вслух этого не сказала.

Хватит. Хватит жить страхом, себя ограничивать. Хватит бояться. Больше не буду ничего бояться и отвергать то, что дарит мне судьба. Буду принимать, наслаждаться, радоваться. Буду ценить каждое мгновение, которое приходит ко мне. Прекращу не любить себя, полюблю жизнь и стану счастливой — всему миру назло!

Наконец, мы оказались в спальне. Дверь захлопнулась за спиной, и в тот же миг его руки оказались на моей талии. Славик притянул меня ближе, так, будто боялся потерять хоть на секунду, и наши губы снова встретились в жарком, нетерпеливом поцелуе.

Поцелуй стал глубже, смелее, он буквально лишал дыхания. Вячеслав провёл ладонями по моей спине, медленно, будто запоминая каждую линию. Я чувствовала себя желанной, настоящей — будто долгое время была замёрзшей и только теперь оттаивала в его объятиях.

Мы ничего не говорили, только дышали в унисон. Он легко опустил меня на постель, будто я была чем-то бесконечно ценным. Его прикосновения были горячими, уверенными, но внимательными — и каждая ласка убаюкивала, успокаивала, наполняла чем-то сладким и тёплым.

Всё происходило естественно, плавно, как долгий, тихий танец двух людей, которые наконец нашли друг друга. В комнате с задернутыми шторами до сих пор царил полумрак, и в этой мягкой тени стирались границы — где заканчивалась я и где начинался он.

И когда любимый наклонился, чтобы поцеловать меня в шею, я закрыла глаза — и просто позволила себе быть счастливой. Без страха. Без сомнений. Только мы двое.

Наша близость стала кульминацией доверия, полного принятия и согласия. Стала печатью нашего единства. Навечно. Навсегда…

С тех пор я переехала к Вячеславу. Отзвонилась Тане, что освободила их дом — и стала поистине свободным человеком.

* * *

Маша шла по узкому коридору старого техцентра, где когда-то чинили офисную технику, а теперь обитали полулегальные айтишники, фрилансеры и хакеры, прятавшиеся от нормальной работы. На третьем этаже, за дверью с облупившейся наклейкой«No System Is Safe» , сидел тот, кто ей был нужен.

Его звали Даниил по прозвищу «Лис». Высокий, худощавый, с рыжеватыми волосами, собранными в хвост, и постоянно прищуренными глазами, будто он изучал мир через невидимый монитор. На нём была потертая толстовка и джинсы, а вокруг — царство хаоса: три монитора, провода, пустые банки энергетиков, клавиатуры без половины клавиш. Но работал Лис безупречно.

Он поднял глаза, когда Маша вошла, и коротко присвистнул:

— Ого, какие люди пожаловали!

— Даня, — Маша улыбнулась, прикрыв за собой дверь. — Есть одно дело. Сложное. Нужна твоя помощь.

Лис медленно откинулся в кресле, позволив себе откровенно окинуть её взглядом сверху вниз.

— И что же я получу взамен? — спросил он хмыкнув. — Учти, мои услуги стоят дорого…

— Я заплачу, — мурлыкнула Маша, облокотившись о стол так, чтобы он смог нырнуть взглядом её декольте. — Могу даже с премией.

Он рассмеялся, тихо, с пониманием.

— Знаешь, мне даже просто… г-м-м… премии будет достаточно…

Даниил поднялся, лениво, без спешки, будто