Неоспоримый - Х. Р. Пенроуз Страница 55

вес его тела пригвоздил меня к месту, не позволяя сбежать. — Я убил много людей, и я продолжу это делать. Чтобы обеспечить безопасность не только моей жизни, но и жизней людей, которых я люблю. Но один из моих величайших грехов заключается в том, что я предпочитаю лишать человека жизни голыми руками, а не оружием, чувствовать, как жизнь покидает его тело.

Мои глаза расширились. Я сглотнула. Но я не была полностью шокирована, хотя большинство людей были бы шокированы. Часть меня начала осмысливать то, что я узнала о Нико, и кусочки начали складываться воедино. Мой пульс участился; я понятия не имела, как правильно воспринять его признание, которое я вынудила его признать.

— Эмоции, играющие на твоем лице, противоречат друг другу, это завораживает. Одно из главных сходств между нами заключается в том, что мы защищаем наших людей и готовы на все ради них. Не так ли, Ческа? — он приподнял бровь. — Потому что я здесь не единственный, кто покончил с жизнью.

Глава 19

Ческа

Мое тело дернулось, желая освободиться от его оков. Быстрыми движениями он отпустил меня и отступил, давая мне пространство. Я устроилась в углу дивана, подтянув колени к груди. Дрожащей рукой провела по волосам.

У меня вырвался сдавленный, почти маниакальный смех.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь.

— Разве нет? — заметил Нико, на его лице не было никакого осуждения.

— Нет, — прошептала я, отводя взгляд в другую сторону и вытирая внезапно навернувшиеся слезы.

Воспоминания проносились в моей голове, как на кинопоказе. Казалось, чем хуже воспоминание или мысль, тем больше я цеплялась за них. Я бы предпочла выбросить это из головы, чтобы никогда больше не вспоминать, но я заслужила напоминание об этом.

— Ты сделала это, чтобы защитить свою лучшую подругу, — признал Нико.

Я шмыгнула носом и провела рукой под носом, когда слезы покатились по моему лицу. Чувство вины сдавило мне грудь. Иногда мне хотелось вернуться назад и изменить то, что произошло, но если бы это было так, то на его месте была бы Эби. И я знала, каким будет мой выбор каждый раз.

Я закрыла глаза, глубоко вздохнула и спросила:

— Откуда ты знаешь? Ты не должен знать.

Нико громко вздохнул.

— После нашей ночи вместе — когда для меня не было пути назад — я потребовал полной проверки каждого аспекта твоей жизни. Мне пришлось немного покопаться и попросить об одолжении, чтобы получить информацию. На всякий случай, если тебе интересно, найти ее было нелегко. Я предполагаю, что так было задумано, но, несмотря на это, я закопал ее поглубже. Теперь нет тропы, по которой кто-то мог бы найти.

Я открыла глаза. Если Нико узнал, что произошло, это означало бы, что любой другой мог. Если то, что он говорил, было правдой, то он похоронил это достаточно, чтобы вовлеченные в это люди могли жить, не оглядываясь через плечо, всю оставшуюся жизнь.

— Они в безопасности? — я подтвердила.

— Вы всегда были в безопасности, все вы. Сводный брат Броуди не просил многого взамен на то, чтобы похоронить то, что произошло, — ответил Нико.

Я выдохнула и поднялась на ноги, хватая бутылку вина из ближайшего холодильника. Я вышла на улицу, чтобы избежать встречи с Нико. Я была измотана.

Карсон — сводный брат Броуди — сочувствовал ситуации и даже глазом не моргнул при мысли о том, во что он вляпался много лет назад.

У Эби всегда были непростые отношения со своими строгими, религиозными родителями, которые постоянно навязывали ей свои убеждения, несмотря на ее протесты. Она уважала их выбор, но он не был обоюдным. Они не были жестокими, но часто пытались манипулировать ею.

В подростковом возрасте она проводила больше времени в моем доме, чем у себя. Мои родители встретили ее с распростертыми объятиями и всегда накрывали для нее тарелку за ужином, а также выделяли ей свободную спальню.

В настоящее время она обменивалась с ними открытками на день рождения и праздники, но не более того. Они отдалились друг от друга. Из-за этого, когда Эби стала взрослой в глазах закона, она передала все контактные данные в экстренных случаях сначала мне, а затем моим родителям.

Однажды вечером, около полуночи, я ответила на ее звонок. Однако это было не приветствие на другом конце провода, это был жаркий спор между ней и ее бывшим парнем. Я сразу поняла, что ей нужна помощь. Через несколько минут я вскочила с кровати, оделась во все, что было под рукой, и выбежала из дома, в панике прислушиваясь к их нарастающему спору, пока я отправляла экстренное сообщение Джошу и остальным, говоря им как можно скорее добраться до Эби.

Своим запасным ключом я тихо вошла в ее маленькую квартиру-студию, приоткрыв за собой дверь, но не дав ей запереться. Я стояла в ее крошечном коридоре, который разделялся на три дверных проема. Впереди я увидела крупную фигуру Брента — ее бывшего парня, — который спиной ко мне отчаянно размахивал кухонным ножом. Я могла разглядеть под его размахивающей рукой Эби, которая в ужасе забилась в угол. Из ее губы текла кровь, а по лицу расползались красные пятна. Ее рубашка была порвана. В этот момент она пыталась его уговорить, и я просто знала, что он был накачан кокаином, и именно по этой причине разговоры не продлились долго.

Время давило на меня, а безопасность Эби висела на волоске, я медленно отошла в сторону и вынула из розетки лампу, стоявшую на маленьком консольном столике рядом со мной. Обернув поводок вокруг руки, я закрепила верхнюю половину в руках и вошла в гостиную. Другая моя рука поднеслась к губам в жесте молчи. Потрясенная, увидев меня, Эби привлекла его внимание, но он непредсказуемо набросился на нее, агрессивно нацелив нож в ее сторону. Я переключилась на автопилот, подняла указанную руку с лампой, крепко зажатой в ней, и отчаянно замахнулась тяжелым основанием в сторону его головы.

И продолжала бить.

Я не останавливалась, пока он не рухнул на пол. И только тогда мои ноги подкосились, и я перевела взгляд на Эби, которая прикрывала свой окровавленный рот дрожащими руками. Она забралась ко мне, но неподвижное тело Брента насмехалось над нами. Я отчетливо помнила, как мы с Эби обменялись испуганными взглядами, снова и снова задаваясь вопросом, что я натворила. Желчь подступила к моему горлу. Кровь, звуки…

Она прижалась своим скрюченным телом ко мне, ее тело дрожало, и она плакала.