Малыш для наемников - Криста Вулф Страница 54

— А ты думал, я не смогу достать «Стингер» за такое короткое время?

— Я думал, нам вообще не понадобится «Стингер», — признал я.

Имад ухмыльнулся так широко, что обнажил десны. — Хорошо, что он у меня был.

Я хлопнул его по спине так сильно, что едва не сбил с ног.

— Дал бы ты мне еще один день, я бы прикатил на «Скорпионе», — похвастался наш друг. — Может, это был бы перебор, — пожал он плечами, — но лучше иметь его и не нуждаться, чем…

— Нет времени! — оборвал его Коул. Он хлопнул Имада по плечу. — Потом. Ясно?

Наши головы повернулись в ту сторону, откуда мы только что приехали. Где-то вдалеке раздались звуки перестрелки, и мы со всех ног бросились к джипу.

Блядь.

Сорок восемь

КУИНН

Люди приближались к нашей позиции, не меняя направления. Они шли осторожно, с винтовками наготове, переставляя ногу за ногой.

Каждый шаг приближал нас к неизбежному.

Сейчас.

Сигнал Рипли был быстрым и четким — короткий кивок головы в сторону врагов. Мы шагнули из-за камня одновременно с двух сторон, подняв оружие: его винтовка, мой пистолет. Оба ствола были наведены на разные цели, и мы одновременно нажали на спусковые крючки.

И тогда весь мир взорвался шумом и огнем.

Какофония из пяти разных стволов разорвала тишину пустыни; они стреляли вразнобой. Рипли скосил ближайшего нападавшего, который беспомощно выстрелил в воздух, падая на землю. Рипли уже переводил ствол на следующего, когда выстрелило мое оружие: мой палец нажимал на спусковой крючок снова и снова, стреляя в человека, который был уже почти рядом со мной.

Я уже стреляла из пистолета раньше, но ничего подобного не испытывала. Не так, когда кровь стучит в висках, сердце колотится как сумасшедшее, а на чаше весов — граница между жизнью и смертью. Сначала это было ошеломляюще. Потом принесло странное очищение. Я стреляла, смеялась и плакала — весь спектр эмоций проносился сквозь меня — пока не всадила почти весь магазин в центр груди темного незнакомца, решившего меня убить.

Он содрогнулся и осел, оставив меня стоять над ним в полном недоумении. Запах пороха удушал. Мой палец все еще бешено дергался. И тут я увидела четвертого парня и поняла, что смотрю прямо в серебристо-черное дуло его поднятого оружия.

— ЭЙ!

Мужчина наполовину обернулся, наполовину отшатнулся назад, когда полдюжины пуль разорвали его грудь и горло. Это была не просто кровь; это было и кое-что еще. То, что невозможно по-настоящему понять, пока не увидишь своими глазами: то, что боевое оружие делает с человеческим телом на таком близком расстоянии.

Рипли схватил меня за запястье и потащил за собой, прорываясь сквозь пороховой дым в случайном, как мне казалось, направлении. Я слышала новые крики, новые выстрелы, и вдруг поняла, что падаю, перелетая через себя. Мои ноги отчаянно пытались угнаться за центром тяжести, который сместился немыслимо далеко вперед. В итоге они проиграли битву. Пистолет вылетел у меня из рук, и я проехалась лицом по твердой пустынной земле.

— УНННФФФ!

Колени взорвались болью, затем ладони, локти и, наконец, подбородок. Ожоги от слишком быстрого падения, казалось, горели везде одновременно. Но онемение пришло быстро, забрав большую часть боли.

— Лежи.

В какой-то момент хаоса Рипли отпустил меня. Но голос принадлежал не ему. Он звучал с акцентом, был злее и гораздо более зловещим. К тому же Рипли лежал рядом со мной — теперь, когда пыль рассеялась, я это видела. Его глаза были закрыты, и он казался абсолютно неподвижным, без сознания. Или того хуже.

— Где остальные?

Несколько пар ботинок появились в моем поле зрения, и я вздрогнула, когда кто-то замахнулся, чтобы ударить меня. Инстинктивно я свернулась в позу эмбриона за секунду до того, как ботинок скользнул по моему плечу. Когда я не закричала, каблук ввинтился мне в поясницу.

— Я сказал…

— Пристрели этого! — рявкнул один из них. — Потом спроси ее снова.

Второй голос был еще громче и сочился презрением. За ним последовал звук нескольких одновременно взведенных курков.

НЕТ!

Я вырвалась и резко села, не осознавая, насколько сильно у меня кружится голова. И как раз вовремя, чтобы увидеть три пистолета, нацеленных в голову Рипли.

— Нет, нет, нет! Подождите!

Еще двое перевели винтовки на меня. Я вскочила на ноги, вытянув руки с растопыренными пальцами. Из разбитых ладоней текла кровь. На меня смотрели как минимум шесть или восемь человек, все вооруженные до зубов. Подбежали еще двое, дополняя их группу.

— ФЕРРЕРА! — выпалила я.

Мой взгляд бешено метался от одного врага к другому. Все они замерли после моей выходки, повернув головы к одному-единственному человеку.

Полевой командир был заметно ниже остальных, коренастый и плотно сбитый. Растительность на его лице была такой густой, что срасталась у основания лба, образуя идеальную монобровь над темными, бездушными глазами.

— Он вам не нужен, — быстро сказала я, пока его люди не успели выполнить приказ. Моя рука уже была в кармане. Я вытаскивала ее медленно, на случай, если у кого-то из них дрогнет палец.

— Вам нужно вот это.

Я подняла изумруд высоко вверх, зажав его между большим и указательным пальцами. Пустынное солнце немедленно поймало его, осыпав мое предплечье мерцающим, переливающимся занавесом блестящего зеленого света.

Коллективный вздох пронесся среди людей Ферреры.

Я забрала самый крупный камень еще в Мэне, спрятав его до того, как Коул засунул остатки своего сокровища обратно в дупло дерева. Тогда я даже не знала, зачем это делаю. Наверное, хотела показать его остальным, чтобы узнать, можно ли использовать изумруды как рычаг давления. Получить какое-то преимущество, о котором Коул не подумал.

Но в основном я не хотела, чтобы он держал такой смертоносный секрет в тайне только для себя. Особенно если из-за этого он мог пострадать.

Я повернула изумруд боком, убедившись, что он отбрасывает максимальный профиль и производит наибольший эффект. Могла бы и не стараться. Глаза Ферреры расширились настолько, что, казалось, вот-вот выпадут из орбит, как только он его увидел.

— Я знаю, где они, — быстро сказала я. — Все до единого. И я вам скажу. Но только если вы не убьете этого человека.

Я опустила руку и бросила драгоценный камень снизу в сторону полевого командира. Его люди отшатнулись, словно это была граната. Втайне я мечтала, чтобы так оно и было.

Он двигался быстро для человека