Держать в плену - Анжела Снайдер Страница 51

Он убирает пальцы, а затем его рот возвращается к моему центру. Талантливый язык яростно скользит у меня между ног, и я вскрикиваю, когда удовольствие начинает захлестывать, мое естество сжимается до такой степени, что это почти причиняет боль. Я так близка к тому, чтобы кончить, но затем он снова останавливается, заставляя меня вскрикнуть от внезапной потери. Он продолжает подводить меня к краю, но заставляет оставаться там, не позволяя мне упасть, и это чертовски расстраивает меня.

— Я хочу, чтобы ты кончила на мой член. Ты тоже этого хочешь, corazón(с испан. сердце)? — Спрашивает Матео напряженным голосом.

Прикусываю губу и выразительно киваю. Разум кричит "Нет", но тело… мое тело хочет его и всего, что он собирается мне дать. Я так сильно жажду его прикосновений и удовольствия, которое только он может мне доставить, что я как наркоман, ожидающий следующей дозы.

— Скажи мне, что хочешь мой член. Скажи мне, что хочешь меня внутри себя.

Когда я не отвечаю ему, он хватает меня за волосы, наматывает их на кулак и поворачивает мою голову назад, чтобы притянуть мой рот к своему.

— Скажи мне, Ария, — грубо приказывает он, его дыхание на моих губах.

— Да, хочу. Пожалуйста, трахни меня, Матео, — стыдливо умоляю.

Я не могу ни в чем ему отказать, когда так нуждаюсь, ненавижу и люблю все это одновременно. Такое чувство, что я разрываюсь надвое, мое здравомыслие и достоинство, с одной стороны, мое либидо и иррациональность, с другой. И кажется, что последнее всегда побеждает в битве.

Мои слова, кажется, доставляют ему удовольствие, и он грубо целует меня в губы, прежде чем отпустить.

— Это моя хорошая девочка, — хрипит он.

А затем я чувствую, как его член застывает у моего входа. Волна жара приливает к моему сердцу в ожидании того, что должно произойти. Я знаю, что это неправильно, но он нужен мне. Блаженство, которое он дарит, переносит меня в другое место, туда, где я не его пленница, а он не мой похититель. Туда, где меня не удерживают против моей воли с возможностью никогда не вернуться домой. В этом подсознательном месте все плохое, кажется, исчезает, пока не остается только бессмысленное удовольствие.

Он медленно входит в меня, растягивая до боли. Я громко стону, пока мое тело пытается приспособиться к его толстому, твердому члену.

— Ты такая хорошая девочка для меня, Ария, — хвалит он, вгоняя в меня свой стальной член. — Ты брала меня всего раньше. Ты возьмешь меня снова.

Моя влажность покрывает его, позволяя ему проникать внутрь, пока он, наконец, не достигает рукоятки, и мы оба стонем в унисон, когда он достает этой точки. Я чувствую себя наполненной. Так чертовски наполненной.

— Вот и все, — говорит он, входя в меня и выходя. — Твоя жадная пизда сжимает меня так крепко, — рычит он. — Не хочет меня отпускать.

Его пальцы проникают под меня и находят клитор. Совокупность ощущений снова подводит к краю. Мои бедра начинают дрожать прямо перед тем, как он убирает руку и останавливается позади меня. На этот раз я громко стону от разочарования, и это вызывает у него глубокий смешок.

— Так нетерпелива, моя маленькая пленница, — говорит он. Затем я чувствую, как его пальцы касаются моих губ. — Сделай их мокрыми для меня, Ария, — командует он.

Я посасываю его пальцы, постанывая вокруг них, когда он снова начинает трахать меня. Через минуту он убирает руку от моего рта, а затем я чувствую давление на свою тугую дырочку. Мгновенно мое тело замирает, и я пытаюсь отползти от него. Но Матео крепко кладет руку мне на спину, удерживая меня, не позволяя сбежать.

— Не сопротивляйся мне, Ария. Я обещаю, это будет приятно. А затем он шепчет: — Просто доверься мне.

Я всхлипываю, когда он касается тугого кольца мышц между моими ягодицами, и чувствую сильное давление, когда он вводит один из своих пальцев внутрь меня до первой костяшки. Мучительный крик срывается с моих губ, когда я сжимаю простыни в кулаке.

— Потрогай себя для меня, corazón, — требует он, продолжая вгонять в меня свой член.

Моя рука скользит подо мной, пока я не нахожу свой ноющий клитор. Я потираю набухший маленький бугорок, постанывая от самых разных ощущений. Чувствую, что в моем мозгу происходит короткое замыкание, я пытаюсь не отставать от всего, что ощущаю одновременно. Мой клитор пульсирует, когда я потираю его, киска и задница растянуты и наполнены. Каждый мускул внутри меня сжимается от желания, пока всего этого не становится слишком много.

— Вот и все. Почувствуй меня, Ария. Всего меня, — рычит Матео.

Его толстый член входит и выходит из меня, киска сжимается вокруг него, когда я испытываю стремительный оргазм. Я рыдаю в простыни, когда внезапно отпускаю себя, позволяя жидкому удовольствию наполнить мои вены и поглотить меня изнутри.

Мое имя — грубый выдох на его губах, когда Матео вытаскивает палец из моей задницы, обхватывает бедра и начинает трахать меня глубоко и жестко. Его член врезается в меня снова и снова, задевая это сладкое местечко внутри меня, и я чувствую, как моя киска сокращается, когда внезапно разбиваюсь об него без предупреждения.

Вскрикнув, я падаю на кровать, больше не в силах держаться на ногах. Матео продолжает трахать меня, пока не кончает с криком, сжимая мои бедра и крепко прижимая к себе.

— Черт, — стонет он.

Его бедра изгибаются в последний раз, и я чувствую каждый спазм его члена, когда он входит в меня.

Я лежу неподвижно, пытаясь отдышаться, пока он покрывает поцелуями мою спину. Это было… невероятно. Прямо как в первый раз, но лучше. Как это вообще возможно? Если все будет становиться лучше, я никогда не смогу сказать ему "нет". Я никогда не смогу устоять перед ним… или перед его чудовищным членом и талантливым языком.

Матео медленно выходит из меня, когда стону от разочарования, закрывая лицо руками.

— Что случилось, corazón? — Спрашивает он, поправляя мои стринги и платье.

Я разжимаю два пальца, глядя на него в промежутке между ними. И просто вид его тяжелого, длинного члена, висящего между его мощных бедер, и то, как он блестит от наших объединенных соков, заставляет меня зажмуриться.

— Ничего, — лгу я. А потом признаюсь: — Все.

Вздыхая, я встаю, мои ноги словно желе.

— Ну, пока ты решаешь, мы опаздываем