Две полоски после вечеринки - Лина Филимонова Страница 48

Набросился, как голодный зверь. Истерзал бедную девочку. Так достал ее своей бешеной страстью, что она от меня сбежала.

Она хрупкий цветочек. Хочет романтики, нежности, красивых слов. А не моих пошлостей и не дикого разнузданного секса.

Решено. Устрою ей романтическое свидание. Погуляем в парке, посидим в ресторане... О, может в театр ее сводить? Пусть знает, что я культурный человек, а не похотливая скотина.

Изучаю репертуар театров. Ищу приличный ресторан. Думаю, куда ещё можно культурно сводить девушку. Составляю список…

И тут мне прилетает сообщение от Ксюши:

“Я приглашаю тебя на свидание”.

Что, мля?

“Сегодня, в восемь вечера”.

Ни хрена себе…

“Заеду за тобой на такси”.

Разве не я это должен был написать? Я мужик или где?

Я что, опять слишком долго собирался? Про меня говорят, что я долго запрягаю… Ну да, бывает иногда. Но зато потом я очень быстро еду!

Ксюша меня опередила. Если честно, немножко чувствую себя лохом…

58

Кирилл

“Я купил билеты в театр”, - пишу Ксюше.

“А я забронировала столик в “Соблазне”.

Ничего себе она исполняет! Надо срочно перехватывать инициативу. А то решит, что у нас в семье мужик она.

Пишу ей:

“Заеду за тобой в шесть. В полседьмого начало спектакля. Потрясающая постановка, гастроли столичного театра, Билетов вообще нигде нет, но я сумел достать”.

“Ну ок”, - отвечает она.

Просто “ок”? Я тут тебе убитого мамонта в зубах принес, редкий вид, между прочим. А ты просто “ок”? Ни восхищения, ни благодарности?

Ну ок.

***

В шесть подъезжаю к ее дому.

Она выходит. Охренеть…. Платье в пол, разрез до середины бедра, шпильки, красная помада…

Короче, у меня встал. Ещё когда я выезжал из дома. Но неважно.

Стискиваю зубы, представляю мертвых котят, и нечеловеческой силой воли успокаиваю бешеную эрекцию

Выхожу из машины. Достаю с заднего сиденья букет оранжевых роз. Вручаю Ксюше и элегантно целую ее ручку. Я сегодня джентльмен с изысканными манерами, а не озабоченный маньяк, который все время лезет под юбку.

Моя невеста смущенно улыбается, отдает цветы подоспевшему Никитке.

- Поставь в вазу.

- Систер, ты чего так вырядилась? - интересуется он.

- Мы с Кириллом идём в театр.

- Театр? Культур-мультур? Вы что, старперы?

- Малой, отвали, - вырывается у меня.

Упс. Не удержался.

- Прошу прощения за грубый сленг, моя прекрасная леди.

Никитка ржет, за что получает подзатыльник. Я усаживаю свою невесту в машину. Ещё раз целую ей ручку.

- Как прошел день? - спрашиваю я, когда мы трогаемся.

- Продуктивно, - отзывается Ксюша. - Ездила мерить платья. С моей и твоей мамой.

- И как?

- Они сумасшедшие.

- Кто? - не сразу понимаю я.

- Наши мамы.

- Заставляли тебя купить пышное платье, как у самоварной бабы?

Откуда-то помню, что девчонки такое не уважают.

- Да нет, они просто.… планировали девичник.

- И что, и что? Будете пить чай, смотреть фотки на проекторе, дарить друг другу подарки и петь песни?

Мне как-то рассказали, чем занимаются девчонки на девичнике.

- Ага. Примерно так, - кивает Ксюша.

И хихикает.

***

Мы входим в театр. Я провожаю свою даму в театральный буфет.

- Шампанского?

- С удовольствием.

- Бутербродик с икрой?

- Можно два?

Я заказываю три. Ей. И парочку себе.

- Мне ещё вон ту трубочку со сгущенкой.

Мы за столиком. Ксюша загадочно улыбается, поглядывая на меня из-за бокала шампанского. Делает глоток. Облизывает губы. Прикусывает нижнюю…

Вроде, все совершенно невинно, но.… Это выглядит разнузданнее, чем самый откровенный стриптиз! Не знаю, почему.

Может, из-за этой ее загадочной улыбки…

Ксюша игнорирует бутерброды. Вместо этого она подцепляет своими пальчиками трубочку с кремом. И… начинает творить с ней такое, что наш столик начинает раскачиваться. Потому что снизу его, блин, активно подпирает мой домкрат!

Трубочка облизана, надкусана, крем с аккуратно слизан с пухлой губки. Я в спермотоксикозной коме.

И тут Ксюша поворачивается боком и я вдруг замечаю.… Сосок! Точно. Дерзко торчащий сосочек под тонкой трикотажной тканью платья.

Она что, без лифчика?

Я сглатываю. Пытаюсь что-то спросить, но издаю лишь нечленораздельные звуки.

- Третий звонок! - окликает нас буфетчица.

И в этот момент я понимаю, что мы с Ксюшей остались одни. Все остальные столики давно опустели. Я даже не заметил, как…

Провожаю свою даму в зал, бурча под нос:

- Мертвые котята, мертвые котята.

- Что? - спрашивает Ксюша.

- Я говорил тебе, что ты сегодня просто невыносимо сексуальна?

- Нет. Не говорил.

Писец…. Я что, все время молчал? Просто пялился на нее, капая слюной и даже не пытаясь подобрать челюсть?

Сажусь со стороны разреза на платье. Опрометчиво, но.… как по-другому? Не могу же я позволить, чтобы с этой стороны сидел какой-то левый мужик.

Начинается спектакль. Я смотрю на сцену. Одним глазом. Второй зафиксирован на Ксюше. На гладкой, шелковистой, невыносимо притягательной обнаженной коже ее бедра, выглядывающей из разреза.

Я сжимаю ее ладонь. Стиснув зубы, пытаюсь удержаться от того, чтобы не начать гладить ногу и лезть под платье.

Мы же в театре. У нас же культурное мероприятие.

И вот, в самый разгар спектакля, моя будущая жена наклоняется и шепчет мне прямо в ухо:

- На мне нет трусиков.

- Ч-что? - хрипло заикаюсь я.

Она молчит. Медленно, очень медленно, гладит себя по бедру. Облизывает губы. Дышит. Так, что грудь поднимается, и я скорее чувствую, чем вижу, как напрягаются ее упругие дерзкие сосочки.

Писец…. Я сейчас сдохну.

- Пойдем!

Вскакиваю и хватаю ее за руку.

- Куда?

- Куда-нибудь.

- Кирилл!

Она садится сама и усаживает меня. По шиканье окружающих зрителей.

- У нас тут потрясающая постановка, - горячо и сексуально шепчет она мне на ухо -. Артисты из самой столицы. Ты с таким трудом добыл билеты…. Давай наслаждаться искусством.

И она наслаждается. Моим оцепенением. Моим диким, невыносимым желанием.