Падшая наследница - Т. С. Калбрет Страница 46

Я лежала на полу, лицо пульсировало, глаза горели, но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило в моей груди. Сокрушительное давление. Тихая боль от осознания того, что ничто из того, что я сказала, не достигнет его. Он ушел — кем бы он ни был, он давно истек кровью.

Удар выбил кляп. Он неуклюже повис у меня на челюсти, прежде чем соскользнуть к основанию шеи.

— Если это из-за денег... Ты можешь забрать их. — Прошептала я срывающимся и едва слышным голосом. — Все. Все.

Это не было уловкой. Это не было мольбой. Это была правда.

Я не хотела ни цента — только не после того, как узнала, чего это стоило. Только не после того, как узнала, откуда это взялось. Эта кровь пропитала основу каждого аккаунта, каждого актива, каждого титула.

Мне не нужно было знать каждую деталь.

Я не хотела, чтобы мои руки были в крови.

Но, судя по пятнам на полу, запаху в воздухе... И крикам — если это были крики — едва слышным, едва человеческим. Как эхо, отражающееся от стен...

Этого и так было слишком много.

Брюс присел передо мной на корточки, его дыхание было горячим от ярости и гнили. Его глаза изучали мое лицо, как будто я даже не была человеком — просто пешкой, которая изжила себя.

— Для этого слишком поздно, — усмехнулся он низким и острым, как лезвие, скользнувшее между ребер, голосом. — Ты думаешь, я привел тебя сюда, чтобы торговаться? Нет. Я больше не играю.

Он наклонился ближе, его голос понизился до шепота, от которого у меня по коже побежали мурашки. — Я собираюсь продать тебя тому, кто больше заплатит.

У меня кровь застыла в жилах.

— Твой маленький дружок? — он сплюнул. — Да, он был очень занят. Прикрыл несколько моих операций. Копался там, где ему не место. И моему боссу, — его рот скривился в жестокой усмешке. — Не терпится наложить лапу на того, кто несет за это ответственность.

Он медленно встал, как будто хотел, чтобы я прочувствовала каждую секунду того, что он сказал дальше.

— Поэтому я собираюсь вывести их прямо на него. Используя тебя.

ГЛАВА 26

ДЖЕКСОН

Милли распахнула дверь еще до того, как я постучал. Ее глаза покраснели, челюсть была сжата. — Что, черт возьми, происходит?

Бен молча стоял рядом со мной. По дороге мы не обмолвились ни словом. Говорить было больше нечего.

— Нам нужно поговорить, — тихо сказал я.

Она отступила назад, чтобы впустить нас, крепко скрестив руки на груди, как будто держала себя в руках только усилием воли.

Я прошел в центр комнаты, тяжесть всего, что произошло, тяжело легла у меня в груди.

Бен топтался у двери, засунув руки в карманы куртки.

— Тебе следует присесть, — сказал я.

— Не смей! — рявкнула Милли. — Не говори со мной так, будто я хрупкая.

У меня не было сил спорить. Я выдохнул. — Саванна исчезла.

Милли моргнула, как будто слова прозвучали неправильно.

— Исчезла? — ее голос дрогнул. — Что ты имеешь в виду... исчезла? Она с тобой. Она была с тобой.

— Так и было, — сказал я. — Сегодня ночью кое-кто проник в ее квартиру. Через запасной выход.

Она переводила взгляд с Бена на меня, ожидая продолжения.

Я колебался. — Я не могу рассказать тебе всего. Пока нет. Но мужчина, который похитил ее... был ее мужем.

Последовавшая за этим тишина была оглушительной.

Ее глаза расширились. — Муж?

Я медленно кивнул.

— У нее был муж? — повторила она, недоверие смешивалось с чем-то вроде предательства. — Саванна никогда… она никогда ничего не говорила. Она рассказала мне все.

Голос Бена прорезался, низкий и холодный. — Он не гребаный муж.

Милли повернулась к нему.

Выражение лица Бена не изменилось. — Он даже не мужчина.

Слова тяжело повисли в воздухе, острые, как битое стекло.

Я сделал шаг вперед, понизив голос. — Она просила меня обеспечить ее безопасность. Вот почему она ничего не сказала. Она не хотела, чтобы в это был втянут кто-то еще, — я сглотнул. — Ее муж.… от него плохие новости. Это все, что я могу сказать прямо сейчас. Но она не лгала тебе. Она пыталась защитить тебя.

Милли медленно отступила назад, ударившись коленями о диван. Она опустилась на него, как будто вес всего этого был непосильным. Потому что так оно и было.

— Я бы осталась с ней, — прошептала она. — Я бы переехала к ней. Если бы пришлось, я бы спала на диване. Черт возьми, у нее было достаточно места, чтобы мы все могли там жить. Я бы сделала что угодно, — она посмотрела на меня снизу вверх, и ее лицо снова чуть не выпотрошило меня. — Но ты мне не сказал. Ты даже не дал мне шанса, — ее голос надломился на грани, высокий и резкий от ярости. — Она моя лучшая подруга, — сказала она громче. — И ты позволил ей остаться там одной, зная, что он все еще на свободе? Что он искал ее и представлял угрозу?

— Мы ничего не допустили, — снова сказал Бен напряженным голосом.

— Тогда как, черт возьми, ты это называешь?

Тишина.

— Вы двое всегда на пять шагов впереди, — отрезала она. — Все ваши секреты. Все ваше молчание. Ты возвел вокруг нее стену и оставил меня стоять по другую ее сторону. И теперь она ушла. Похищена. И я должна просто ждать и надеяться, что ты найдешь ее?

— Милли, — сказал я, но мой голос прозвучал хрипло.

Тогда она посмотрела на меня. По-настоящему посмотрела на меня.

— Ты должен был сказать мне, — сказала она. На этот раз тише. Но под этим чувствовалась сталь. — Ты не можешь удерживать меня от этого. Больше нет. Я помогаю тебе найти ее.

Я кивнул ей, давая понять, что у нас нет времени на споры. Не сейчас.

— Тогда давай вернемся в офис, — сказал я. — Ника уже работает.

Мы еще даже не закрыли дверь, как я понял, что что-то не так.

Ника все еще сидела за столом разведки, ссутулившись в кресле, закинув ногу на ногу, не отрывая глаз от мониторов, как будто внешнего мира не существовало. Она не подняла головы. Не обратила на нас внимания. Просто продолжала пялиться.

Она не печатала. Она не ругалась. Она даже не двигалась.

Это было на нее не похоже.

Я видел Нику в напряжении. Видел, как она проводила секретные операции, проспав три часа и