Хозяин. Барин - Виктория Борисовна Волкова Страница 41

Он вроде понимает, но зайти первым не успевает.

На крыльцо выбегает Анечка и кричит радостно.

— Мама, мама! Там какая-то бабушка приехала! Шоколадку мне привезла! И сок!

— Какая еще бабушка? — вырывает руку из моего захвата Лида. Смотрит на меня гневно, потом — растерянно на Аню. — Ты что-нибудь ела? — спрашивает испуганно. И первая вбегает в дом.

Спешу следом. Ну все. Кранты мне.

А там тетя Тома сидит на диванчике. С прямой спиной и твердой уверенностью в собственной правоте. Впрочем, как всегда.

— Прости, Юрочка, — складывает ручки на коленках. — Миша сказал, и я не утерпела. Приехала. Надо проверить все быстро. Пашу порадовать. Что-то он совсем плох…

— О чем речь? — сверлит меня взглядом Лида. — Я, кажется, тебе все сказала, Юра. Никакое отцовство подтверждать я не собираюсь. Все. Точка! — берет дочку за руку. Разворачивается и идет к лестнице.

Еще можно что-то предпринять. Объяснить. Но Санина мать подскакивает с дивана, как черт из табакерки.

— Да кто тебя спрашивать будет, шаболда! Если ребенок наш, я через суд найду на тебя управу!

— Теть Том, теть Том, — раскрываю объятия. — Ну к чему этот шум? Лида мать, ей виднее…

— Это из-за нее… из-за дряни этой Санечку убили! Это он к ней таскался. Вот и застрелили сыночка моего, — всхлипывает мать моего друга.

— Ничего не доказано, — мотаю головой. И заметив на журнальном столике надкусанную плитку шоколада и маленькую пачку сока с торчащей трубочкой, сгребаю все со стола. — Выкинь, живо, — приказываю кому-то из охраны.

Поднимаю взгляд на Лиду, прижимающую к груди Аню и спешащую вверх по ступенькам. Мне бы за ней кинуться. Объяснить.

Но в душе зреет раздражение. На самого себя. Точно Яшка говорит, эта баба меня в бараний рог скрутила. Да и с Михой поговорить надо. Понимаю, что братан сболтнул лишнего. С кем не бывает. Но сейчас, после свадьбы и на обезболе, точно ничего выяснять не хочется.

Тут разрулю. А к тому времени и Лида остынет. Поговорим спокойно. Тест сделать придется. Но она сама должна дать согласие.

— Воды принеси, — просит Яша кого-то из охраны. Сам подает Тамаре стаканчик, присаживается рядом. — Вы же понимаете, Тамара Константиновна, так такие дела не делаются. К тому же у ребенка есть мать и отец. Все задокументировано…

— Да плевать я хотела, Яша, на твои законы. Если эта гадина утаила от нас ребенка, она поплатится. Правда, Юрочка? — поднимает на меня заплаканные глаза. — Ты же обещал… — верно считывает эмоции.

Да! Обещал. И что теперь? Будь любая другая овца, порешал бы сразу. А тут Лида. Моя Лида.

— Тетя Тома, Лида гостья в нашем доме, — стараюсь говорить спокойно, но не получается. — Не стоит гнать впереди паровоза. Я Мише так и сказал, — кошусь на Басаргина. Башку бы ему снести за такую самодеятельность. Но я Михе по гроб жизни обязан. Никогда против него не попру. Разберемся, мать его ети…

— Девочка похожа на Саню, — всхлипывает Тамара. — Зря ты распорядился выкинуть то, что она ела. Сделали бы экспертизу. Эта красавица никуда не делась бы, — добавляет она жестко. Да еще кулачок сухонький сжимает.

— Минутку, — раздается от двери голос Илюши Дараганова. Твою ж мать! — Как адвокат Лидии Андреевны, я категорически против любых действий без ее ведома. Это противоправно. И будьте любезны, следите за словами, — в упор смотрит он на Тамару. — Вы уже на статью о клевете и штраф наговорили…

— Юрочка, кто это? Почему меня оскорбляют в твоем доме? — хлопает глазками Тома. Складывает губки бантиком, уничижительным взглядом пытается остановить Дараганова.

Ага! Его хрен остановишь.

— Яша, я так понимаю, тут конфликт интересов, — обращается он к моему брату. — Лиде лучше отозвать твою доверенность…

— А где Лида? Я хочу подняться к ней, — встревает в разговор Милена.

Хочется запретить, но не могу. Лида тут точно не под арестом.

— Артем, проводи, — киваю в сторону лестницы.

И как только Милена уходит, тетя Тома выдыхает победно.

— Я ее знаю! Это же известный блогер! Пусть статью напишет. Выведет эту дрянь на чистую воду…

Ага. Сейчас. Милена никогда не пойдет против Лиды. А вот спрятать от меня мою женщину может… Что там у нее? Антикризисный центр? И дом под охраной как Форт Нокс.

Внутри закипает все. Меня реально колпашит от раздражения. Сейчас сговорятся кумушки, и Лида уедет с Миленой. Наверх бы подняться и разогнать. Нет, об этом не может быть и речи. Придется внизу дожидаться. Опять-таки, со Стешей и Славкой попрощаться надо.

Медовый месяц в клинике! Это ж надо было до такого додуматься!

Глава 45

Этого не может быть, потому как не может быть никогда!

С дочкой на руках взбегаю по лестнице. Сама не понимаю, как удалось уйти с гордо поднятой головой.

Эта женщина… Сашина мама…

Как он говорил?

Не обращай на нее внимания. Я и не обращала. До самой трагедии улыбалась при встрече как дура. Заставляла себя смеяться над глупыми оскорбительными шутками. Дескать, я все понимаю. Тамара юморит. Но в душе с первого дня складывалось стойкое ощущение дикой обиды и отчаяния.

Мать любимого меня ненавидит. И будь ее воля, стерла бы меня с лица земли, как букашку.

А сейчас… Примчалась галопом. Лошадь в ботах. Терпеть ее не могу. И если с Тамарой нас ничего не связывает, даже Саша, и даже после его гибели она не смогла со мной общаться по-человечески. Но вот теперь…

Смаргиваю слезы, застывшие в глазах.

Ворвавшись в апартаменты, оглядываюсь по сторонам. Баба Тая сидит на диванчике в детской. Пухлые ладошки на коленях сложила и смотрит виновато.

— Эта женщина, Лидочка… Я ее к Ане подпускать не хотела. Но она нас в холле перестрела, стала конфеты протягивать. И сок. Сказала, что родственница ваша. Ну я сок и взяла… Он же в упаковке… — поднимает на меня виноватые глаза. Добрая хорошая женщина. Спасибо Юре…

Юра. В душе закипает от злости. Ну что за человек! Обязательно все по-своему сделает. Настоит на своем. Даже там, где его мнение не требуется. Я же русским языком сказала…

Так нет же. Зачем-то поделился своими дурацкими умозаключениями с Тамарой. А я ее ни видеть, ни слышать о ней не хочу.

Мерзкая баба!

Но сейчас меня накрывает отчаяние. Юра, как ты мог? Почему? Зачем? Много вопросов, а ответа нет.

И не случайно тут появилась Сашина мать. И Юра уселся с ней разговаривать. Как же все бесит! И почему чужие люди