Скорость любви [+Бонусная глава] - Диана Зотова Страница 40

— Прекращать быть нежной фиалкой и учиться отстаивать себя, защищать, ценить и больше не позволять кому-то насильно влюблять в себя, — горько усмехаюсь.

— Насильно? — удивляется.

— Очевидно же, что выбора у меня не было, как влюбиться, все должно было к этому прийти, ведь Медведев меня своими лапами отгородил от всех и выжидал этого момента. Не мог взять, пока не удостоверился, что признала, — шиплю я, начиная злиться.

— Ох, дочь... - вздыхает. — Я бы сказала, что вы ещё глупы, — усмехается. — Но лезть не буду, потому что сами все осознать должны, поэтому делай, как знаешь, я в любом случае рядом.

Я отправилась в спальню и залезла в ванную, надев наушники, а потом случился звонок, но телефон был далеко, чтобы посмотреть, от кого звонок, поэтому приняла, нажав на сенсор наушника.

— Какого хера?! — прокричал в моих ушах его голос, и я резко глаза округлила.

Вздрогнула так, что чуть не утопилась. Сглотнула, пытаясь осознать, что все правда и это его рычание, а потом попыталась себя собрать и выдала:

— Я, собственно, тоже не понимаю смысл твоего звонка, — неуверенно вышло из моего рта.

— Че за херню несешь? Ты куда укатила? — шипит.

Не понимаю... Почему звонит? Не должен же был... Очередная издевка?

— Домой, — вдыхаю глубже.

— Нахера? — рычит.

Издевается? Ну ведь точно… И злится, потому что лишила возможности со мной так же, как со всеми, поступить.

Ну что же… Начнем сейчас!

— Я свое получила, смысла оставаться не было, — выпаливаю быстро.

— Чего, блядь?! — удивляется, по голосу слышно.

— От нее и слышу, — даю ответный удар.

— Ты что, милка, перевозбудилась, что ли? — усмехается. — Оргазм так шарахнул, что вообще мозги поплыли?! — рычит и, кажется, слюнями задыхается.

— Было бы от чего возбуждаться! — шиплю я, ведь разозлил. — Оргазм-то еле ощутила! — выпаливаю, чтобы не смел думать, что он бог в этом, хотя таким является. — Пальцем когда входил, и то лучше было! — добавляю и улыбаюсь тому, что смогла голос держать твердым и решительным, пока нагло врала.

— Ты… ты…

— Да, Медведев, я. Это я на какой-то черт дала тебе себя трахнуть и думала, что будет «вау», а оказалось «пуф», — говорю я и поражаюсь сама тому, как слова складываются сами.

Ну и я! Ай-да как могу!

— Это я тебя ещё не трахал! Но я приеду, и ты подо мной кричать будешь! — кричит он.

— Единственное, чего я боялась, случилось вчера. Так что не страшно, — говорю и жму на сенсор, чтобы скинуть звонок, а потом начинаю дрожать.

Ну всё… Кажется, нужно на ускоренный курс самообороны записываться!

36. Скорость любви

Камилла

Я готовилась. Все сутки я воспроизводила в своей голове все возможные варианты его наступления, и я была готова к каждому.

Вытащила шокер, в удобное место поставила биту и набралась полной решимости более не дать себя в обиду.

Как бы не любилось и не хотелось, я не дам сделать мне больно. Не позволю себе больше плакать из-за него, а тем более при нем. Мне девятнадцать лет, а не семь, чтобы нюни пускать.

Хватит!

Вечер наступал, и я сгорала в ожидании, а потом раздался звонок. Схватила шокер и бросилась вниз, убедилась, что он в ворота звонит, и, выдохнув, сбрасывая волнение, пошла на бой.

Шокер маленький, хоть и для крупных животных, поэтому в руке лежит хорошо и незаметно, но я все равно руки за спиной складываю, когда ворота открываются.

Он стоит в двух метрах от меня в черных джинсах и черной толстовке, весь такой огромный и устрашающе красивый.

Руки в задние карманы прячет, как и я свои за спиной. Смотрит на меня плотоядно и уголок рта приподнимает, словно мой вид ему смешон.

— Какими судьбами, Медведев? — спрашиваю я, расправляя плечи.

— Да вот трахнуть тебя забежал, — усмехается и делает шаг на меня, — сказал же, что кричать будешь, надо бы сделать, а то ведь не по-мужски получается, — ещё шаг.

— В тебе нет ничего мужского, — качаю головой.

— Член есть, — усмехается и становится в метре от меня.

— Да и только, — хмыкаю, — предлагаю по-хорошему, Медведев. Ты разворачиваешься и уходишь…

— Ты же обнимала меня, милка, — перебивает и усмехается в сторону, — ты ведь целовала, — смотрит на меня, запрокинув голову, — стонала же, — рычит неожиданно, от чего я вздрагиваю предательски, — я подумал, что…

— Что? — перебиваю, — что я как все на тебя слюни пустила?! Что я глазенками хлопать буду на тебя влюбленными?! Нет, Медведев! Никогда! — кричу я, и так больно в груди становится, словно все на части рвется и требует вернуть все слова обратно и просто сказать ему, что да... Всё, что я сказала, не нет, а да!

Но ведь ему это не нужно, а мне не хочется, чтобы он на меня смотрел как на всех. Пусть лучше так, как сейчас, со злостью и отчаянием, что у него не вышло, чем просто никак.

— Слушай сюда… — кричит и бросается на меня, а я выставляю руку и жму на кнопку шокера, так и не услышав, что он хотел сказать, потому что он перестает говорить.

Смотрит на меня удивленно, когда я ещё раз на кнопку жму, а потом вдруг говорит:

— Серьезно? Хотела меня шокером ебнуть?!

Сглатываю, смотря на него, трясущегося только от злости, и сама всё-таки дрожу, а потом срываюсь на бег, но меня Арсений быстро за талию ухватывает и бросает в мою же машину.

Садится на меня, толкая на пассажирское, и только я за дверную ручку берусь, как машина со свистом срывается с места.

— Медведев! — кричу я.

— Села и жопу прижала! — рычит, и я замолкаю, вжимаясь в сиденье и хватаясь за ручку.

Он, часто дыша, выезжает на главную дорогу и жмёт педаль газа сильнее.

— Куда мы едем?! — кричу и трясусь, видя, как мы с максимальной скоростью мчимся.

Он молчит и дышит ровнее, смотрит только вперед и скулами зловеще играет, только больше и больше внушая страх.

И я все-таки самый слабый на свете человек, отчего самой отвратительно становится, потому что я снова плачу. Скорость 235 км/ч, он продолжает сжимать педаль газа, и мне страшно, что мы разобьемся.

— Пожалуйста, сбавь скорость, — всхлипываю.

Он вдыхает носом и продолжает смотреть вперед, разгоняя машину до 240 км/ч, и, набрав самый максимум скорости машины, тихо говорит:

— Вот это моя скорость любви к тебе, Милка…

Перестав дышать, я не слышу даже биение своего сердца и тем более перестаю замечать все вокруг происходящее. Я смотрю