Малыш для наемников - Криста Вулф Страница 4

А потом я узнала, что клиентам понадобилась еще и яйцеклетка, за которую они были готовы щедро заплатить — возможно, даже больше, чем отдали за команду частных врачей, медсестер и акушеров, к которым мне велели обращаться, держась подальше от обычных медицинских кругов.

Может быть, даже больше, чем они заплатили за то, чтобы остаться полностью и абсолютно анонимными.

— Вы в порядке? — усмехнулась узистка.

— Да, — рефлекторно ответила я. — Конечно. Я просто... ну...

— Понимаю, это немного ошеломляет.

Я слабо рассмеялась. — Возможно, самую малость.

— Я вижу это постоянно, — продолжила она. — Знать, что ты беременна, — это одно, но когда слышишь сердцебиение ребенка, все становится реальным и воспринимается совсем в ином свете.

Я наблюдала, как она потянулась назад и вывела руку вперед, теперь держа в ней желтый конверт — такой же, какие я получала раз в неделю на протяжении последних семи недель.

— Клиенты передают вам привет, — радостно улыбнулась женщина.

Я взяла конверт машинально, немного удивившись, ведь первые шесть пришли по почте. В каждом из них было короткое напечатанное письмо с просьбой беречь себя, не забывать принимать витамины и избегать определенных продуктов, а некоторые оказались еще более личными — например, письмо с просьбой перестать засиживаться допоздна и хорошенько высыпаться.

И это было немного жутковато, потому что на той неделе я действительно ложилась поздно.

— Если вы не против, они просили копии снимков УЗИ, — сказала врач. — Но, конечно, последнее слово за вами.

— Все в порядке, — разрешила я. — Никаких проблем.

Улыбка женщины стала еще шире. — Вы делаете великое дело, мисс Логан. Пожалуй, самый бескорыстный поступок в мире.

Я оцепенело кивнула, а моя ответная улыбка была лишь блеклой копией настоящей радости; правда заключалась в том, что я вовсе не была бескорыстной. И близко нет. Мне платили колоссальные деньги за то, чтобы я выносила ребенка для какой-то загадочной, анонимной пары, и я делала это не из благотворительности, а исключительно потому, что у меня были планы на эти деньги.

Большие планы.

— Тогда вы свободны.

Через несколько минут я, одетая, уже снова стояла на улице, готовая вернуться к своей запутанной жизни. У меня было три разные работы: я трудилась су-шефом в двух ресторанах, каждые выходные вела кулинарные курсы на местной кухне и вдобавок изучала бизнес-менеджмент в муниципальном колледже Банкер-Хилл.

Впрочем, всему этому придется подождать, по крайней мере, ближайший час, потому что сначала — пицца.

Пять

КУИНН

У вас когда-нибудь бывали такие моменты, когда время просто останавливается? Когда происходит нечто настолько безумное и абсурдное, что мозг отказывается сразу же это воспринимать?

Именно это сейчас происходило со мной: я стояла посреди пешеходного перехода на одной из самых оживленных улиц бостонского Норт-Энда и пялилась сквозь огромное витринное окно какого-то исторического ресторана, где—

БИИИИИИП!

Автомобильный гудок раздался в тот самый момент, когда загорелся зеленый свет, и ровно в ту же секунду я показала водителю средний палец — в таком большом городе, как Бостон, многое может произойти даже за одну-единственную—

— Дамочка, ДВИГАЙ!

Нахмурившись, я убрала палец и отступила обратно на тротуар, а затем взглянула еще раз, чтобы убедиться, что зрение меня не обманывает, и оно не обманывало.

Трое здоровенных мужчин сидели за столиком в заведении, похожем на небольшой ресторан или спортбар; они улыбались и смеялись вместе...

Но это ненадолго. Просто, блядь, невероятно.

Я решительно зашагала к ним, внимательно их разглядывая: не прошло и двух недель с тех пор, как за мной до самого дома увязался пугающего вида бородатый великан, который следил за каждым моим шагом на протяжении нескольких кварталов. На улице было темно, улицы были нехарактерно пусты, и я «спаслась» лишь тем, что подбежала к двум не менее крутым на вид парням, случайно оказавшимся по разные стороны тротуара. Вместе они прогнали преследователя — вернее, он просто растворился в ночи, — а потом эти двое повели меня пить кофе, чтобы успокоить мои расшатанные нервы.

И вот теперь двое из этих мужчин сидели в ресторане лицом к окну, а третьим — тем, что сидел ко мне спиной, — был тот самый страшный бородач, которого они тогда «отпугнули».

Ублюдки.

В этом просто не было никакого смысла: не было ни мошенничества, ни подставы, ни какой-то долгоиграющей аферы. Один парень — песчаный блондин огромного роста, до боли похожий на Капитана Америку, — дал мне свой номер телефона и велел написать, если мне что-нибудь понадобится, и когда я написала ему, что мне нужны ужин и кино, он сводил меня на пару очень горячих свиданий. Но оба раза он вежливо пожимал мне руку и уходил; оба раза он разворачивался на своих пятках пятнадцатого или шестнадцатого размера, вместо того чтобы унести меня наверх и жестко овладеть мной, как я того фантазировала.

Второй, Эван, в те же выходные сводил меня на ужин, за которым последовали мороженое, держание за ручку и неспешная романтическая прогулка по парку.

А потом... ничего. Ни звонков, ни смс, ни даже поцелуя на ночь, словно во время этого свидания я сделала что-то катастрофически неправильное, ведь он не только не перезвонил мне, но даже Джошуа — тот самый блондинистый гигант — отказался отвечать, когда я написала ему, чтобы узнать, в чем дело.

Когда тебя динамит горячий парень, подававший все возможные признаки симпатии, это, безусловно, отстойно, а когда тебя динамоят сразу двое — отстойно вдвойне; но видеть сейчас, как все трое этих мужчин едят, смеются и радостно опрокидывают кружки с пивом, словно троица старых приятелей?

Этого было достаточно, чтобы мне захотелось разнести в щепки эту историческую деревянную дверцу ресторана.

Вместо этого я незаметно скользнула внутрь теплого, уютного и абсолютно потрясающе пахнущего помещения, и, достигнув пика своей ярости, притащила пустой стул, с грохотом придвинув его к их столику.

— Привет, мальчики.

Как ни странно, я даже не могла понять, удивились ли они.

— Значит, вы все-таки друзья, — заявила я, ткнув большим пальцем в сторону двоих парней, с которыми ходила на свидания. — Несмотря на тот вечер на улице, когда вы уверяли, что незнакомы.

Джошуа