Бонусные главы "Парни из Томмена" - Хлоя Уолш Страница 4

Ребята ее не понимали, никто ее не понимал, даже ее родители, но я понял.

Я видел ее, настоящую ее, под всем этим гневом, и мне так сильно хотелось вернуть ее к жизни.

До всей этой ерунды, драм и болезней роста, до того, как она потемнела, у нас была дружба.

Настоящая, честная дружба, и как бы я ни старалась, я никогда не могла забыть ту улыбающуюся маленькую девочку, которой она была раньше.

Я хотел спасти эту маленькую девочку.

Я хотел защитить ее от боли и яда, пронзившего ее разум.

Именно с этими мыслями я принял следующее решение.

Обхватив ее руками и не сказав ни слова, я подошел к своей кровати и откинул одеяло.

Я не спросил у нее разрешения, когда сел и посадил ее к себе на колени, и она не сделала ни малейшего движения, чтобы сопротивляться.

Напротив, она придвинулась ближе, пока наши груди не соприкоснулись, а ее руки и ноги плотно обвили мою шею и поясницу.

Черт, она вся дрожала, зубы яростно стучали, а сердце бешено колотилось в грудной клетке.

Обхватив рукой ее поясницу, я протянул руку и выключил лампу, окутывая нас тьмой.– Ты останешься здесь сегодня вечером. Не спорь со мной по этому поводу.

Она не протестовала.

Она не сопротивлялась.

Не было никаких язвительных замечаний или упрямых реплик.

Она была приоткрыта, чтобы мог видеть только я; сочащая свою душевную боль и боль на мои простыни – и на мою жизнь.

Забравшись на дальнюю сторону матраса, она легла на бок, заложив руки под голову, и наблюдала за мной.Отражая ее действия, я перевернулся на бок и посмотрел на нее.

Мой разум продолжал напоминать мне, что держать эту девушку слишком близко ко мне было чертовски ужасной идеей, но оставить ее одну было еще хуже.

– И-извини,- она наконец нарушила молчание, сказав – больше похоже на болтовню, поскольку она продолжала сильно трястись и трястись.

Внутри меня вспыхнуло беспокойство, и я быстро натянул одеяло ей на плечо. – Все нормально.- Это не так, мы оба это знали, но больше сказать было нечего.

Не в силах сдержаться, я протянул руку и вытер слезу с ее щеки – моя жалкая попытка утешить сломленную девушку в моей постели.

Девушка, которая не твоя девушка, идиот…

В тот момент, когда мой большой палец коснулся ее щеки, ее охватила глубокая дрожь.

– Нет, – прохрипела она, когда я попытался отдернуть руку. – Нет,- повторила она, схватив мою руку и прижав ее к своей щеке. – Не уходи.

Боже.

Черт, она была близко.

Ее губы были слишком близко.

Тяжело выдохнув, я позволил своим пальцам обхватить ее заплаканную щеку, а большой палец лениво двигал кругами по ее мягкой коже. – Я не буду.

То, как эта девушка прижималась ко мне, было унизительным. Она была сильным человеком. Она ни от кого не полагалась и не зависела, но теперь она опиралась на меня, требуя от меня чего-то, чего я не был уверен, смогу ли я дать.

– Я скучаю по ней, Хьюи.- Голос ее был хриплым и надрывным; ее слова были болезненным признанием. – Очень.- Зажмурив глаза, она накрыла мою руку своей маленькой, а свободной рукой схватила мое предплечье. – Это больно.

– Лиз…-Выдохнув от боли, я притянул ее ближе, желая исцелить ее и сохранить, а не испортить все на одном дыхании. – Я не знаю, что здесь делать… я не знаю, как тебе помочь.

– Ты уже есть.- Ее дыхание обдувало мое лицо, когда она смотрела мне в глаза с отрезвляющей печалью. – Пожалуйста, никогда не переставай меня ненавидеть.

– Переставать ненавидеть тебя?- ответил я, заставляя себя не наклоняться под ее прикосновения, когда ее нос коснулся моего. Сохраняя совершенно неподвижность, я прошептал: – Я никогда не ненавидел тебя, Лиззи, и никогда не буду.

– Да, будешь,-ответила она грустным тоном, ее губы были на расстоянии заячьего дыхания от моих. – Потому что это то, что я делаю, Хьюи. Я отгоняю людей. Я заставляю людей ненавидеть меня…-Ее голос надломился, и из глубины ее души вырвались рыдания. – В конце концов, именно это я и сделаю с тобой.

– Не рассчитывай на это.

Тогда нас окутала тишина, и только звук нашего дыхания наполнял воздух, когда мы лежали на боку, глядя друг на друга, конечности переплелись.

– Хьюи?

– Да, Лиз?

– Не ненавидь меня за это, ладно?

– За что…

Она поцеловала меня.

Она наклонилась вперед и прижалась своими губами к моим.

И мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Ну блин.

Какого черта?

Не целуй ее в ответ, идиот.

Не делай этого.

Неважно, насколько хороши ее губы, она сейчас не в полном здравом уме, а у тебя есть девушка.

– Не надо,- предупредил я, но не отстранился и не отпустил ее. – Утром ты пожалеешь об этом.

– А ты?-прошептала она, касаясь моих губ, пока она говорила. – Будешь сожалеть?

Да!

Нет?

Может быть…

– Не знаю,- признался я, чувствуя, как мое сердце колотится со скоростью сто миль в час. – Я, ах…нам правда, наверное, не стоит? Я… блин, у меня есть Кэти, и я не хочу принимать…

Лиззи снова поцеловала меня, на этот раз глубже.

Ее полные губы сомкнулись на моих, и мне было противно признаться, что я потерял голову в этих губах.

Потеряв всякий контакт со своим моральным компасом, я закрыл глаза и позволил своим губам слиться с ее губами.

– Ты кусок дерьма,-усмехнулась моя совесть, но я игнорировал это.Я проигнорировал волну ненависти к себе, захлестнувшую меня, и погрузился в поцелуй, мой язык проскользнул между ее приоткрытыми губами, чтобы сразиться с ней.

– Черт,- простонал я, притягивая ее к себе.

– Не останавливайся,- умоляла она, оседлав мои бедра, в то время как наши губы почти отчаянно атаковали другие.

Сердце у меня сильно забилось в груди.

Мой член натянулся на ткань моих трусов.

Я не мог ничего видеть, не говоря уже о последствиях своих действий, когда Лиззи сняла с себя футболку и лифчик.

Ее полная грудь упала на свободу, терясь о мою обнаженную грудь, и я застонал от одобрения, утопая в фантастических чертовых чувствах и ощущениях, которые она вызывала в моем теле.

Тяжело и быстро дыша, я не смел слишком много думать