На хрустальных осколках. Исцели мое сердце - Анна Осокина Страница 4

— Май, — крикнул он мне с порога. — Ты не видела мой паспорт?

— Во втором ящике стола посмотри. — Вышла к нему, облизывая силиконовую лопаточку, чтобы попробовать блюдо на соль. — Спагетти по-милански будешь?

— Нет, малышка, я тороплюсь. — Он даже не посмотрел на меня. — В срочную командировку отправляют.

— Ого, ты не говорил, что уезжаешь. — Немного расстроилась, потому что собиралась устроить ему романтический вечер, чтобы оставить все недопонимания и обиды в прошлом, ведь нас ждал такой трепетный и эмоциональный период: рождение первенца.

— Да я сам не знал. — Рома пожал плечами. — Дима должен был ехать, но он заболел в последний момент. Да где же паспорт?! — Муж раздраженно рылся в ящике.

— В зеленой папке смотрел?

— А, вот, нашел! — Рома схватил документ и, кинув его вместе с телефоном и ключами на стол, принялся быстро раздеваться. — Я сейчас только в душ и выезжаю.

— Надолго? — вздохнула я. Это была вторая командировка за последний месяц, раньше так часто его не отправляли.

— Нет, зайка, на три дня, скоро приеду. Дался им этот саммит, — бросил он мне из душа. Я слышала, как полилась вода. — Сам не хочу ехать, но больше некому, кроме нас с Димой никто материалом не владеет.

— Ладно… — сказала сама себе, потому что он меня не мог слышать.

Телефон Ромы завибрировал и упал с края стола. Я подняла его и собиралась продолжить готовить, но на разблокировавшемся от прикосновения экране высветилось сообщение от некой Марии Александровны. Куча контактов в телефоне по имени и отчеству для журналиста — обычное дело. Нам постоянно приходится общаться с десятками специалистов из разных сфер. Однако глаза мимо воли уже читали текст: «Милый, забыла взять солнцезащитный крем, захвати по дороге, только с самой сильной защитой, у меня очень чувствительная кожа».

Сперва вообще не поняла, о чем это. С нехорошим ощущением открыла переписку, которая оказалась совсем пуста. Может, это ошибка? Какая-то чудовищная ошибка. Но почему так предательски дрожат пальцы, а в груди как будто жжет?

«Ром? Хорошо?» — снова пришло сообщение.

«Я уже в аэропорту», — ожил экран в третий раз.

В ванной комнате перестала течь вода. Я судорожно пыталась найти оправдание этим сообщениям. И не находила. Тем более саммит проходил в соседнем городе, и добраться на самолете туда нельзя. Руки так сильно дрожали, что я чуть не выронила телефон. Аккуратно положила его рядом с паспортом Ромы, на негнущихся ногах пошла на кухню, выключила плиту с полусырым соусом и, взяв только ключи от своей машины, вышла на улицу.

Милый… Чувствительная кожа… Аэропорт…

Почти не ощущала, как по щекам текли крупные слезы. В груди стало тесно. Малыш, чувствуя мое беспокойство, пару раз толкнулся. Я только недавно начала ощущать его движения и то и дело замирала, стараясь прочувствовать каждое колебание, каждый удар. Но не сейчас. На автомате поглаживая еще небольшой живот, я шла к машине. Еще не знала, что буду делать и куда поеду. Мне просто нужно было убраться подальше от Ромы. Поясницу начало тянуть, но так иногда случалось, и я не обратила на это внимания.

Села за руль и включила зажигание, несколько раз уронив ключи, пока наконец смогла попасть в замок. Колотились не только руки, но все тело, даже челюсть, которую я до скрипа зубов сжимала, чтобы она не тряслась.

У него другая. Другая! Я и подумать о таком не могла. Не могла допустить мысли о том, что он мне изменяет, несмотря на то, что в последнее время мы часто ссорились. Думала — стресс, волнение, нервы. Думала — все переживем и станем сильнее, станем крепче. Но нет. Теперь все пропало. Не размышляя о том, куда еду, вела машину привычным маршрутом — на работу.

А в это время сердце как будто трескалось и рассыпалось множеством осколков. Грудь словно оказалась в тисках. Проехав полпути к редакции, я осознала, что в таком состоянии вести машину опасно, хотела вызвать скорую, потому что дышать стало невыносимо трудно, но поняла, что телефон оставила дома.

В нескольких кварталах оттуда находилась больница, решила, что сама доеду, но только успела об этом подумать, как словно потерялась в пространстве. Я не понимала, куда еду, в глазах потемнело, а потом — удар. Несильный, но на секунду меня зажало подушкой безопасности, а потом я пришла в себя, окруженная людьми в темно-бордовой форме.

— Где я?

— В скорой, — откликнулся фельдшер. — Вы попали в аварию, ЭКГ плохое, везем вас в больницу.

— Я беременна! — Сразу схватилась за живот, пытаясь ощутить малыша, но он не всегда двигался, поэтому сказать о чем-либо было сложно. — Что с ребенком?

— Успокойтесь, доедем в больницу, вам сделают УЗИ. Как вас зовут?

Пока мы ехали, он опросил меня о моем состоянии, узнал мои данные и передал врачам в неотложке.

С каждой минутой мне становилось все хуже. Я уже не думала о Роме, о его любовнице. Пускай оба катятся к чертовой бабушке! Но мне стало безумно страшно. Если я умру, что будет с моим мальчиком? Что случится с малышом?!

Когда медсестра сказала, что у меня кровотечение, я буквально умоляла врача, который представился кардиологом, спасти ребенка. В тот момент меня больше ничего не волновало. И если бы я могла обменять свою жизнь на жизнь своей крохи, так и сделала бы.

Давление в груди и голове все нарастало, а потом я снова погрузилась в полнейшую темноту. Ничего не помню, только мужской голос, который не давал мне окончательно потерять связь с реальностью. Я слышала, как он кричал: «Нет! Не умерла!» Не знала, кому он это говорил и о ком, но почему-то кажется, что именно это заставило меня вернуться.

______________________

[1] Учащенное сердцебиение, нарушение сердечного ритма.

[2] Опасное состояние, которое характеризуется частым (200–300 сокращений в минуту) возбуждением желудочков сердца.

[3] Установка трубки в трахею для того, чтобы обеспечить проходимость дыхательных путей и провести искусственную вентиляцию легких.

[4] Прибор, использующийся в медицине для электроимпульсной терапии грубых нарушений сердечного ритма. Не используется при асистолии, так как это не имеет смысла.

[5] Прекращение деятельности сердца с исчезновением биоэлектрической активности.

Глава 2

Алексей

Утром, приняв несколько таблеток от головной боли, я шел в больницу. Пешком, потому что ехать в таком состоянии за рулем не решился бы. Алкоголь еще не полностью вышел