Измена. Танцы на осколках (СИ) - Анна Рэйн Страница 39

— Макс… Это странно. Моя семья не настолько богата, как ваша, но я бы и близко не подпустила к себе человека, если бы не была в него влюблена. Почему вы просто не могли встречаться?

— Я не мог пойти против родителей. Они возлагают на меня большие надежды.

— Это оправдание? — спрашиваю его, а голос дрожит от обиды. — Ты разрушил всё вокруг. Себя в первую очередь. И меня втянул в этот ад.

— Ты не должна была ничего узнать, — отстраняется он. — Жила бы себе богатой счастливой дурочкой, рожала моим родителям внуков, блядь, и ни-че-го бы не знала.

— А ты бы трахал то меня, то жену брата, то горничную, да? Кстати, если ты действительно любишь Римму, то зачем ищешь секса на стороне?

— Рот закрой и не лезь не в своё дело, — шипит он, и его голос становится холодным, как сталь.

Замолкаю. Сидим в тишине какое-то время. Я впервые за все эти дни смотрю на Макса, как на такого же заложника, как и я. Только он уже успел озлобиться и переродиться в чудовище. И я иду той же самой дорогой. Боже, как же страшно.

— Мне искренне жаль тебя, — грустно улыбаюсь. — Но, мне кажется, тебя просто используют. И ты это прекрасно понимаешь.

— Замолчи! — Макс вскакивает, как пережатая пружина, и толкает меня в плечо. Опрокидываюсь на спину и чувствую, как его ладонь зажимает мне рот. Цепляюсь ногтями ему в руку, но он будто не испытывает боли.

— Теперь еще и ты туда же! — рычит он. — Как шалава ночевала с моим братом. Ненавижу, поняла?

Макс наваливается сверху, всем весом придавливая меня к кровати. Я пытаюсь сопротивляться, но это бесполезно. Его рука тянется к ремню, и я вижу, как он срывает его с себя.

— Макс, нет! — пытаюсь крикнуть, но звук вырывается приглушённым мычанием в жесткую ладонь. Слёзы текут по моим щекам, и я дергаюсь изо всех сил, но он сильнее.

И вдруг его тело что-то подбрасывает в воздух. Макс вскрикивает и падает на пол, глухо ударяясь. Я подскакиваю на кровати и вижу Марка. Видимо, они с Риммой остались ночевкой. Он возвышается над братом. Его лицо — каменная маска, но глаза горят яростью.

— Я тут мимо проходил, — говорит он с холодной усмешкой, не отводя взгляда от Макса. — Я правильно услышал? Ты трахаешь мою жену? Или у тебя есть ещё один брат, о котором я не знаю?

Макс пытается подняться, но Марк хватает его за рубашку и резко тянет вверх. Удары наносит быстро и точно, как профессиональный боксер. Макс пошатывается, но группируется и выворачивается. Они начинают драться. Резко, яростно, как дикие звери.

— Прекратите! — кричу я, вскакивая с кровати. Меня трясёт, но я всё равно бросаюсь к ним, пытаясь разнять. Паника сдавливает внутренности, я чувствую, как сердце колотится, готовое выскочить из груди.

— Не лезь! — Макс, не глядя, грубо отталкивает меня на кровать, но я спотыкаюсь и лечу на пол. В этот момент Марк подхватывает меня, не давая удариться, и из-за этого пропускает удар в бок. Я слышу, как он тихо выдыхает от боли, но тут же снова берёт ситуацию в свои руки.

Он резко отталкивает Макса локтем, наваливаясь на него всей своей силой. Отпускает меня, припечатывает брата к стене и вколачивает в него кулаки удар за ударом.

— Марк! — вскрикиваю я в ужасе, боясь, что он убьет Макса, и закрываю рот ладонями от того, как громко слышно мой голос.

Но, на удивление, Марк останавливается и отходит от Максима, а тот сползает по стене, хватая ртом воздух.

— Ты мог прийти ко мне и поговорить! — рычит Марк, срываясь на гневный крик. Вижу, как напрягаются вены на его шее. — Но ты не пришел и даже не попытался ничего объяснить! И, раз ты взял моё без разрешения, то я имею право поступить точно так же с тобой. И сейчас я хочу трахнуть твою жену!

Глава 32

Эти слова звучат, как удар грома. Я застываю, не веря своим ушам, отстраняюсь, когда Марк приближается ко мне, но он не дает мне возможности сбежать, подхватывает на руки.

— Отпусти, — выдыхаю, сжимаясь в его мощных руках.

— Нет, — отрывисто отвечает Марк и несет меня к выходу. Я чувствую его тяжёлое дыхание и быстрое биение сердца, словно у него едва хватает сил сдерживаться.

— Ты ещё пожалеешь об этом, — кричит Макс нам вслед, но в его голосе слышится бессильное отчаяние.

Я утыкаюсь лицом в плечо Марка, пытаясь понять, что только что произошло. Он в очередной раз спас меня и все это представление для брата? Или нет? Но, в любом случае, если бы мне сейчас сказали выбирать, я бы выбрала Марка.

Он чеканит каждый шаг, но я чувствую, как пальцы на его руках подрагивают от нервов. Мы выходим из комнаты, удаляемся по коридору, Макс еще что-то выкрикивает неразборчиво. А Марк молчит. И эта тишина кажется мне страшнее всех слов, которые могли бы быть сказаны.

В коридор выбегают Римма и родители. Римма смотрит на нас, её глаза горят возмущением, а голос срывается.

— Марк, что ты делаешь? Куда ты её несёшь? Это же… это ненормально! Ты опять ночью будешь отсутствовать, а я думать, один ты или нет? — она топает ногой и сжимает кулаки в ярости.

Марк останавливается, бросает на неё долгий взгляд, его голос звучит ледяным тоном:

— Римма, иди туда, куда всегда хотела. К тому, кого действительно любишь. Не трать своё время на то, чтобы строить из себя заботливую жену. Я в это уже давно не верю.

— О чем ты? — изображает полное непонимание она, но затыкается под холодным взглядом и молча заламывает руки.

Марк несет меня дальше. Свекровь закатывает глаза и театрально стонет:

— Это позор! Полный позор для нашей семьи! Что подумают люди? Что мы вообще за семья такая⁈ Что ни день, то какой-то скандал. Зачем я согласилась на этот брак?

Отец, напротив, реагирует спокойно, лишь немного скривив губы в усмешке.

— Хоть один адекватный человек нашелся в нашей семье и решил жить так, как ему хочется. Может, это даже к лучшему.

— К лучшему? О чем ты, Виктор? Если твои партнеры узнают, что у твоих сыновей такой бедлам в семьях!.. — Марк быстро спускается по лестнице и вместе с этим голоса становятся все тише и тише.

Я несколько мгновений прислушиваюсь, отстранившись от плеча Марка, потом бросаю эту затею.

Господи, я много лет жила,