Киллер. Никому не отдам - Калерия Гумерова Страница 35

В помещении становится душно, словно воздух весь сгущается, как и все остальное — только до нас.

Мои мысли путаются, щеки горят, дыхание с каждой секундой становится все более сбивчивым.

Букет с рук падает на пол в тот момент, когда он поднимает меня на уровень своего лица и жадно целует. Совсем не осторожничает, как раньше. Сминает своими губами мои так дико и при этом как свою.

Хлопок закрывающейся двери нас совершенно не беспокоит, когда регистратор покидает кабинет, оставляя нас наедине.

Свободной рукой Рари скидывает все с массивного стола. Все папки, бумаги и ручки с печатями летят вниз, как ненужный мусор.

— Рари, мы тут… — я не успеваю договорить, как он вновь примыкает к моим губам и проталкивает свой язык внутрь глубже, укладывая меня на прохладную деревянную поверхность.

Он накрывает меня собой и проникает руками под платье. Грубые, шершавые ладони царапают кожу бедер, пока его язык неумолимо поглощает мое сознание.

Мне не хватает воздуха, внутри такое чувство, что меня подбрасывают наверх и вниз. Хочется, чтобы эта пытка прекратилась, но в то же время не заканчивалась никогда!

Я мычу ему в рот. Еще немного, и просто потеряю сознание от недостатка кислорода и нахлынувших чувств!

— Прости, — он отрывается от моих губ и утыкается в вырез декольте. — Прости, Эсфи, но мне напрочь сносит тормоза.

Рари проводит языком по ложбинке, вызывая приятные покалывания, которые сосредотачиваются внизу живота. Там стягивает все судорогой. Хочу испытать то, что он сделал, когда мы были в моей комнате. Тогда я рассыпалась на миллиард частиц и получила освобождение от этой муки. То состояние показалось мне самым прекрасным моментом, который я когда-либо испытывала.

— Рари… — стону я, когда он начинает прикусывать через ткань органзы мои соски.

Выгибаюсь навстречу дугой и притягиваю сильнее мужчину за волосы.

— Не могу остановиться… прости, — треск разрезает тишину кабинета.

Рари беспощадно рвет лиф платья, оголяя мою грудь.

— Ты такая красивая, Эсфи. Такая… моя. — он снова нападает своим ртом на мое тело.

Я остаюсь без одежды за каких-то несколько секунд. Испорченное платье летит ко всем бумагам вниз, туда же присоединяются и трусики. Больше на мне ничего не остается, и я оказываюсь полностью обнаженной перед ним и сердцем, и телом.

Рари больше не говорит, лишь издает рычащие звуки, которые выдают его страсть и нетерпение. Пока я мечусь на столе под его ласками, он оставляет на каждом сантиметре моей кожи свой незабываемый след: на шее, ключицах, плечах, груди, спускаясь все ниже и ниже, туда, где сильнее всего тянет и горит.

Когда его дыхание опаляет лобок, я уже готовлюсь к прикосновению языка, которое сводит меня с ума, но вместо этого Рари возвращается к моему лицу. Мне не удается сдержать разочарованный стон.

— Моя страстная и нетерпеливая Эсфи… — смеется он одним выдохом. — Ты получишь все этой ночью, я не отличаюсь терпеливостью. Черт, я даже не донес тебя до кровати.

Рагнар проводит рукой по моей щеке, нежно касаясь губами моего подбородка.

— Я слишком сильно привык быть один, я не умею быть с кем-то, кто нуждается во мне, но обещаю, что научусь заботиться, научусь всему, что тебе нужно.

— Рари… — руками тянусь к его лицу, чтобы снова поцеловать мужа.

Муж… это слово дает ответственность не только ему, но и мне. Что я знаю об обязанностях жены? Ничего! У меня не было матери, которая бы научила меня этому.

— Я тоже обещаю тебе, что научусь быть хорошей женой!

— Тебе ничего не нужно делать, олененок, просто будь! Этого достаточно!

Мои руки скользят под его черную футболку. Я провожу пальцами по его мощной спине, ощущая напряженные твердые мышцы. Он такой большой, что моих рук не хватает, чтобы сомкнуть их вместе. Провожу ладонями вниз и чувствую неровности кожи, затянутые шрамы от ранений. Мне не противно, наоборот, я горжусь этим. Мой принц очень много воевал.

Рари отстраняется, чтобы снять с себя всю одежду. Его член дергается, когда я смотрю на него в упор. Поднимаюсь глазами выше по поросли жестких волос к пупку, по ярко выраженным кубикам на прессе, идеальному торсу, груди…

— Ты потрясающий, Рари! — шепчу я, смотря на его тело, как на произведение искусства.

Хочется взять в руки кисть и запечатлеть его тело. Такое мощное! Я не могу отвести взгляд, хоть мои щеки и краснеют!

— Не уверен, что смогу остановиться, если начну, — шепчет он хриплым голосом. — В твой первый раз будет больно, олененок.

Он прислоняется своим лбом к моему и пытается сдержать себя.

— Знала бы ты, что я хочу с тобой сделать, Эсфи… если будет нестерпимо больно или страшно, то скажи. Я постараюсь… остановиться, — даже эти слова даются ему с трудом.

Но я ничего не отвечаю, лишь прижимаюсь к его телу сильнее, давая понять, что готова ко всему.

Рагнар берет свой член в руки, слегка отстраняется, давая мне больше обзора, пару раз скользит ладонью, будто пытается унять возбуждение, а сам внимательно на меня смотрит.

— Я не боюсь, — не знаю, почему говорю это, хоть меня и трясет.

Кажется, эти слова для него так важны в этот момент.

— Развинь ножки пошире.

Я слушаюсь и сгибаю их, упираясь пятками о стол. Он вплотную прижимается своей разгоряченной плотью к моей и начинает ласкать, размазывая влагу, скопившуюся внутри. Тихий стон вырывается сам собой.

Наша кожа трется друг о друга, что-то внутри нарастает, намереваясь взорваться и унести сознание за пределы этой комнаты.

Рагнар ускоряет свои движения, неосознанно я сама начинаю извиваться навстречу, чтобы получить то, что так жаждет все мое тело.

— Рари, не… не останавливайся! — мои ногти впиваются в его торс.

Он склоняется к моей шее и больно кусает в тот момент, когда я кончаю с громким криком. Все тело сотрясает от дрожи, не успевает она закончиться, как Рари входит в меня одним резким толчком.

Вспышка боли заставляет мир поплыть. Слезы скапливаются в глазах, я боюсь издать хоть какой-то звук, чтобы не напугать его.

— Б…ь, б…ь, б…ь! — ругается он, пытаясь совладать с собой. — Эсфи, ты меня убиваешь!

Его таз подается назад и снова вбивается. Резко. Больно.

— Укуси меня, — просит он. — Сделай мне так же больно, любимая!

Не знаю как, но я нахожу