Высокие ставки - Пайпер Рейн Страница 35

Она снова хихикает. Так, что заставляет всё моё тело почувствовать тепло и лёгкость.

Мой телефон звонит, и я вижу сообщение от неё. Я нажимаю на неё, и появляется фотография её плеча с перекинутой лямкой майки, как будто она собирается её снять. Я вижу изгиб её груди и её твердый сосок, торчащий сквозь тонкую ткань.

— Думаю, мне нравится этот Snapchat. — Глядя на фотографию, я опускаю руку под пояс трусов-боксеров и несколько раз поглаживаю свой член.

— Правило хорошего тона — отправить фото в ответ. — В её голосе есть юмор, и по какой-то причине это меня только завело.

— Без проблем. — Я сажусь прямо, поднимаю телефон как можно дальше от себя, одновременно пытаясь удержать большой палец на кнопке.

— В любое время. — Она смеётся, и я представляю, как её волосы падают ей на лицо, как я видел это много раз. — Немного кривая фотка, но скидка для начинающего, ладно?

Щелчок.

Я отправляю фотографию своего накаченного живота. Которым женщины восхищались, когда я брал Лили на пляж. Тот самый пресс, который заставлял Кэт стонать, когда кончики её пальцев касались его.

— Отправлено, — говорю я, гордясь собой. Может быть, все-таки можно научить старого пса новым трюкам.

— Эм. — Она смеется.

Мой телефон звонит с уведомлением.

— Ты уже прислала мне ещё одну фотографию? — я спрашиваю. Мне не терпится увидеть, что она для меня приготовила.

— Нет. Я этого не делала. — Она сейчас смеётся, и кажется, что ей теперь трудно отдышаться.

— Кто это сделал тогда?

— Эм, Маркус... — она снова смеётся.

Я смотрю на свой телефон и вижу лицо Дейна, но похоже, что он прислал мне видео. Нажимаю кнопку и начинается видео.

— Что ты собираешься послать мне дальше? Фотку члена? Какого черта, чувак? — Видео гаснет на моменте, когда он качает головой.

У меня в желудке тяжелое ощущение тяжести.

— Что случилось? Я не понимаю.

— Ты отправил это фото всем своим контактам, а не только мне.

Я могу сказать, что Кэт сейчас пытается держаться и не рассмеяться ещё сильнее.

Облегчение накатывает на меня волной.

— Хорошо, это не так уж и плохо. Единственный человек, которого я действительно знаю, — это Дейн. Возможно, технологии не для меня.

Боже, эти слова, слетевшие с моих уст, заставляют меня чувствовать себя старым по сравнению с Катериной.

— Это кривая дорожка обычного обучения. Давай попробуем ещё раз, и на этот раз я тебе всё подробно расскажу, — предлагает Кэт.

— Мне всё ещё интересно, почему ты не прислала мне ещё одну фотографию, — говорю я с притворным разочарованием.

Мой телефон звонит, и когда я проверяю его, меня ждёт фотография её груди без майки. Её сиськи показаны во всей красе, и я сжимаю кончик своего набухшего члена, чтобы немного облегчить себе жизнь.

— А как насчет фотографии члена? — Она бросает мне вызов, и будь я проклят, если я не хочу принять этот вызов.

— Я не уверен, что хочу, чтобы Дейн получил эту фотографию, — шучу я.

— Он не получит. Оставайся на этом обмене сообщениями и здесь останутся только я и ты.

Есть что-то особенное в том, когда «я и ты» слетают с её губ. Мне нравится, что она называет нас единым целым. Неожиданно, я представляю её в своей постели после дня, проведенного в парке или на воде в яхте. Она наносит лосьон перед сном. Светлые пряди торчат из её маленького хвостика, когда она раскладывает одеяло и ложится на кровать рядом со мной. Её руки оглаживают мой живот, когда она прижимается ко мне.

Воу, воу, воу. Я только что перешел от «посмотрим, что будет» к «любви до гробовой доски» за десять секунд.

У этой девушки есть мечты. Мечты, которые необходимо осуществить, прежде чем она когда-нибудь подумает играть в семью со мной и Лили. Даже несмотря на то, что в моей голове развеваются красные флажки, приглашение слетает с моих губ.

— Хотела бы ты прийти на ужин в следующую пятницу? — спрашиваю её.

— С удовольствием. — Она соглашается, не колеблясь.

Все эти красные флаги просто поблекли и стали белыми. Я сдаюсь. Я устал сопротивляться власти этой женщины надо мной.

Глава 19

Катерина

Примерив десять нарядов, сочетая их с обувью и аксессуарами, я остановила свой выбор на жёлтом сарафане и балетках. Оставляя волосы распущенными, я убираю их назад, но всё ещё чувствую себя неуверенно. Я постригла волосы прямо перед началом лета. Короткие волосы было приятно убирать с лица, особенно когда влажность делала их непослушными и пушистыми.

Как только я выхожу из своей спальни, меня поражает божественный аромат выпечки Авы. Осенью я буду скучать по месту, где я живу, пахнущему пекарней. Конечно, потом я, вероятно, похудею на десять фунтов.

Свист разносится по комнате, прежде чем я преодолеваю нижнюю ступеньку лестницы. Чарли валяется на диване и смотрит марафон «Молодёжки». Это её первый выходной в пятницу за два месяца, и она планирует заняться «всем, нахрен, подряд». Её слова, не мои.

— Я бы тебя точно трахнула, Кэт. — Она подмигивает и кладёт в рот пригоршню попкорна.

— Спасибо. — Я краснею, потому что сбрила каждый волосок на своём теле в надежде, что именно это и произойдёт. Я стараюсь не питать надежд. Я должна помнить, что у него дома есть дочь, и есть шанс, что новый вибратор, который лучшая подруга моей сестры прислала мне на пробу, сегодня вечером станет счастливчиком. Предыстория подарка: она управляет компанией по производству секс-игрушек, так что это не так странно, как кажется на первый взгляд.

Я прохожу через арку на кухню и вижу Аву с фиолетовыми блёстками в тёмных волосах и на щеках.

— Как обычно, пахнет потрясающе, — говорю я, подходя к столу у задней двери, где мы храним наши сумки и ключи.

— Ты сама пахнешь максимально съедобно. — Понимающая улыбка скользит по её губам.

— Не так съедобно, как этот кекс. — Я смотрю на её поднос с розовыми и фиолетовыми кексами и облизываю губы.

— Раз ты так украсила себя, значит твоя ночь будет волшебной. — Она подмигивает и наносит глазурь на свой второй набор кексов. — Это кексы-единороги. — Она берёт из миски немного блёсток и рассыпает их на подносе с украшенными кексами.

— Тебе действительно нужно продавать такое. — Я хватаю ключи и сумочку. — Что Лэндон сказал прошлой ночью?

Она глубоко вздыхает.

— Он сказал, что не будет платить четыре доллара за кекс. — Она закатывает глаза. — Но он также добавил, что он