Грехи и тайны - Кира Коул Страница 34

Глава 15

Билли

Я прислоняюсь к стене и потягиваю кофе, наблюдая, как древний ксерокс изо всех сил пытается сделать копии отчетов о прибылях и убытках. Аппарат стонет и скулит, когда копии выплевываются в лоток.

Я могла бы пойти домой и собрать свои вещи прямо сейчас. Я могла бы уйти из мафии прямо сейчас, и Алессио ни о чем бы не догадался.

Хотя это заманчивая мысль, папа все еще в больнице. Прошло всего пару дней с тех пор, как он очнулся, а врач все еще говорит, что пройдут недели, прежде чем он сможет вернуться домой. Поскольку я не могу уехать без него, я остаюсь с Алессио.

Нахождение рядом с ним делает меня безрассудной, я знаю это. То, что произошло в бассейне на днях, никогда не должно было случиться.

И уж точно мне не следовало после этого идти в свою комнату и доставать вибратор.

Заводить себя мыслью о том, что он будет трахать меня в бассейне, было безрассудно. Есть шанс, что он услышал меня, и мысли об этом, пока я кончала, только сильнее завели меня.

Я схожу с ума в этом чертовом доме.

На чем мне следует сосредоточиться, так это на моем побеге. Я начала прятать деньги по всему комплексу, выбирая места, до которых будет легко добраться, если мой план побега пойдет не так. На самом деле это должно быть так же просто, как выехать из комплекса и никогда не возвращаться.

Однако было бы глупо не иметь нескольких разных планов на случай непредвиденных обстоятельств. Этот мир не идеален, и ничто не бывает так просто, как самый простой план.

Хотя, мне следовало бы приложить больше усилий, чтобы спланировать свой уход. Я даже не знаю, куда я поведу папу, когда мы уедем. Я могла бы вывезти его в другую страну, но я не знаю никого, кто смог бы переправить нас контрабандой. Между мной и папой, вокруг тех преступлений, которые мы, возможно, совершили, достаточно подозрений, чтобы власти держали нас под стражей столько, сколько захотят.

Ксерокс останавливается с громким стуком, прежде чем выпустить последнюю бумагу. В комнату заходит мужчина со стопкой бумаг в руке.

— Эта штука снова барахлит? — спрашивает он, качая головой, и кладет стопку бумаг на стойку, которая тянется вдоль всей стены справа от меня. — Я клянусь. Можно подумать, что на те деньги, которые зарабатывает это заведение, они заменили бы ксерокс. Вместо этого они просто продолжают вызывать ремонтника и якобы чинить его.

Он ухмыляется и подходит к аппарату, снимая боковую панель. Мужчина напевает себе под нос, залезая внутрь и что-то скручивая, прежде чем встать и поставить панель обратно.

— Хорошо, тебе придется показать мне, что ты сделал, в следующий раз, когда эта штука начнет звучать так, будто вот-вот взорвется, — говорю я с усмешкой, направляясь к двери. — Тем не менее, приятно познакомиться. Я Билли.

— Джефферсон. — Он протягивает руку, и я быстро пожимаю ее. — Ты новый ассистент, верно?

— Ага.

Его взгляд скользит по моему телу, задерживаясь на мгновение дольше, чем вежливо, на подоле моей юбки-карандаша из искусственной кожи. Когда его взгляд снова встречается с моим, на его лице появляется улыбка, которая, я уверена, предназначена для того, чтобы очаровывать женщин.

Это ничто по сравнению с тем, как Алессио смотрит на меня, когда хочет меня.

— Не хочешь сходить куда-нибудь выпить после работы? — Спрашивает Джефферсон. — Я знаю, что здесь может быть трудно познакомиться с людьми, поскольку работа такая ответственная.

— Это мило с твоей стороны, но я не любительница выпить, — говорю я, надеясь закончить этот разговор, не слишком сильно разочаровав Джефферсона.

Хотя он не из тех мужчин, с которыми я обычно встречаюсь, я тоже не хочу, чтобы на работе становилось трудно. Я работала в других местах, где мои коллеги не слишком благосклонно относились к тому, что я отвергала их ухаживания.

— Мы могли бы пойти выпить кофе или пообедать.

— Извини, — говорю я, вежливо улыбаясь ему, и возвращаюсь к двери. — Я сейчас кое с кем встречаюсь. Это все еще довольно ново, но это как раз то, что я не хочу испортить.

— Все в порядке, — говорит Джефферсон, его тон по-прежнему бодрый. — Увидимся, Билли. Дай мне знать, если тебе когда-нибудь понадобится в чем-нибудь помощь.

— Будет сделано. Хорошего дня, Джефферсон.

Я заворачиваю за угол, прижимая бумаги к груди, и натыкаюсь прямо на Алессио. Он хмуро смотрит на меня сверху вниз, когда бумаги падают на землю.

— Тебе следует следить за тем, куда ты идешь, — говорит он холодным тоном, когда я наклоняюсь, чтобы поднять бумаги. — И я бы попросил тебя воздержаться от личных отношений с персоналом в рабочее время.

— О чем ты говоришь? — Я собираю бумаги и встаю, уже страшась необходимости приводить их в порядок перед собранием.

— В мой офис, — говорит он, его руки сжимаются в кулаки, прежде чем он засовывает их в карманы. — Сейчас.

Я вздыхаю, но следую за ним через главный офис в свой собственный. Он не останавливается, просто кивает в сторону моего стола, проходя мимо по пути в свой кабинет. Я бросаю бумаги на стол, стараясь сложить их аккуратной стопкой, прежде чем последовать за ним.

Алессио стоит в стороне, когда я вхожу в комнату, ждет, пока я окажусь внутри, прежде чем закрыть дверь. Он широкими шагами направляется к своему столу, его плечи напряжены под серым костюмом, облегающим его тело. На короткую секунду я подумываю о том, чтобы попросить его перегнуть меня через стол, просто чтобы я могла немного снять напряжение с прошлой ночи.

Он ушел и оставил меня там, голую и нуждающуюся, как и обещал. Это приводило в бешенство. Я должна была умолять его остаться и поступить со мной по-своему. Трахать меня до тех пор, пока я не забуду даже собственного имени.

Возьми себя в руки. Он человек, от которого ты пытаешься сбежать. Он олицетворяет все, что я нахожу неправильным в мафии. Он олицетворяет жизнь, которой я больше не хочу жить.

Тем не менее, я все еще не могу выкинуть из головы образ того, как он заставляет меня умолять.

— Ты хотел поговорить о моей личной жизни в офисе?

Алессио кивает и встает передо мной, скрестив руки на груди. — Я не потерплю, чтобы ты и другие сотрудники обсуждали свидания или даты, на которые вы будете