Предложение - Л. Стил Страница 33

Его хватка на мне усиливается, и он ускоряется, пока почти не переходит на бег.

Я обхватываю ладонью его щеку, затем приподнимаюсь и запечатлеваю поцелуй в уголке его рта.

— Ты можешь доверять мне, Лиам.

У него дергается челюсть. Его сердцебиение учащается. Я прижимаю ладонь к коже на левой стороне его груди. Я прижимаюсь носом к его щеке и покрываю легкими поцелуями линию подбородка до носа. Я прикусываю мочку его уха, и из его груди вырывается рычание. Он добирается до виллы, но вместо того, чтобы направиться к главной двери, сворачивает налево. Я чувствую запах хлорки за секунду до того, как он добирается до бассейна.

— Что ты…?

Он сходит с края и прыгает туда. Мы погружаемся вниз сквозь зелень и синеву, а лучи подводных фонарей прорезают глубины. Его губы прижимаются к моим, делясь со мной своим дыханием. Он крадет мое дыхание в ответ, и тогда мы всплываем. Мы прорываемся сквозь поверхность. Он отстраняется, и я делаю глубокий вдох. Кислород проносится через мои легкие. Мое зрение фокусируется, и все мои чувства, кажется, обостряются. Я держусь за его плечи, пока мы идем по воде.

— Это совершенно новые «Джимми Чу», — кричу я.

— Я куплю тебе еще целую комнату.

— Ты сумасшедший, — выдыхаю я.

— Ты прекрасна.

Я смеюсь.

— Ты действительно спятил, Кинкейд.

— И я не могу насытиться тобой.

Моя улыбка исчезает. Я поднимаю взгляд и смотрю в его великолепное лицо. Наше дыхание смешивается, наши взгляды встречаются. Он обхватывает меня рукой за талию и подводит нас к краю. Его ноги касаются дна, и он подводит нас к бортику бассейна. Он прижимает меня к стене бедрами, затем тянется к моей молнии. От вибрации ползунка, скользящего по зубцам молнии, у меня по спине пробегают мурашки. Он стягивает платье вниз, затем с меня и отпускает его. Прохладный воздух касается моей обнаженной кожи, и по ней бегут мурашки.

Он опускает взгляд туда, где его пристальному взгляду открыта моя грудь, затем наклоняется и обхватывает ртом один из моих сосков. Он посасывает его, и я чувствую, как тяга проходит вниз, к моему центру.

Я тянусь с его пуговицами, умудряясь расстегнуть их. Он снимает с себя рубашку, затем переключает свое внимание на другую мою грудь. Он прикусывает, и я стону. Он массирует мою другую грудь, все время посасывая мой сосок. У меня кружится голова. В следующий момент я вскрикиваю, когда он стаскивает с меня трусики, затем подхватывает меня под зад и подтаскивает к краю бассейна. Он закидывает мои ноги себе на плечи и пристально смотрит на мою киску. И смотрит, и смотрит. Жар заливает мое лицо. Мой желудок сжимается. Я пытаюсь отстраниться, но он хватает меня за лодыжки и не отпускает.

— Ты не гладкая.

Мои щеки становятся пунцовыми. О боже, это так неловко. Я знаю, что ходить с волосами там не то, что приветствуется в наши дни, но это мой способ цепляться за ту часть себя, которую, боюсь, я рискую полностью потерять.

Я сглатываю.

— Это что… Это нормально?

Один уголок его рта скривился.

— Это более чем нормально. — Он продолжает изучать мои половые губы, и тысячи маленьких искр взрываются у меня под кожей. Я чувствую себя так, словно сгораю в огне.

— Лиам, пожалуйста… — я задыхаюсь, когда он зарывается носом в мою киску. Он делает глубокий вдох, и эти маленькие искорки вспыхивают пламенем. Каждая частичка меня пылает, наливается, раздувается от похоти и желания. Мой разум полон множества непристойных поступков, которые я хочу, чтобы он совершил со мной. Даже когда какая-то часть меня хочет отстраниться.

Я тону, пойманная в густую, тягучую трясину собственной жадности, хочу, чтобы он прикасался к каждой частичке меня, чтобы он погружал кончики пальцев, язык и член в эту самую сокровенную часть меня. Затем он лижет меня прямо там, от входа до клитора, и все мысли вылетают у меня из головы.

Он протягивает руку и кладет свою большую ладонь мне на грудь. Он надавливает, и я опускаюсь обратно на все еще теплый бортик бассейна.

Я смотрю на звезды в ночном небе, затем вскрикиваю, когда он проникает в мой центр одним долгим, неторопливым движением своего порочного языка.

— О, боже, — выдыхаю я.

Затем он двигается так быстро, что у меня перехватывает дыхание. Он раздвигает мои половые губки, и его голодный рот приникает к моему клитору. Он посасывает и покусывает его, затем засовывает один палец, затем два, затем три внутрь моего плачущего центра. Он сгибает пальцы, задевая это местечко глубоко внутри меня. По моему позвоночнику пробегает электрический разряд. Я сжимаю бедра по обе стороны от его лица, обхватывая пятками его шею. Он погружает свои пальцы в меня, а затем выходит, входит и выходит, затем заменяет их своим языком. Он облизывает мой центр, ласкает мою сердцевину, затем обхватывает ртом мою киску. Прикусывает мой клитор, и оргазм обрушивается на меня.

Кульминация пронизывает меня с силой цунами. Клянусь, я вижу звезды. Я закрываю глаза всего на секунду, а когда прихожу в себя, он несет меня обратно на виллу. Я обвиваю руками его шею и прижимаюсь щекой к его груди. Тук-тук-тук. Его сердце гулко бьется о грудную клетку. Он входит на виллу, поднимается по лестнице и плечом открывает двойные двери в свою спальню.

Вот тогда я прижимаюсь к его груди. Он останавливается, и я обвиваю руками его шею.

— Поцелуй меня, — требую я.

Его губы изгибаются, и он опускает голову. Я прижимаюсь грудью к его груди и встречаюсь с его губами. Я засасываю его язык в свой рот, глубоко целуя его. Его руки крепче обхватывают меня. Я выпрямляюсь, и он удерживает меня, когда я обхватываю его ногами за талию. Я наклоняюсь в поцелуе, позволяя как можно большей части своего тела соприкоснуться с ним, насколько это возможно. Когда мы вырываемся на свободу, мы оба тяжело дышим. В его серых глазах отражается отчаяние, которое я испытываю.

— Трахни меня, Лиам.

Его губы приоткрываются. В следующую секунду он относит меня к своей кровати и бросает на нее. Я подпрыгиваю. Мокрые пряди моих волос падают мне на лицо. Я заправляю их обратно, и к тому времени, как я выпрямляюсь, он уже скинул ботинки и брюки. Он стоит передо мной совершенно голый. Свет от прикроватной лампы высвечивает тени и неровности его скульптурного торса. Его плечи такие широкие, что он закрывает обзор позади себя.

В своих костюмах, сшитых на заказ,