Танец наших чувств - Ника Лор Страница 3

заняли передние. За нами следовало несколько машин с охраной. Конкуренты отца по бизнесу никогда не дремали, поэтому без сопровождения мы никуда не выезжали. Ощущение постоянной опасности все время висело над нашей семьей. Хотя я не понимала, что за дикая конкуренция за игривой и клубный бизнес?

– К Яровым не приближайтесь, – строго предупредил нас папа, когда мы въезжали в город.

– Но ведь теперь мы с ними родственники. Разве они могут причинить нам зло? – невинно спросила Милла.

Папа издал какой-то жуткий смешок, полный сарказма и недоверия. Для него не только Яровы, но и все парни мира были заклятыми врагами.

Наши традиции суровы, особенно по отношению к женщинам. Мы обязаны хранить чистоту и невинность до свадьбы. Об этом бабушка твердила нам с сестрой с самого детства, словно заезженная пластинка. И она могла не волноваться. Отец так запугал всех парней из табора, что они боялись поднять на нас с Камиллой глаза, не то что заговорить. Рядом с нами они становились робкими и безмолвными.

Когда мы подъехали к шикарному белому зданию с колоннами, нас провели в украшенный зал и указали на наш столик. Я не успела присесть, как меня позвали к невесте.

В небольшой комнатке я увидела двоюродную сестру в ослепительно белом платье. Алиса выглядела просто великолепно. Меня всегда поражало, как цыганские гены так гармонично сплелись с русскими. Ее небесно-голубые глаза, смуглая кожа и черные волосы создавали неповторимый образ. В ее взгляде читалась нежность и предвкушение счастливой жизни.

– Как я рада тебя видеть! – воскликнула она, заключая меня в свои объятия.

Я знала историю ее любви с Филом, которая напоминала знаменитую пьесу Шекспира. И до сих пор не могла поверить, что все закончилось так счастливо.

Тагар – папа Алисы – когда-то покинул табор, потому что полюбил русскую девушку, что противоречило нашим цыганским законам. После этого он перестал следовать строгим традициям и давал Алисе гораздо больше свободы, чем было у меня с Камиллой. Но старые устои все же остались в мужчине, и подруга не раз жаловалась, что после того, как их с Филом застали целующимися, ее лишили некой свободы.

– Ты понесешь мою фату. После церемонии тебе вручат коробку, куда гости будут кидать конверты с деньгами. Рядом будут стоять Стас и Егор, так что, если что, они помогут тебе. Главное, чтобы я не запуталась в этой фате, когда буду поворачиваться, – взволнованно проговорила Алиса.

– Не переживай, я глаз с нее не спущу, – выдавила я, сама до смерти боясь совершить ошибку. Страх за нее и за себя сковывал мои движения.

– Невеста, ваш выход, – объявила женщина, стоявшая в дверях.

Я отошла от Алисы, уступая место ее отцу. Взяв в руки длинную и невесомую фату, мы зашагали по ковру к арке. Я судорожно сжала ткань в руках, пытаясь унять дрожь. Мне было страшно подвести сестру в такой важный день. Но все прошло гладко. Мы дошли до арки, я аккуратно опустила фату и встала сбоку, рядом с друзьями жениха.

Я случайно задела плечом чью-то руку. Подняв глаза, увидела до боли знакомую ухмылку. Егор Рябин. Конечно же, он – лучший друг Фила и его названный брат. Рядом с ним находился Стас – брат жениха. Лучше бы я встала рядом с ним. Он вызывал больше доверия.

– А извиниться, красавица? Мне вообще-то больно было, – нахмурился Егор и потер руку.

– Я еле коснулась тебя, – процедила я сквозь зубы, даже не удостоив его взглядом.

– Да? Но я точно обжегся.

– Что за дешевые подкаты? – усмехнулась я, сверкнув на него глазами.

Парень продолжал довольно улыбаться, и это начинало меня раздражать. Я мало знала о нем. Лишь иногда слышала из папиных разговоров, что Егор помогает ему с организацией гонок, которые часто проходят рядом с нашим поселком, на полях.

– Я мог бы подкатить к тебе по-взрослому, но тебе еще нет восемнадцати, малышка, – промурлыкал он, игриво прищурившись.

– Егор, – тихо окликнул его Стас, спасая меня от назойливого парня, – Рамир смотрит.

Я повернула голову к столику, за которым сидела моя семья. Папа прожигал нас злобным взглядом, совершенно не обращая внимания на молодоженов.

– О, черт! – выругался Егор, резко выпрямившись и приняв серьезный вид. Теперь он даже старался не дышать в мою сторону.

Я тихонько засмеялась. Все парни сначала такие смелые, пока не сталкиваются с гневом моего отца.

После завершения бракосочетания и всех поздравлений я вернулась к семье.

– Я обиделась на Аню, – тут же выпалила Милла, надувшись.

Она мечтала выносить кольца, но эту честь забрала у нее сестра Фила. Мама пыталась ее успокоить. Я же присела и решила наконец-то хоть что-нибудь съесть. Я не ела с самого утра, и голод давал о себе знать. Но под пристальным взглядом папы ни один кусок не лез в горло.

– Что-то случилось? – спросила я, откладывая вилку.

– О чем ты разговаривала с этим паршивцем? – в лоб спросил папа.

– С паршивцем? – переспросила я, делая вид, что не понимаю, о ком речь.

Я прекрасно знала, кого он имеет в виду, но решила прикинуться наивной девочкой.

– С Рябиным. Я видел, как он тебе улыбался.

– Он просто поздоровался.

– И? – отец не собирался отступать.

– И сказал, что я красиво выгляжу. Обычный комплимент, – пожала я плечами.

Глаза папы потемнели от гнева. Он резко вскочил со стула и направился к столику семьи жениха.

– Господи, – закатила я глаза и начала искать поддержки у мамы. – Он просто сделал мне комплимент.

Это было не совсем так, но все же лучше, чем правда.

– Твой папа решил, что Егор флиртовал с тобой, – вздохнула мама.

А вот это уже было правдой.

– Но это совершенно не так, – продолжала я лгать.

Мама лишь пожала плечами и повернулась в сторону, куда ушел отец. Он уже что-то оживленно обсуждал с дядей Русланом. Я слышала, что этот мужчина был лучшим другом погибшего отца Егора. Поэтому он помогал его матери вырастить парня.

После нескольких фраз дядя Руслан кивнул, и папа вернулся к нам.

– Теперь этот недоделанный сердцеед и на шаг к тебе не приблизится, – гордо заявил отец, словно одержал важную победу.

– Ты же знаешь меня, папа. Я таких близко к себе не