Няня для рябинки босса - Елена Верная Страница 3

— Вы думаете, у меня есть время, чтобы читать родительские чаты⁈ — моему возмущению нет предела. Не люблю чувствовать себя дураком, очень не люблю.

— Ну а я чем вам помочь могу? — Марта Фридриховна поджала губы. — Простите, но писать каждому родителю об утреннике — это уже в наши обязанности не входит.

— Я уже понял, — хмуро смотрю на дочь, а та пожимает плечами, мол, она вообще ни при чем.

— Пап, я тебе говорила, — на лице Стеши скорбное выражение, словно она любимого щенка сейчас хоронить будет. Вот же маленькая актриса! Я уверен, она мне ничего не говорила.

— И не забудьте: сегодня короткий день, а завтра выходной в честь праздника, — добивает меня Марта Фридриховна дополнительной информацией.

— В смысле «короткий день»? — я все больше и больше чувствую себя отвратительным отцом.

— Мы работаем до шестнадцати часов, так что сразу после сна можете забирать Стефанию, — воспитатель проявляет изрядную выдержку, но я никак не могу унять внутреннее возмущение. Я плачу бешеные деньги за этот детский сад, чтобы с моим ребенком занимались специалисты, подготовили ее к учебе в такой же платной школе, а чувствую себя последним маргиналом, который не сделал ничего ради своего ребенка. Вот как это все работает? — А что завтра за праздник?

— День дошкольного работника, — и бровки так вверх приподняла. — Стеша, иди, мой руки и иди в группу, — командует женщина и таким тоном, что даже моя своенравная дочь послушно выполняет и даже не думает возражать.

Дочь уходит, и мы вместе с Мартой Фридриховной провожаем ее взглядом. И, убедившись, что девочка ушла из зоны нашей слышимости, женщина поворачивается ко мне и, понизив голос, говорит:

— Стеша хорошая девочка, но она сейчас в таком возрасте, когда остро нуждается в материнском внимании, — сообщает Марта Фридриховна.

А то, можно подумать, я не в курсе! Да вот только этой кукушке она не нужна. Не могу же я заставить Маринку общаться с дочерью. У нее сейчас новый ребенок появится, так что старого можно в утиль сдавать, так как слишком много от него хлопот.

— Я понимаю, — киваю. Ну не вываливать же мне на эту холодную строгую тетку всю свою подноготную? Я привык все свое держать в себе.

— Мы все понимаем, что у вас новая семья, и вы скоро женитесь, и у Стеши будет новая мама, как говорит девочка. Но и препятствовать ее общению с родной матерью не стоит, — продолжает лезть не в свое дело воспитатель. А вот от этой фразы я вообще чуть в осадок не выпал. Я препятствую? Да с чего она это взяла? В смысле «женюсь»? Вот так сходишь в детский сад и узнаешь много нового и о себе, и о своей личной жизни. При том от кого? От воспитателя.

— Это вам Стеша все это сказала? — я решил не подрывать авторитет дочери, но вечером ее ждет серьезный разговор.

— Что-то рассказала сама, — продолжает разговор воспитатель, — о чем-то мы сами догадались.

— Вы хотите мне что-то посоветовать? — сдерживаюсь из последних сил, чтобы не послать к чертям собачьим эту Марту Фридриховну. И чем этот сад отличается от муниципального, если воспитатели также суют свой нос туда, куда им совать не стоит, только я еще отваливаю за него ежемесячно кругленькую сумму?

— Это не мое дело, и я не могу вам ничего советовать, но наймите ребенку няню. Раз ни вы, ни ваша будущая жена не хотите вникать в жизнь дочери, — и Марта Фридриховна назидательно так на меня посмотрела.

— А знаете что, Марта Фридриховна? — я понял, что мое терпение сдулось. — Вы правы, — на лице женщины появилась снисходительная улыбка, но она моментально исчезает, когда я продолжаю фразу: — Это не ваше дело!

— Ну, как знаете, — воспитатель оскорблена в лучших чувствах. — Не забудьте, девочке надо на завтра костюм рябинки. Завтра будет только утренник. Имейте в виду, после него дочь надо забрать из сада. Да и самому желательно присутствовать на мероприятии. Ребенок танцует и поет песню.

— Благодарю, буду, — я киваю и выхожу из раздевалки. Можно, конечно, до бесконечности огрызаться на воспитателя и разговаривать по душам со Стешей, но няня нужна. И не потому, что я дерьмовый отец, а просто потому, что я не успеваю. И как женщины умудряются совмещать все в себе, когда неудачно выходят замуж? Они и добытчицы, и воспитатели, и подружки для своих детей. Минут двадцать занимает дорога до офиса. Люблю сам быть за рулем, так что водителей у меня нет. Секретарь вскакивает и несется ко мне со стопкой документов.

— Все это потом, — я забираю стопку писем, документов и отчетов. — Обзвони все кадровые агентства, разошли приглашения всем, кого найдешь на сайтах по подбору персонала.

— Кого ищем? — удивленно приподнимает брови девушка.

— Няню, — на выдохе произношу и вижу, как брови секретаря поднимаются еще выше. — Для дочери, конечно.

— А-а-а-а, — протянула девушка, словно подумала, что в няньках нуждаюсь я.

Глава 3

Элла

Время — это такая эфемерная штука. Оно то несется, то еле ползет. Сегодня до какого-то момента оно неслось. Я раскладывала и вывешивала одежду. Этот бесконечный круговорот одежды по магазину было невозможно остановить. То она в примерочной свалена кучей после очередной примерки и я аккуратно развешиваю по вешалкам и отношу все на свое место, то достаю из коробок новые вещи и, также развесив их, уношу в зал. Смена так и закончилась незаметно. Но было же еще дополнительное наказание. Оно пришлось на стояние за кассой, что я больше всего не любила. Вот именно этот час показался мне ужасно долгим.

Внимание привлекла девочка лет пяти, что с важным видом расхаживала между рядами. Я бросила взгляд в зал, но ни одного взрослого, кто мог бы быть ее родителем, не нашла. Просто родителей всегда видно. По крайней мере, адекватных. Они даже когда выбирают одежду, то и дело ищут взглядом по залу, находят свое чадо, после чего снова принимаются за свое. И так все время, пока находятся в магазине. Девочка же прохаживалась совершенно одна. Потерялась? Да не похоже. У потерявшегося ребенка паника во взгляде, а эта маленькая женщина ходит и выбирает. Вижу, что ей приглянулась красная фатиновая юбка-пачка, но она не может ее снять со стойки. Слишком высоко расположена вешалка, не для пятилетки.

— Карина, — обращаюсь к девушке-коллеге. — Иди помоги, —