Диего - Джинджер Талбот Страница 29

Вскакиваю, оставляя Брук позади, и бегу по коридору в сторону кухни.

На кухне никого нет. Я одна.

На стене висит телефон. Хватаю его и набираю номер мачехи. Она растерянно отвечает: — Алло? Кто это?

— Маргарита, у меня мало времени. Послушай. Диего позволили продержать меня еще несколько недель, а потом меня заберет Анджело. Ты можешь чем-нибудь помочь?

Слышу, как она судорожно вздыхает: — Любовь моя. Ты же знаешь, я не могу. Мне так жаль. Может быть... может быть, все будет не так плохо. Со многими любовницами обращаются как с золотом.

— Я не буду любовницей, я буду шлюхой!

— Доната! Следи за языком! — возмущается она.

— К черту мой язык, — яростно говорю я. — Это уже пройденный этап. Он только что прилюдно схватил меня за задницу, засунул свои мерзкие пальцы мне под шорты и сказал, что будет передавать меня всем своим друзьям по кругу. Пожалуйста, помоги мне! Если бы ты могла раздобыть немного наличных, мы могли бы встретиться где-нибудь, и тогда я бы использовала эти деньги, чтобы поехать куда-нибудь и начать все сначала.

— О Боже! — Маргарита, кажется, плачет. — О, нет. Мне очень, очень жаль. Но у меня никогда не бывает лишних денег, ты же знаешь, как строго твой отец следит за финансами.

В этом она права. Лихорадочно соображаю, что можно придумать.

— Ты можешь принести мои украшения? Я могла бы их заложить.

— Твой отец узнает и тогда заберет у меня мальчиков. А, может, и того хуже. Убьет меня.

— Мы можем пуститься в бега. Можем попасть под федеральную программу защиты свидетелей, — теперь умоляю я.

Ее голос хриплый, пропитанный слезами и сожалением: — Доната. Мне так жаль, — напрасно повторяет она. — Это слишком опасно. У Синдиката повсюду глаза и уши. Они найдут нас и прилюдно накажут в назидание другим.

Она даже не собирается попытаться? Я бы боролась за нее и братьев, если бы они попали в беду! Я бы переехала в долбаную Небраску. В Айдахо. Куда угодно. Я бы жила с ними в лесу в палатке, а не наблюдала бы со стороны, как с ними обращаются подобным образом.

Черт бы ее побрал, она воспитала меня сильной, какой никогда не хотел видеть отец, научила уважать себя и никому не позволять плохо обращаться со мной. И теперь она будет стоять в стороне и позволит, чтобы меня вот так использовали?

В отчаянии бросаю трубку. У меня не так много времени, прежде чем кто-нибудь начнет меня искать. Набрать 911? Позвонить Саре?

Мой взгляд блуждает по комнате, а затем падает на заднюю дверь, и я вижу, что она приоткрыта. Возможно, это мой единственный шанс. Бегу к ней. Когда распахиваю дверь, раздается пронзительный, визгливый вой сирен. В панике бегу по переулку в сторону улицы. Возможно, бегу навстречу новой перестрелке, но я готова рискнуть. Это лучше жизни в качестве сексуальной рабыни Анджело.

Не успеваю добежать до улицы, как подъезжает фургон и загораживает проход. Клаудио выпрыгивает из машины, я разворачиваюсь и бегу в другую сторону, но он хватает меня за рубашку, тащит назад, запихивает в кузов фургона и сам запрыгивает следом.

Вцепляюсь ему в лицо, крича во все горло: — Помогите! Меня похитили!

Клаудио зажимает мне рот рукой и пинком захлопывает дверцу фургона. Кусаю его за руку, а он ругается и бьет меня по голове с такой силой, что звенит в ушах.

— Прекрати, блядь! — рычит Клаудио. — Думаешь, я не выбью из тебя все дерьмо, потому что ты девчонка?

— Сделай одолжение? Разукрась мне лицо как следует, чтобы Анджело больше не хотел меня, — дразню я и с размаху пинаю его по голени. Он даже не морщится. Просто слегка поворачивает голову, чтобы посмотреть мне в глаза, и у меня кровь стынет в жилах.

Его ледяные голубые глаза — самое страшное, что я когда-либо видела. Диего пугает, но это совсем другое. Взгляд Клаудио полон леденящей душу ненависти.

— Мы будем наматывать круги по округе, пока копы не закончат составлять протокол о стрельбе, и ты больше не будешь поднимать шум. Если ты это сделаешь, я лично отыграюсь за это на ебучей роже твоей мачехи, а потом и на твоих сводных братьях, одном за другим. Думаешь, Диего крутой? Я ебаный психопат, и если ты сделаешь хоть что-нибудь, чтобы наебать Диего, ты узнаешь, что такое настоящая боль. Уяснила?

— Чертовски частое употребление вариаций слова «ебать», — ехидно говорю я, чтобы скрыть страх. Он выпрыгивает из фургона и захлопывает дверь у меня перед носом. Пытаюсь открыть ее, но она, конечно же, заперта. Через минуту слышу, как он садится на водительское сиденье, и фургон трогается с места.

Слышу сирены полицейских машин, проносящихся мимо нас. Помощь так близко, но с таким же успехом она могла бы быть и на Марсе. Опускаюсь на пол фургона, и отчаяние, как темный густой туман, окутывает меня.

Глава 12

Несколько часов мы колесим по городу, прежде чем меня, наконец, отвозят обратно в квартиру. Клаудио до боли крепко держит меня за руку, заталкивая в дверь с черного хода. Диего ждет меня в гостиной, сжав кулаки, и он не один. Кармело со скучающим видом скрестил руки на широкой груди, а Рокко выглядит нетерпеливым и выжидающим. Свинья.

Лицо Диего пылает от ярости. Я никогда не видел его таким злым. Страх практически задушил взаимную ярость, но я стою прямо и гордо, встречая его взгляд. Как он смеет злиться на меня за то, что я хочу сбежать? На моем месте он поступил бы точно так же.

Он хватает меня за руку, тащит по коридору в свою комнату и захлопывает за собой дверь. Затем толкает меня с такой силой, что я отшатываюсь назад.

— О чем ты, черт возьми, думала? — кричит он. — Ты могла попасть под обстрел!

— Анджело собирается сделать из меня секс-рабыню, насиловать, а потом передавать по кругу. Думаешь, я боюсь выстрелов? — ору в ответ.

— А следовало бы! — его кулаки сжаты, и он дрожит от гнева.

— Почему? Назови мне хоть одну вескую причину!

Он отмахивается от моего вопроса.

— Ты не хочешь, чтобы Анджело забрал тебя? — огрызается он. — Ну, ты была чертовски близка к тому, чтобы отдаться ему. Он выскочил из бара, как испуганная крыса, как только понял, что снаружи безопасно. И если бы ты столкнулась с