После развода. Второй женой не стану! - Панна Мэра Страница 28

Мы почти снаружи. Руслан тянется к ручке, и в этот момент раздаётся выстрел.

Громкий.

Резкий.

Разрывающий пространство на части.

Глава 38

Выстрел разрывает воздух так резко, что я на секунду перестаю слышать всё остальное. Звук словно врезается в меня, проходит сквозь тело, отдаётся где-то в груди, и я рефлекторно сгибаюсь, боясь, что меня заденет пуля. Сердце срывается в бешеный ритм, и я не сразу понимаю достиг ли выстрел кого-то из нас.

Я оборачиваюсь.

Пытаюсь выхватить взглядом то, что действительно может быть полезно. Расположение Абсалама, количество участников его свиты, которая гонится за нами и, кончено же пистолет. Где он? У кого?

Но картинка распадается на обрывки: распахнутая дверь, тени людей, мелькающие фигуры охраны, и Руслан впереди.

Я внимательно осматриваю его силуэт.

Он цел. Бежит ровно и спокойно. Значит, ни в кого из нас не попали.

— Быстрее! — голос Руслана возвращает меня в реальность.

Я заставляю себя бежать быстрее, хотя уже почти не чувствую ног. Адреналин кипит в крови, разгоняет мысли, заставляет двигаться быстрее, чем я, кажется, вообще способна.

Мы почти одновременно достигаем машины.

Я распахиваю свою дверь и буквально падаю на сиденье, неуклюже и торопливо, захлопывая за собой дверь.

И в этот момент воздух пронзает второй выстрел. Пуля ударяет в корпус машины с глухим металлическим звуком.

Я вскрикиваю, вжимаясь в сиденье, зажмуриваясь снова, будто это может спрятать меня от происходящего, но Руслан не теряет ни секунды.

Он со всей силы хлопает водительской дверью, заводит двигатель и жмёт на газ. Машина стремительно срывается с места, заставляя меня вжаться в спинку кресла.

Позади слышны крики. Я бросаю взгляд на боковое зеркало, на то, как из дома выбегают люди Абсалама. Они явно не намерены нас отпускать, потому что уже через секунду, они оказываются у своих машин и начинается новая погоня.

— Чёрт… — вырывается у меня почти беззвучно.

Мы вылетаем на дорогу, и Руслан со всей силы давит на газ. Скорость растёт. Деревья по обочинам сливаются в сплошную тёмную линию. Внутри всё дрожит. От страха, от напряжения, от того, что ещё чуть-чуть, и машины за спиной начнут нас подрезать.

Я сильнее вжимаюсь в сиденье.

Только бы оторваться.

Только бы выбраться.

Но мы продолжаем лететь вперед, не обращая внимания на погоню. Ни на секунду не сбавляя темп.

Я чувствую, как кровь стучит в висках, как дыхание сбивается, как внутри всё переворачивается от напряжения.

Я слегка поворачиваю голову и смотрю на Руслана. Обычно его спокойный и сосредоточенный вид меня успокаивает, но сегодня…

Сегодня что-то не так.

Я смотрю на него внимательнее, и только сейчас замечаю.

Сперва одну.

Затем вторую.

Капли крови медленно стекают вниз на резиновый машинный коврик.

— Руслан… — голос срывается. — Ты ранен…

Он даже не смотрит.

— К чёрту руку, — бросает он сквозь зубы. — Сейчас не до этого, Аля. Просто сиди тихо.

В его голосе столько напряжения, что я сразу замолкаю.

Он резко сворачивает на съезд, почти не сбавляя скорости.

Машину заносит, но он легко удерживает её, выравнивает, и в этот момент я вижу, как машины позади пролетают дальше, не успевая среагировать.

Мы замираем на секунду.

Точнее, мне так кажется.

А потом Руслан аккуратно выводит машину на другую дорогу, уже без резких движений, но с той же дикой скоростью.

Сейчас он зол. Это я вижу в каждом в его движении.

По тому, как он сжимает руль.

По тому, как напряжены его плечи.

По тому, как он даже не смотрит в мою сторону.

— Руслан, я… — пытаюсь сказать я, но он резко перебивает.

— Нет. Не говори со мной.

Я замираю.

— Ты бы знала, как я сейчас зол, — добавляет он тихо, но в этом тихом голосе больше угрозы, чем в крике. — Ты бы знала.

Я поджимаю губы.

На секунду становится обидно. Как-то до нелепости по-детскому обидно. Но я тут же беру себя в руки.

Руслан имеет полное право злиться. Всё-таки я поступила очень глупо.

Дальше мы едем в тишине, где каждая минута кажется вечностью.

Я смотрю вперёд, но почти ничего не вижу.

Только бесконечные мысли неустанно крутятся в голове.

Это всё из-за меня.

Если бы я не пошла на это шоу.

Если бы я сказала ему.

Если бы не решила, что справлюсь сама.

Я украдкой смотрю на руку Руслана.

Кровь всё ещё идёт. Густая, вязкая.

Она заливает руль, сиденье, пол под ногами.

И от этого становится ещё хуже.

Он ранен из-за меня, и при этом сейчас я ничего не могу с этим сделать.

Я набираю в легкие побольше воздуха, пытаясь вновь заговорить с ним, но вдруг вдалеке появляются знакомые очертания дома.

Уже поздно. Мы на месте.

Мы останавливаемся, и Руслан первым выходит из машины, не обращая на меня внимания, словно нарочно старается избегать, чтобы не сорваться окончательно.

Я иду рядом, не зная, что сказать. Вернее, знаю. Но чувствую, что сейчас он не хочет ничего слышать.

Мы входим в дом, и в следующую секунду Руслан с силой захлопывает за нами дверь.

Я не успеваю даже вздрогнуть, как Руслан взрывается и его голос заполняет все пространство прихожей.

— Какого чёрта ты попёрлась на это шоу⁈ Почему ты ничего мне не сказала⁈

Я вздрагиваю.

Слова застревают в горле.

— Прости… — выдавливаю я. — Руслан, прости… Я такая идиотка…

Он делает резкий жест рукой, будто отмахивается от моих слов.

— Ты вообще понимаешь, что с тобой там могло случиться⁈ — он почти кричит. — Ты хоть понимаешь⁈

Я опускаю глаза.

— Я бы ничего не сделал, — продолжает он, и голос становится ещё жёстче. — Я бы тебя не защитил! Чёрт, Аля, да я мог даже не знать, где ты!

Он хватает себя за голову, начинает ходить по прихожей, нервно и резко.

Кровь капает на пол.

Я делаю шаг к нему.

— Руслан… Пожалуйста… Давай я хотя бы обработаю рану… Ты же истекаешь кровью…

— Мне плевать! — перебивает он резко. — Плевать на это, Аля!

Он останавливается.

Смотрит на меня.

И сейчас я вижу в его взгляде что-то другое.

— Я как представлю, что истекать кровью сейчас могла ты…

Он не заканчивает.

Я делаю ещё шаг.

— Руслан, но ведь я…

— Молчи, — резко говорит он. — Не говори больше ни слова. Или я не сдержусь.

Я замираю. Кровь стучит в висках.

— Не сдержишься… В чём?.. — тихо спрашиваю я.

И в этот момент что-то меняется.

Воздух