Ключи от его сердца - Мари Стефани Страница 27

— Наедине!

— Мне нечего тебе сказать наедине! — ответила я.

— А ты изменилась, — криво улыбнулся он.

— Потому что не бросаюсь к тебе на шею с воплем: «Денис, ты приехал!»

— И поэтому тоже! — грустно улыбнулся он. — Давай где-нибудь пообедаем? Пожалуйста!

— Денис, я же сказала, нам не о чем говорить!

— Это он тебе не разрешает? — намекнул Денис на Егора.

— Это я не хочу!

— Ника, пожалуйста, всего один обед и возможность поговорить, и я оставлю тебя в покое! — с грустью произнес Денис.

— Хорошо. Кафе на Марьинской помнишь?

— Помню. Неужели оно до сих пор существует?

— Существует и процветает! Тогда через полчаса встречаемся там, — сказала я.

— А я думал, мы вместе поедим?

— Нет, у меня есть своя машина, — ответила я. — К тому же мне надо Лизу отвезти домой.

— Хорошо, встретимся в кафе.

Я развернулась и пошла к своей машине, где меня поджидала Лиза. Как только мы с Денисом стали препираться, она тактично оставила нас одних, зато стоило мне подойти, проявила любопытство.

— Ну, как все прошло? Что он хотел? — засыпала она вопросами.

— Поговорить.

— Поговорили?

— Нет. Договорились встретиться в кафе на Марьинской.

— О! Ты решила дать своим чувствам шанс?

— Лиза, какой шанс? Никаких чувств давно нет! Есть только ненависть. Даже не ненависть, а неприятный осадочек от всего того, что произошло. Просто любопытно, что он хочет мне сказать! И ещё хочу выяснить, как он мог со мной так поступить!

— Знаешь, ненависть — сильное чувство! И от него до любви один маленький неосторожный шажок! А ты далеко не так равнодушна к нему, как хочешь показать!

— Скажешь тоже! — следя за дорогой, отмахнулась я. — Уже давно все переболело. А злюсь оттого, что спустя столько лет он решил, что может ворваться в мою жизнь и здесь ему будут рады! Когда я хотела поговорить, все объяснить, от меня отмахнулись. И мало того, представили свою невесту по совместительству мою подругу. А теперь, когда ему надо, я должна все бросить и с распростертыми объятиями кинуться к нему!

— Если бы тебе было всё равно, ты бы была абсолютно равнодушна. И его настойчивость так не задевала тебя, — тихо сказала Лиза.

В душе я с ней не согласилась, но ничего не стала отвечать.

Высадив Лизу около торгового центра, я поехала на встречу с Денисом. Сердце в груди от чего-то восторженно скакало. А я пыталась убедить себя, что еду только для того, чтобы, глядя ему в глаза, спросить, как он мог так со мной поступить?

Припарковавшись на стоянке, я вошла в полупустое кафе. Дениса я увидела сразу. Он сидел лицом к входу и жадно меня разглядывал.

Чем ближе я подходила, тем быстрее билось сердце в груди.

«Да, что вообще происходит? Чего я трясусь, как на первом свидании? Он уже давно не волнует мое глупое сердце! Это всего лишь Лизкины домыслы!»

— Привет! — как будто мы сегодня первый раз встретились, сказал он.

— Привет, — села я на отодвинутый стул.

— Ты сменила прическу? Тебе очень идёт этот цвет!

— Ты для этого меня позвал? Чтобы обсудить мою прическу? — резко спросила я.

— Просто сделал тебе комплимент, в надежде разрядить атмосферу. Но ты, словно испуганный ёжик, выставила свои иголки!

— Добрый день, что будете заказывать? — подошла к нам официантка.

— Ника, ты что будешь?

— Мне кофе капучино и малиновый торт, пожалуйста.

— А мне черный чай и лимонный пирог, — сделал заказ Денис.

— О чем ты хотел поговорить? — перешла я к насущному, стоило официантке удалиться.

— Хотел узнать, как ты живёшь? Счастлива ли?

— Ты серьезно? — не поверила я.

— Да, почему брат не может поинтересоваться делами сестры?

— Ты неделю настойчиво добивался встречи, только чтобы узнать, как у меня дела? Это можно было спросить по телефону, а не настаивать на встрече! Кроме того, последние четыре года тебя это не интересовало, да и прежде моей жизнью ты не интересовался, так если только чтобы подгадить! — выпалила в лицо Денису.

— Эти годы я был далеко от тебя. Как говорится, с глаз долой из сердца вон! А то, что касается раньше, ты неправа, меня всегда интересовала ты и твоя жизнь, — глядя мне в глаза, ответил он.

— Из какого сердца? — зло спросила я. — Меня там никогда не было! Если сердце вообще у тебя есть!

— Не было, говоришь? — натянуто улыбнулся Денис. — А ты знаешь, что у меня на душе и в сердце, чтоб так заявлять?

— Мне все равно, что у тебя на душе и в сердце! — решила я прекратить этот бессмысленный разговор. — Я сюда пришла только для того, чтоб задать два вопроса, на которые не могу последние четыре года найти ответы!

— И что это за вопросы?

— Как ты мог так со мной поступить? И главное, за что? За то, что ворвалась в твою семью и отобрала кусочек любви твоего отца? За что ты так со мной обошелся?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь? — с недоумением глядя на меня, спросил Денис.

Разозлившись, из-за того, что он изображает из себя святого, я резко поднялась и направилась к выходу.

— Ника, постой! — схватил он меня за локоть.

— Отпусти! Нам не о чем разговаривать! — прошипела я.

— Ника, я, действительно, не понимаю, о чем ты говоришь!

— О моем восемнадцатилетии! И о твоём сюрпризе!

— Но ты его так и не получила, — пробормотал он.

— Что? Я не получила? — задохнулась я от возмущения. — То есть ночь страсти в лесном домике и потеря невинности мне приснились? — выкрикнула ему в лицо.

— Не приснились, — холодно сказал Денис. — Только я здесь при чем?

— Ты же сам признался, что это был ты! Ты был моим первым мужчиной!

— Не кричи! Незачем просвещать других в подробности нашей жизни! — сказал он.

Посмотрев по сторонам, я заметила, что мы стали центром внимания. Народу в кафе было немного, но глаза всех присутствующих во главе с обслуживающим персоналом были направлены в нашу сторону.

— Пойдем за стол, — потянул меня за руку Денис, и я подчинилась.

Сев за стол, он спросил:

— Когда это я имел такую глупость, чтобы признаться в том, чего не совершал?

Его вопрос поставил меня в тупик.

«…признаться в том, чего не совершал?»

— В тот день, когда мы с Егором сообщили о нашей свадьбе, — сказала я. — Еще до того, как ты это узнал, ты, во всем признался!

— А напомни-ка, что я сказал? — вкрадчиво попросил он.

Набрав в легкие воздуха, я выпалила слова, въевшиеся мне в память.

— «Ника, ты жива! Слава богу!