Киллер. Никому не отдам - Калерия Гумерова Страница 24

Я спокойно даю им знак, чтобы они расслабились.

— Это твои люди? — поражается она, когда видит все это.

— Я бы не оставил ее без защиты.

— Вы просто ненормальные собственники, а ты не думал, что Эсфи выздоровеет и полностью освободится от привязанности к тебе, а?

Думал… Я хотел этого для нее.

— Хватит решать за женщин! Если вам кто-то понравился, это еще не значит, что вы можете просто брать тараном и наглостью! ПОНЯТНО?

Видимо, Сатан на нее сильно навил. Я вижу упомянутого за ее спиной. Он недовольно хмурится и подходит ближе.

— Ангел, что ты опять кричишь? — он пытается взять ее за руку, но Эстер выворачивается.

— Отвали от меня! Я же говорила не ждать! Сама до дома доберусь!

Сатан наклоняется и молча закидывает истеричку на плечо, та колотит его руками и ногами, но ему это не доставляет дискомфорта. Мы жмём друг другу руки, а затем, положив ладонь на её задницу, обтянутую в узкую юбку, он так же непринуждённо идёт к своей машине.

Если он доведёт нашего психолога до психушки, то нам понадобится другой. Надо будет побеседовать с ним, чтобы не наседал на бедную женщину. А то совсем дерганной стала. Моя Эсфи так к ней прикипела…

Я наблюдаю за принцессой до самой ночи. Даже когда она ложится спать, мне никуда не хочется уезжать. Включаю звук камер, увеличив на максималку, и слышу её размеренное дыхание. Это меня успокаивает. Неотрывно наблюдая за сном оленёнка, я тоже начинаю засыпать.

Глаза закрываются, как бы я ни сопротивлялся. Чёртова побочка от терапии Эстер! Встряхиваю головой, чтобы прогнать это состояние, и включаю кондиционер.

Тут неожиданно доносится её плач. Эсфи, цепляясь за подушку, всхлипывает во сне.

— Нет, я не хочу! Оставь меня себе!

Моё сердце болезненно сжалось, по инерции я даже схватился за ручку двери, чтобы вылезти из машины и пойти к ней. Желание успокоить мою девочку рвало меня на части.

Я вцепился в руль двумя руками.

— Пожалуйста, не уходи!

— Дерьмо! Гребаное дерьмо!

В голове не было никаких голосов, которые бы требовали немедленно утешить страдания и вырвать оленёнка из сна. Но я всё-таки сорвался.

Плюнув на все слова Эстер, я пошёл к ней.

Глава 21

Охрана спокойно пропускает меня без всяких разговоров во двор резиденции Коган. Я поднимаюсь на второй этаж и прохожу по коридору в самый конец, где теперь находится новая комната Эсфи.

Отпустив двух бойцов у ее дверей, я вхожу, закрываю тихо за собой дверь и застываю в проеме.

Малина. Я вдыхаю ее сладкий запах и плыву. Такое ощущение, что я вышел из тела и парю только от одного лишь ее присутствия рядом.

Окружение, обстановка, ее внешность изменились, но аромат остался таким же. Аромат спелой малины… и он меня сводит с ума!

Ее всхлипы заставляют душу вернуться в тело. Делаю несколько широких шагов в сторону кровати и опускаюсь на корточки перед ней.

Олененок мечется по подушке, раскидывая свои волосы в разные стороны. По щекам текут слезы, а сладкие губки поджаты от обиды.

— Моя Эсфи, — хриплю я еле слышно.

Невесомо прохожусь костяшками по ее личику, боясь к ней прикоснуться. Одно прикосновение вызывает трепет в груди. Сердце радуется этой встрече. Мне так хорошо, что становится плохо!

Совсем не понимаю своих эмоций! Они другие, такие сильные и только мои! Теперь мои…

Вдруг проснется, и тогда я уже точно не смогу уйти!

Еще одна крупная слезинка катится по ее фарфоровой щечке. В свете фонаря, который блекло доносится из окна, ее кожа сияет, красиво переливаясь.

Странно, что в голове нет голосов, требующих облизнуть ее или укусить. Демоны бы этого хотели. Черт возьми, я бы хотел этого! Значит ли это, что я начинаю слышать только свои чувства, эмоции и мысли?

Дыхание Эсфи учащается, будто она от кого-то убегает или к кому-то бежит в своем сне. Стоны становятся все громче, мне хочется ее обнять и вытащить из этого кошмара, но я, сука, не могу!

— Я здесь, мой олененок! — склоняюсь к ней ближе и касаюсь губами ее лба.

Не знаю даже, чего хочу больше: чтобы она спала или меня увидела. Эстер хочет для нее лишь блага, я тоже не хочу становиться тем, из-за кого она будет страдать, но мне слишком трудно устоять…

Вот бы увидеть ее голубые глазки так близко, как раньше! Или улыбку… Или услышать, как она меня любит. Эти слова заставляют меня чувствовать себя живым.

— Я люблю тебя, Рари, — шепчет она, будто читает мои мысли.

Даже слегка дергаюсь от неожиданности и отстраняюсь, но Эсфи хватает меня за футболку и резко тянет к себе.

Опираюсь на руки, чтобы не упасть на нее всем весом, и замираю. Ровное дыхание, глаза закрыты. Поразительно, но она все еще спит!

Крепко цепляясь пальчиками за ткань, Эсфи ластится к моей груди и полностью успокаивается. Ее близость действует на меня как афродизиак. Все тело напрягается, но я готов к этой пытке. Обнимаю олененка в ответ и крепко стискиваю в своих руках, пряча эту хрупкую принцессу в себе.

Можно было бы так спрятаться от целого мира навечно, или никогда не просыпаться.

Как бы сладок ни был сон, я просыпаюсь с первыми лучами. Эсфи тихо сопит в моих руках и пускает слюнки на мою грудь. Футболка даже немножко намокла.

Скрепя зубами, все-таки разрываю объятья, целую Эсфи в обе щечки и еду обратно в клуб. Подъезжаю на парковку у здания и вижу Арсения у своей тачки. Стоит и смотрит тупо перед собой. Плохо дело…

— Дать зажигалку? — спрашиваю я, когда выхожу из машины.

Арс держит в зубах сигарету.

— Нет, — мотает головой, немного встряхиваясь. — Я бросил. Это так… привычка.

Он достает ее изо рта и швыряет в урну.

— Чем удивишь?

Арсений поворачивается. По его лицу невозможно прочитать эмоции. Может, это не связано с работой? Не понимаю!

— Последние поставки оружия от людей Игната, которые нам должны были прийти, перехватил Тарас.

Игнат, кстати, тоже сел за решетку вместе с хозяином. Теперь нужно искать еще и нового поставщика оружия!

— Не проблема, найдем другого!

— ТЫ ОГЛОХ? Ее перехватили! Оставили громкое, кричащее, гребанное послание на весь