Обесчещенная. Невеста по ошибке - Мила Реброва Страница 20

Его слова проникли глубоко в моё сердце, даря уверенность и спокойствие. Я впервые почувствовала себя не просто женщиной, оказавшейся рядом с ним по воле судьбы, а его настоящей женой, нужной и любимой.

— Имран… — прошептала я тихо и нерешительно.

— Тише, Айшат, — прошептал он, нежно касаясь моих волос, — Просто знай, что я рядом. Всегда буду рядом, чтобы тебе больше не было страшно.

Он продолжал сидеть рядом, спокойно и терпеливо держа мою руку, пока я постепенно не успокоилась. Я почувствовала, как усталость и слабость уходят, уступая место тёплой и приятной сонливости.

Засыпая, я ощущала, как его пальцы по-прежнему крепко держат мою ладонь, давая почувствовать его поддержку и близость.

И впервые за всё время рядом с ним я поняла, что именно так выглядит то самое, настоящее счастье, к которому я так долго и мучительно шла.

* * *

Имран

Я медленно открыл глаза, не сразу осознавая, где нахожусь. Первое, что я почувствовал, было непривычное тепло рядом со мной и тонкий, еле уловимый аромат волос Айшат. Я лежал на кровати, крепко прижимая её к себе, её голова спокойно покоилась на моём плече, а ладонь доверчиво лежала на моей груди. Сердце забилось быстрее от удивления и растерянности.

Как мы оказались в таком положении? Я же отчётливо помнил, что всю ночь собирался спать на диване, чтобы не беспокоить её. Но ночной эпизод, её испуг, её тихий голос, зовущий меня, заставили меня забыть обо всём. Я просто не смог оставить её одну, сел рядом, чтобы успокоить, а потом, сам не осознавая, как это случилось, остался здесь, рядом с ней. Я заснул, обнимая её, чувствуя её дыхание, тепло её тела, и впервые в жизни мне было настолько спокойно и комфортно.

Я осторожно повернул голову, разглядывая лицо Айшат в утреннем свете. Она выглядела такой нежной и беззащитной, что моё сердце болезненно сжалось от нахлынувших чувств. Её длинные ресницы слегка дрогнули, и я застыл, боясь разбудить её. Но она лишь тихо вздохнула, чуть плотнее прижавшись ко мне во сне.

«Что ты творишь, Имран?» — подумал я в смятении, осторожно поглаживая её плечо и пытаясь разобраться в своих ощущениях. Никогда прежде я не чувствовал такой нежности и привязанности ни к одной женщине, даже к Камиле. Да, я любил Камилу, или думал, что любил. Но рядом с Айшат всё было иначе. Её хрупкость, её робкость и тихая сила, спрятанная глубоко внутри, вызывали во мне совершенно другие чувства. Мне хотелось защитить её от всего мира, окружить заботой и теплом, которых, как оказалось, ей так не хватало в жизни.

Но вместе с тем я чувствовал и растерянность. Я не был готов признать, что мои чувства к ней изменились настолько, что уже невозможно было их игнорировать. Я пытался отрицать это, списывая свои эмоции на усталость и беспокойство о её здоровье, но в глубине души понимал — это было нечто большее.

Айшат вдруг снова пошевелилась, мягко потянулась и открыла глаза. Её взгляд тут же встретился с моим, и я увидел, как щёки её мгновенно покрылись нежным румянцем.

— Доброе утро… — прошептала она смущённо, быстро опустив глаза.

— Доброе, — ответил я, всё ещё не отпуская её и внимательно наблюдая за выражением её лица. — Как ты себя чувствуешь?

Она чуть улыбнулась, подняв на меня глаза снова, и это робкое доверие заставило меня на мгновение забыть, как дышать.

— Лучше, спасибо тебе… за ночь, за то, что был рядом. Мне было очень спокойно, — призналась она тихо, и её слова наполнили меня теплом, которого я никогда не чувствовал.

Я улыбнулся в ответ, но тут же почувствовал внутреннее сопротивление. Мой разум, привыкший контролировать всё в жизни, сейчас отказывался принимать эту ситуацию. Я был поражён глубиной своих собственных эмоций, и это пугало меня.

«Что ты делаешь? Ты не должен позволять себе так думать о ней. Ты должен контролировать себя», — снова прозвучал в голове строгий голос разума, но сердце упрямо отказывалось его слушать.

— Айшат, — тихо произнёс я, чувствуя, что должен сказать хоть что-то, — ты уверена, что тебе лучше?

Она кивнула и попыталась осторожно приподняться, но я неожиданно для самого себя не позволил ей это сделать, ещё крепче обняв её плечи.

— Полежи ещё немного, — сказал я, и мой голос прозвучал так мягко и заботливо, что я сам удивился.

Она перестала сопротивляться, вновь положила голову на моё плечо и тихо вздохнула. Мы снова лежали в тишине, чувствуя тепло и близость друг друга. Я боролся с собой, понимая, что сейчас стою на очень тонкой грани, переступив которую, уже не смогу вернуться назад.

— Я так привыкла быть одна, — неожиданно нарушила тишину Айшат. — И никогда не думала, что рядом со мной может быть кто-то настолько сильный и заботливый, как ты. Мне иногда кажется, что всё это просто сон, и я скоро проснусь…

Её слова глубоко затронули меня. Я осторожно поднял её подбородок, заставляя вновь посмотреть мне в глаза.

— Это не сон, Айшат, — прошептал я, чувствуя, как сердце начинает стучать быстрее. — Я здесь, рядом с тобой. И я никуда не уйду.

Она посмотрела на меня с удивлением и тихой надеждой, её губы чуть дрогнули, и я не выдержал. Всё моё самообладание и осторожность в один миг исчезли, и я медленно наклонился, нежно касаясь её губ своими. Это был мягкий, осторожный поцелуй, почти невесомый, но от него во мне вспыхнул огонь, которого я никогда прежде не испытывал.

Я отстранился, глядя в её широко раскрытые глаза, наполненные удивлением и счастьем, и тихо сказал:

— Прости… Я не смог удержаться.

Она робко улыбнулась в ответ, ещё плотнее прижимаясь ко мне, и я понял, что окончательно потерял над собой контроль.

Однако вместе с этим чувством пришла тревога и сомнение. Я был в смятении от того, что испытывал, от того, что позволил себе сделать. Мне казалось, что я совершаю ошибку, поддаваясь своим эмоциям, и это осознание заставило меня невольно напрячься.

— Имран, что случилось? — тихо спросила Айшат, почувствовав перемену моего настроения.

Я вздохнул и осторожно отстранился, чувствуя себя совершенно растерянным.

— Мне просто нужно время, чтобы осмыслить всё это, Айшат, — сказал я искренне, глядя ей в глаза. — То, что происходит между нами… это сложно, и я не хочу причинить тебе боль.

Она тихо кивнула, принимая мои слова с пониманием и терпением, которые заставили меня ещё больше проникнуться к ней нежностью.

— Я подожду, сколько потребуется, — мягко ответила