Ты мне больше не нужна (СИ) - Александра Стрельцова Страница 20

зацепила меня с первого взгляда, нос воротила в мою сторону, держалась на расстоянии, пока я пытался быть ближе, мать тоже не сразу подпустила к себе отца. Может, это и сыграло злую шутку? Плюнь я тогда на её «нежелание» быть рядом, ничего бы этого и не было! Но тогда, когда мне удалось всё же добиться свидания с красоткой и узнав, какая жопа в её жизни, восхитился ею. Попавшая в беду девушка, старательно пытающаяся выжить после предательства всей семьи, убежала из дома в чужой город, чтобы выжить и стать ещё сильнее, чем она была в своей семье.

Ложь, грязная, густая, от которой не удаётся отмыться по сей день!

– Натан, можно вас попросить об одной услуге? – тихий, похожий на писк мыши голос вывел меня из мыслей.

Вздёрнул одну бровь, склонил голову набок. Долго осмеливалась?

– Попробуй, – говорю, а в голосе слышится вызов.

Да блядь! Кому я тут вызов бросаю?

– Вы же знаете, моя мама в больнице, – голос дрожит, вилку сжимает так, что пальцы побелели, – вы не могли бы узнать о её состоянии? Уверена, у вас есть связи, вам легко будет пробить, в какой больнице она находится и как себя чувствует, – набрав в лёгкие воздуха, торопливо договаривает и вновь опускает глаза вниз.

С ответом не спешу, потому что сам не знаю, как поступить. С одной стороны, мне это на хер не надо, с другой, что-то дёргает за струны души.

– Какие у тебя с матерью отношения? – принимаю решение для начала разбираться, стоит ли напрягать людей?

Если там мамашка сука, то даже рыпаться не стану, пусть привыкает вычёркивать всю гниль из своей жизни. Прав Тоха, не справиться она сама, пока зубки не отрастит, значит, придётся помочь!

Да твою мать! Нахрен мне этот геморрой? Куда ты лезешь, Нат?!

– Хорошие, она единственный человек, кто искренне меня любит, – вскидывает на меня взгляд, в глазах блестят слёзы.

Вновь эта сырость!

Арина никогда не ныла, не распускала эту сырость, даже когда рассказывала, как с ней обошлась семья… СТОП! Тормози, Нат! Не было слёз у суки только потому, что не поступали с ней так, как она рассказывала! Это она предала!

– Так искренне любит, что позволила выйти замуж за жениха сестры? Только бы избежать позора? – прищуриваюсь, смотрю на собеседницу.

– В нашей семье решения принимает отец, мама, она…

– Вечно у ног мужа и делает всё, что он ей скажет, не имея своего мнения, относясь, как к прислуге? Теперь я понимаю, в кого ты такая нюня и дура! – не выдерживаю и высказываю своё мнение, чем явно задеваю девушку.

Её глаза расширяются, приоткрытые губы подрагивают. Пару секунд, и она прикрывает глаза, шумно выдыхает.

Вокруг образуется тяжёлая тишина. Наверное, не стоило говорить так, но если не бить суровой правдой и не сделать больно, то и зубов не отрастить!

– Вы не правы, – нарушает тишину, глаза открыла, смотрит со смесью чувств, даже не по себе становится, – мама никогда не была у ног отца, – качает головой, – он всегда оберегал её, мама многого не знает, он её бережёт, искренне любит, так же, как Арину. За них он будет биться до смерти, почему он меня не любит, – замолкает на пару секунд, – нет, он меня ненавидит, и если честно, я не знаю почему, – болезненные эмоции искажают её лицо, – а вот я действительно дура, – хмыкает.

Жду, когда продолжит говорить, но она молчит.

– Нельзя без причин ненавидеть человека, значит, ты что-то сделала своему отцу, за что и получила такое отношение, – говорю уверенно, по крайней мере я так считаю.

– С самого рождения? С первых дней моей жизни? Что могла сделать кроха взрослому мужчине, отцу? Если только то, что появилась на свет? – и смотрит с такой надеждой на ответ.

М-да, а вот здесь мне сказать нечего! Не думал я, что мужик возненавидел своего же ребёнка в день рождения! И что же послужило такому чувству?

– Так вы поможете?

– Посмотрим на твоё поведение. А теперь ешь, ужин из-за тебя остыл! Больше не заводи разговоров за столом, – отмахиваюсь и приступаю к ужину, но насладиться пищей не получается, в голове кружат слова этой бледной моли!

Неужели и правда всё так, как говорит?

Стой, Натан, не лезь в это, не надо оно тебе!

Алина появилась в отведённое ей время, криво усмехаюсь, Анна кого хочешь выдрессирует, жаль, я её в дом не позвал, когда здесь жила сестра нынешней гостьи! До всей хрени, что случилась со мной, Анна прислуживала в доме родителей, но как только меня выписали из больницы, отец сам привёз свою домработницу, возражать не стал.

Внимательно рассматриваю приближающею к столу Алину, впервые с той минуты, как узнал правду, старательно ищу различие между двумя сёстрами. Если не считать пробивающего через слой косметики синяка и припухлости, загнанного, что у зверя в ловушку взгляда, то его нет! Внешне нет! Внутри они разные, как часто бывает у близнецов, один сильный, другой слабый, в этой паре Алина слабое звено! Вся сила, хитрость, стервозность досталась Арине. Чёрт, как непривычно называть другим именем ту, что жила со мной достаточно долгое время!

Играла со мной, сука! Лживая тварь! Дай только до тебя добраться, душу вытрясу, заставлю пройти ад на земле.

Пока рассматриваю девушку, она доходит до стола, нерешительно присаживается, спина ровная, руки опущены под стол, взгляд прячет, на меня не смотрит. Хочется скривиться от такой, блядь, застенчивости и покорности! Не удивительно, как с такой могли поступать, как хотели!

Анна появляется с подносом, стреляет взглядом в девушку, едва заметно качает головой, не нравится ей наша гостья, она в первый день, увидев её, ощерилась, но даже когда ей объяснили, что она не та, за кого мы все её изначально приняли, не успокоилась.

«Они сёстры, одна дурная кровь, порождение одних людей, будь осторожен, Натан, да и я буду приглядывать, не нравится мне это всё!»

Эти слова Анна бросила, уходя после нашего с ней разговора. Говорить, чтобы она не переживала, не стал, один раз я уже ошибся, чуть жизни не лишился, хочет присматривать, пусть присматривает, мне даже легче. Она женщина, порой видит больше, чем мужчина.

Жаль, в доме родителей мы с … Ариной появлялись очень