Сойер - Джессика Питерсон Страница 2

что даю Джуни ту жизнь, которую она заслуживает — особенно после того, как получила работу своей мечты на престижном ранчо Уоллесов в качестве тренера. Уже на следующей неделе мы с Джун переезжаем в симпатичную квартирку в старом каретном сарае прямо на территории ранчо. Работа у меня начнётся сразу после переезда.

В аренду включено всё — она входит в мой компенсационный пакет. А ещё это наш с Джун первый глоток свободы после того, как мы слишком долго жили под гнётом моего бывшего. Он согласился на переезд, потому что ранчо Уоллесов находится относительно недалеко от того места, где мы раньше жили под Киллином.

Формально у нас с ним опека пополам. Но Дэн согласился брать Джун только через выходные, теперь, когда я переезжаю в Хартсвилл. Понятия не имею, изменится ли что-то, когда Джун зачислят в ту милую детсадовскую группу в Хартсвилле — это ближайший к ранчо городок. Хоть он и крошечный, на группу трёхлеток уже очередь, потому что мы подаём документы спустя пару месяцев после начала учебного года в конце августа.

У меня сжимается грудь. С Джуни всё в порядке — мама с папой предложили присмотреть за ней в эти выходные, чтобы я не нарушала договорённости с Дэном. И, честно говоря, мне давным-давно нужен был отдых. Но я всё равно скучаю по своей крошке.

Хотя, если по-честному, я очень рада, что уехала. Единственная моя обязанность на выходные — изредка пить воду между виски. Материнство научило меня тому, что можно одновременно любить быть рядом со своим ребёнком и обожать минуты без него.

— Тебе есть чем гордиться. У тебя всё получится, Ава. — Би подносит рюмку к губам. — За нас, девчонки.

Мы опрокидываем виски. Я закрываю глаза, наслаждаясь знакомым, чуть сладковатым жжением, когда проглатываю. Группа исполняет классический хит Гарта Брукса «Friends in Low Places», и я начинаю постукивать каблуками в такт.

Открыв глаза, я хватаю ледяное пиво, делаю хороший глоток и продолжаю улыбаться.

Я здесь.

Я жива.

Я прошла через ад и теперь могу отпраздновать это в своей версии рая.

— Не знаю, как вы, — говорит Би, прихлёбывая свой Shiner Bock (*Shiner Bock — это популярное тёмное пиво американского производства, варится с 1913 года на пивоварне Spoetzl Brewery в городе Шайнер, штат Техас.), — но по-моему, у вокалиста группы миленькая мордашка.

Дотти оглядывается через плечо.

— Может, подойдём поближе?

— Я с радостью буду вашей напарницей. — улыбаюсь я.

Она смотрит на меня, и в её взгляде читается сплошное осуждение.

— И где, чёрт побери, твоё «главное героиня» настроение?

— Главная героиня — Джун, — пожимаю плечами.

Би тут же кидает в меня тот же взгляд — поднятая бровь, сжатые губы.

— Ты вообще читала когда-нибудь романы? Главных героев может быть несколько.

— Меня это устраивает. Пока один из них…

— Не мужчина. Ясно, — заканчивает за меня Дотти, бросая взгляд на танцпол. — Как там говорила Шер? Что-то вроде: «Да, мужчины не обязательны, но с ними веселее».

— Я пришла повеселиться с вами.

И я это говорю от всей души. В конце моего брака веселье было в страшном дефиците. Дэн никогда бы не одобрил, если бы я вышла в субботу вечером потанцевать с подругами. А уж про целые выходные и говорить нечего.

Какая же я была дура, думая, что это и есть моё «долго и счастливо» — когда я стараюсь изо всех сил, а он даже не пытается сделать что-то в ответ.

Если я и вынесла что-то из роли жены, так это то, что обязательства всегда заканчиваются разочарованием. Мужчины не тянут свою часть нагрузки, а любовь к ним превращает тебя в вечную заложницу — бесконечной уборки, ухода за детьми и одиночества.

Мужчинам просто плевать.

Разочарование приходит по капле. Смерть от тысячи бумажных порезов. Мы с Дэном были без ума друг от друга, когда поженились — даже несмотря на то, что он не особо одобрял мою свободолюбивую натуру Рыбы. Каждый вечер я спрашивала его, как прошёл день. И не просто спрашивала — мне действительно было важно, что он ответит. В начале отношений он тоже интересовался, как я, что думаю, что чувствую. Но время от времени он начал приходить домой и не говорить мне ни слова.

Потом он и вовсе перестал спрашивать меня о моём дне, мыслях, чувствах. Говорил, что я ненормальная, раз рассчитываю на такую степень близости. А ещё безумнее — просить его прибраться в доме или приготовить ужин. Разве я не понимала, что у него важная, серьёзная и стрессовая работа в фармацевтических продажах? Подразумевая, конечно, что раз он зарабатывает больше меня, то не обязан разговаривать со мной или помогать по дому. Это ведь моя обязанность.

Как и забота о ребёнке. И этот перекос, вкупе с постоянным давлением, которое он оказывал на меня, чтобы я «успокоилась» и стала менее весёлой и спонтанной, в итоге и привели к тому, что я подала на развод. Пока мы были вдвоём, я ещё могла тянуть всё — уборку, готовку, составление расписаний. Но когда появился новорождённый — всё. Меня накрыло.

Я была на пределе.

С тех пор я одна. Готова ли я к свиданиям? Вполне. Влюбиться? Не исключаю. Но вот снова жить с мужчиной я не хочу никогда. И замуж — тоже никогда.

Би пожимает плечами.

— Раз ты говоришь, что хочешь веселья, пошли веселиться. Я первая на вокалиста!

— А я — на барабанщика, — отвечает Дотти, просовывая руку в мою. — Посмотрим, кто победит в гладиаторском поединке глазами.

Смеясь, я позволяю сестре утащить меня на танцпол. Уже поздно — по крайней мере, по моим меркам, ведь я ложусь спать сразу после того, как Джун засыпает в половине восьмого — и в баре уже полно народу.

Но Дотти есть Дотти: она ловко протискивается сквозь толпу и находит нам местечко прямо перед сценой. Музыка здесь такая громкая, что кроме самой песни и грохота сапог по потёртому деревянному полу я больше ничего не слышу.

Виски ударяет в кровь, и я вскидываю руки, когда группа заводит бодрую версию старой песни Тима Макгроу. Мы с сёстрами танцуем, двигаясь вместе с толпой и надрываясь на всю глотку сначала под Тима, потом под кавер на Аланa Джексона, затем — Шанайю Твейн и несколько песен Джорджа Стрэйта.

Когда заканчивается переделанная версия «It Just Comes Natural», Би складывает ладони рупором и орёт в сторону группы:

— Я не знаю, кто вы, ребята, но я вас люблю!

Вокалист