Между нами всегда будет она - Юлия Бонд Страница 2

Он опускает голову и проводит рукой по волосам. Видно, что ему тяжело. Но мне от этого не легче.

— Я не хочу терять тебя, Валя, — говорит он наконец. Его голос звучит искренне, но я уже не уверена, могу ли верить ему.

— Тогда докажи это, — произношу я после паузы. — Докажи, что я для тебя важнее всего остального.

Он смотрит на меня долгим взглядом. В его глазах читается боль, замешательство и… страх? Да, страх потерять меня.

— Хорошо, — говорит он тихо. — Я сделаю всё, чтобы доказать тебе это.

Но почему-то вместо облегчения я чувствую только ещё большую тяжесть на душе. Потому что знаю: слова — это одно. А поступки — совсем другое.

Глава 2

Валя

Я ложусь на кровать, отворачиваясь к стене. Тяжёлое одеяло давит на плечи, но ещё сильнее давит груз мыслей.

Ваня молча устраивается на другой стороне кровати, максимально далеко от меня. Мы лежим, словно чужие, разделённые невидимой пропастью. Даже дышим как-то по-разному. Его дыхание ровное, спокойное, а моё — сбивчивое, будто я только что пробежала марафон.

Закрываю глаза, но сон не идёт. В голове крутятся воспоминания, одно за другим. Я вспоминаю, как он впервые привёл меня к своей семье. Это было летом, солнечным и жарким. Мы приехали к его маме и отчиму. Будущие свёкры встретили нас с улыбкой, такой тёплой и доброй, что я сразу почувствовала себя желанной гостьей.

А потом появилась она — Алевтина. Высокая, стройная, с белокурыми волосами и глазами цвета летнего неба. Она подошла к Ване и обняла его так крепко, как будто не видела его годами, хотя он потом сказал, что они встречаются почти каждую неделю. Я тогда подумала, что это просто близкие отношения между братом и сестрой. Сводным братом и сестрой. Но что-то в её взгляде на него заставило меня почувствовать лёгкое беспокойство. Не ревность — нет. Скорее, странное ощущение, будто я лишняя в этой картине.

Я помню, как мы сидели за большим деревянным столом в саду. Ваня рассказывал какие-то шутки, все смеялись, а я ловила на себе её взгляд. Этот взгляд был изучающим, оценивающим. Она будто пыталась понять, кто я и зачем появилась в жизни её брата. Тогда я списала это на обычное любопытство. Теперь же понимаю — это был вызов.

Переворачиваюсь на другой бок, стараясь найти удобное положение. Но удобство сейчас — это последнее, что возможно. Одеяло кажется слишком тяжёлым, подушка слишком жёсткой, а тишина комнаты слишком громкой.

Ваня чуть двигается рядом, но молчит. Наверное, он тоже не спит. Или делает вид, что спит, чтобы избежать разговора. Его спина обращена ко мне, и от этого становится ещё больнее. Когда-то он всегда обнимал меня перед сном, шептал что-то нежное на ухо. А теперь между нами холод.

Я снова закрываю глаза и возвращаюсь к воспоминаниям. В тот первый вечер у его семьи Ваня старался быть внимательным ко мне: наливал чай, подкладывал еду на тарелку, рассказывал всем о том, какая я замечательная. Но каждый раз, когда Алевтина вставляла своё слово или смеялась над его шутками, он начинал светиться изнутри. Это было почти незаметно, но я всё же почувствовала это.

Тогда я впервые ощутила укол сомнений. Но я прогнала эти мысли прочь. Я любила Ваню и была уверена, что он любит меня.

Сейчас же эти сомнения разрослись до размеров огромного чудовища, которое не даёт мне покоя. Я открываю глаза и смотрю в темноту комнаты. Хочется повернуться к нему и спросить: «Почему всё так? Почему ты не можешь выбрать?» Но я молчу. Потому что боюсь услышать ответ.

Время тянется мучительно долго. Часы на тумбочке показывают три ночи. Я всё ещё не сплю. Ваня лежит неподвижно, его дыхание ровное — кажется, он всё-таки уснул. А я продолжаю ворочаться с боку на бок, пытаясь найти хоть каплю покоя.

Но покоя нет. Только пустота и боль внутри меня.

И нет, чтобы попытаться расслабиться и всё-таки уснуть, я иду в кухню.

Не включая свет, устраиваюсь с ноутбуком. В соцсети нахожу страничку Алевтины. Листаю фотки.

А она красивая. Правда. Не зря занимается теннисом столько лет. Аля — профессиональная теннисистка. Фигуристая дама. С длинными ногами от ушей. Блондинка. Всё, как любят мужики.

Хоть мне и больно до чёртиков, однако я продолжаю смотреть фотки Али. Ну должен же быть хоть какой-то намёк на мужика.

Спустя минуту я всё-таки натыкаюсь на одну фотку, где женские пальцы сжимает мужская ладонь. Как параноик, я приближаю фотку, рассматриваю ладонь.

И качаю головой… Ну всё! Хватит! Сколько можно изводить себя этой дурацкой ревностью? Нужно доверять своему мужу либо разводиться!

«Серьёзно? Ты действительно готова с ним развестись?» — насмехается внутренний голос.

Чёрт… Не готова, конечно. Я же люблю Ванечку с первой встречи, с самого первого взгляда. Да и как было не полюбить эти глаза лазурно-голубого цвета? Я в те глаза как посмотрела, так сразу утонула. И поняла, что пропала!

Глава 3

Аля

Откинувшись на спинку дивана, я вытираю губы салфеткой.

— Так, а что думаешь делать дальше, Аль? Будешь искать нового тренера или всё-таки вернёшься к Дёмину? — спрашивает подруга.

— Не знаю, Ксюха. Я пока ещё не приняла решение.

— И чего вы с Дёминым не поделили? Вы же столько лет вместе.

Вздыхаю. Отвечать, что именно мы не поделили с Дёминым, — точно не собираюсь. Но оставить вопрос лучшей подруги (читай «сестры») без ответа — тоже не могу.

— Не сошлись характерами, если можно так сказать, — в конечном счёте говорю я.

— Ну да… Звучит как причина для развода.

Мобильный оживает знакомым рингтоном.

— Минутку, — говорю подруге, чтобы принять вызов.

Взяв телефон, встаю с дивана. Показываю Ксюхе, что выйду на улицу поговорить по мобильному.

— Привет, Аль. Не отвлекаю? — спрашивает никто иной, как сводный братец.

— Привет, Ванечка, — дразню его слащавым голосом. — Тебя можно поздравить с холостяцкой жизнью?

— Что? — не понимает Ваня.

— Валя вчера звонила, пока ты спал. Я подняла трубку, а она сказала, что разведётся с тобой, если ты не придёшь домой ночевать.

Повисает короткая пауза. Похоже, Ванечке, как всегда, стыдно за выходки своей жены.

— Что она ещё сказала?

— Уверен, что хочешь это слышать?

— Говори… Хотя нет. Аль, давай лучше встретимся и поговорим при встрече, — просит братец.

— Не думаю, что это хорошая идея. Если твоя Валя узнает, что мы виделись…

Договорить