Свёкр с Кавказа. Десять уроков любви - Алекс Стар Страница 19

Что со мной сделают…

Потому что единственный человек, ради которого я была готова жить, погиб…

Убит сыном самой настоящей шлюхи…

— Я тебе покажу, кто здесь настоящая шлюха, — одним резким движением срывает Рустэм с меня всю одежду.

Хватает меня за груди, до дикой боли тискает их, оставляя на моей коже кровавые отпечатки… Отпечатки крови моего любимого мужчины…

Слёзы текут у меня из глаз, но не от боли, а потому что теперь я совсем одна на этом свете.

Как он мог так довериться этому выблядку? Он ведь наверняка догадывался, что он не его сын, но всё-таки решил его оставить себе… Решил, что та, кого он когда-то любил, и так наказана… Усыновил его, принял как родного…

— На колени! — рычит на меня Рустэм, бросая меня на пол, всё его лицо перекошено от бешенства и дикой неуправляемой похоти, с которой он никогда не умел справляться.

Сын своей матери.

Жёсткие грубые руки наматывают мои волосы на кулак, и вот уже его напряжённый член упирается в мои плотно сомкнутые губы.

— Соси! — орёт Рустэм, но я лишь ещё сильнее сжимаю свой рот. — Ты не поняла, тварь, что со мной бесполезно играть в эти игры, — усмехается мой муж и подносит к моему лицу острый кинжал: — Либо ты открываешь рот, либо я тебе помогу его открыть, отрежу тебе губы, ясно? — приставляет он острое лезвие к уголку моего рта, и я подчиняюсь…

Грубый член начинает яростно долбить меня в ротик, пока я задыхаюсь, захлёбываюсь в слюне и его сперме…

Чувствую на губах солёный вкус крови…

Крови своего любимого…

Рустэм кончает мне в рот, ослабляет хватку, и меня выворачивает прямо на него, на его пах, на его ноги…

— Ах ты тварь… Что, у Умара хер был слаще?! — рычит мой муж, отшвыривая меня ногой в сторону.

И я вспоминаю, что у меня припрятан нож…

Я убью его. Сейчас или никогда.

Я незаметно тянусь рукой к кровати, под матрасом которой я спрятала своё оружие и осторожно нащупываю его.

В голове стучит кровь. Все глаза заволокло алой пеленой.

— Готовься, я не закончил, — слышу я рычание своего мужа, когда бросаюсь на него, целясь прямо в горло.

Туда, где пульсирует тонкая синяя жилка…

Лезвие сверкает тонкой серебряной молнией в моей ладони, я замахиваюсь, и тут острая боль пронзает всё моё тело.

— Думала убить меня, тварь? — и нож выпадает из моей выкрученной безжизненной руки. — Горячая сука. Ну раз та так этого хочешь, то готовься, — выплёвывает мне в лицо Рустэм, отшвыривая меня на кровать, и теперь я понимаю, что это конец…

Конец для меня…

22

Илона

Меня везут куда-то на машине, я не знаю, куда. Мне уже плевать, останусь я жива, или сейчас меня изнасилует целая бригада и оставит умирать где-нибудь в заброшке.

Я словно вся онемела, ничего не чувствую. Из меня высосали всю жизнь, и теперь я — всего лишь пустая оболочка. Тень той женщины, которой я была когда-то.

Заводят в какой-то дом за высоким забором, ведут по длинной лестнице в какую-то комнату и ненадолго оставляют одну.

Оглядываюсь по сторонам: по углам стоят вешалки с ворохом тряпья, вспоминаю, что Рустэм привёз меня в том же, в чём я и ходила по дому — в своём шёлковом халате.

И единственная мысль, которая долбит сейчас меня: как я могла не справиться, промахнуться? Тогда бы мой муж был сейчас мёртв, так же, как и его отец…

Но вот в комнату входит Рустэм с какой-то мерзкой размалёванной тёткой:

— Бэлла, помоги нашей девочке нарядиться, да покрасивее, — растягивает он свои губы в хищном оскале шакала.

— Что, ты решил не отдавать меня своим ребятам? — кричу я на него. — Хочешь ещё со мной повеселиться?!

— Я подумал, что это будет слишком легко для тебя. Будет тебе небольшой сюрприз. Сегодня мы должны отлично провести время, — кидает он мне, захлопывая за собой дверь, и мерзкая старуха тянет ко мне свои руки.

— Не тронь меня. Я сама, — шиплю я на неё, и то ли она действительно меня боится, то ли я сейчас выгляжу как человек, способный на всё что угодно, но она отступает.

— Тогда надень вот это, — кидает она мне на кресло ворох одежды. — Если, конечно, не хочешь оказаться совсем голой, — хихикает мерзкая ведьма.

Беру тряпки, которая она дала мне: да это какой-то шлюховатый корсет, пояс для чулок, всё во вкусе моего извращенца-мужа. И всё-таки, что он решил сделать со мной?

Сейчас, когда боль от потери Умара начинает хоть немного возвращаться, и кровавая пелена ненависти, застившая мой разум последние часы, спадает, мне становится по-настоящему страшно.

Потому что я знаю, на что способен мой муженёк. Точнее, я не знаю всего до конца, и сегодня он явно решил мне это продемонстрировать в полной мере.

Натягиваю на себя крошечный корсет, в котором я выгляжу как самая настоящая шлюха. Смотрюсь в зеркало: лицо бледное, с кругами под глазами. Я не собираюсь краситься, это больше не игра. И тут догадка пронзает мой мозг:

— Скажи, это бордель? — спрашиваю я страху, и та растягивает свой гнилой рот в мерзкой улыбке:

— Почти. Даже лучше. Это новый бизнес Рустэма. Сегодня первый день. Что-то новенькое и очень пикантное, — заходится она глухим утробным смехом, и мне хочется выцарапать ей глаза. — Впрочем, сейчас всё узнаешь, недолго осталось, — подмигивает она мне, и я вся холодею внутри. — Готова? Тогда можем идти, — распахивает она передо мной дверь, и я выхожу в обитый алым бархатом коридор.

Спускаюсь по крутой лестнице и попадаю в просторный зал с небольшой сценой в центре.

— Иди, — подталкивает меня к ступенькам старуха, и я понимаю, что я должна подняться на неё.

— Я не пойду, — начинаю было я, но чьи-то сильные мужские руки вдруг выхватывают меня и выводят прямо в круг света, к шесту, как к какому-то позорному столбу, лязгает замок, и меня приковывают к нему наручниками.

Поднимаю глаза, и вижу, что комната набита мужчинами.

Все они сидят за столиками, в дорогих костюмах, напряжённо наблюдают за всем происходящим на сцене, и я вдруг слышу в динамиках голос.

Голос моего мужа.

— Добрый вечер, господа. Представляю вам мой первый лот. Прекрасная девушка Илона, с которой вы сможете делать всё, что только захотите. Когда