Нелюбимые - Юлия Бонд Страница 18

— Привет, я тебя не отвлекаю?

— Я за рулём.

— Тогда я перезвоню?

— Не стоит. Ты на громкой связи, всё нормально.

— Я ужин приготовила, звоню узнать: ждать тебя или нет.

— Жди, Кать. Я уже еду домой. Как там Маша?

— Как обычно, — вздыхает Катя. — Закрылась в своей спальне. От ужина отказалась.

— Ясно, — цежу через зубы. — Я поговорю с дочерью, когда приеду домой.

— Егор, не сердись на меня, но я должна у тебя спросить. Где мать твоей дочери и почему она не принимает участия в воспитании ребёнка? Ты же видишь, какой Маша — сложный ребёнок. Возможно, с родной матерью она бы быстрее нашла общий язык.

— Если тебе надоела моя дочь, то я найму няню. Не проблема.

— Ты не понял меня, Егор. Дело не во мне, а в Маше. Я о девочке беспокоюсь, о её будущем. Маша ненавидит меня, тебя она тоже не любит. С родной матерью Маше было бы лучше. Я это имела в виду.

— Ты права, Кать. Это не твоё дело. Маша будет жить с нами. На этом тема закрыта.

* * *

Юля

Последние дни Тагир постоянно задерживается на работе. Возвращается домой, когда я уже сплю. Больше муж ко мне не пристаёт, оттого и дышать легче. Особенно легко стало после разговора с Егором. Моя дочь жива! Теперь я в этом уверена на все сто процентов. У меня будто крылья выросли за спиной, появился ещё один стимул быть сильной.

Положив ладонь на живот, чувствую шевеления ребёнка. С каждым днём сынок толкается всё больнее, а по ночам вообще буянит, спать не даёт. Но это всё мелочи жизни на самом деле.

Я наслаждаюсь беременностью, ценю каждый прожитый миг. И мечтаю, что однажды все мои дети будут рядом со мной, мы будем жить одной большой семьёй: Егор, Маша, Аня, сыночек и я. Да, так и будет. Ведь Егор просил верить ему, верить в силу нашей любви. И я верю, несмотря ни на что!

— Юлия Тимуровна, позвольте вас познакомить с Ариной, — голос управляющего вырывает меня из сладких грёз. — Арина будет вашей личной помощницей.

Смотрю на девушку. Молодая, красивая, с длинными ногами едва не от ушей. Если бы на девушке не была форма горничной, я бы подумала, что она модель. Потому что внешность у новой «помощницы» яркая: смуглая брюнетка, с большими губами и аккуратным маленьким носом.

— А что случилось с Еленой? — интересуюсь у управляющего, ощущая какой-то подвох. Елена работала моей помощницей больше трёх лет. Добрейшей души человек, мы с ней ладили.

— Елена пока не сможет работать по состоянию здоровья. Она лежит в больнице. Сломала шейку бедра.

— Какой ужас. Евгений Николаевич, позаботьтесь, чтобы у Елены были самые лучшие условия пребывания в больнице. Оплатите её лечение. И выплатите зарплату за все месяцы, пока она будет находиться на больничном.

— Юлия Тимуровна, травма бытовая. Елена получила её в нерабочее время, — смеет возражать управляющий, за что получает в награду мой осуждающий взгляд.

— Вы смеете мне перечить? — строго цежу через зубы.

— Простите за дерзость. Всё выполню, как вы сказали, — покорно опустив голову, управляющий боится смотреть мне в глаза. Так-то лучше!

— Арина, я хочу ознакомиться с вашим резюме и посмотреть рекомендации от предыдущих работодателей, — обращаюсь к девушке, затем переключаюсь на управляющего: — Евгений Николаевич, Арина должна пройти испытательный срок две недели. Если мне что-то не понравится, вы уволите девушку.

Управляющий становится красным как помидор. Но перечить не осмеливается.

— Хорошо, Юлия Тимуровна. Я принесу вам резюме и рекомендации с предыдущих мест работы Арины.

— Можете идти, — командую я и когда остаюсь в гостиной одна, задумываюсь над ситуацией.

Новая помощница вызывает у меня сомнения. Особенно после того, как я отказалась заключать сделку с Яной. Потому что Егор рассказал мне правду. Я узнала, кто моя родная дочь и убедилась, что она находится в безопасности. Поэтому необходимость сотрудничать с младшей сестрой отпала сама собой.

Если Арина всё-таки окажется человеком Яны, то в нашей игре появится ещё один игрок. И для Батурина возникнут новые риски. С одной стороны, мне выгодна месть младшей сестры. Но с другой — Яна слишком слабый игрок, только зубы обломает и, возможно, лишится жизни. Тагир не станет с ней церемониться — уверена. У Батурина прогнившая душа, а вместо сердца чёрная дыра. Он дьявол в человеческом обличии!

Телефонный звонок заставляет меня отвлечься от раздумий. Я принимаю вызов, ткнув пальцем на зелёную трубку на дисплее мобильного.

— Привет, любимая подруга, — здороваюсь с Ритой, ещё не зная, что подруга звонит с хорошими новостями.

— Привет, Юль. Нужно увидеться. На набережной через час. Сможешь?

Бросаю взгляд на циферблат наручных часов. Если выеду из дома через пятнадцать минут, то успею!

— Конечно.

— Я буду ждать тебя на причале.

— Хочешь покататься на яхте?

— Хочу! Ты будешь приятно удивлена, подруга. Рекомендую запастись носовыми платочками, — говорит подруга и моё сердце сжимается в груди. Потому что я чувствую, что скоро увижу дочь. Егор всё-таки нашёл способ организовать нам встречу!

* * *

Завершив разговор с Ритой, я с максимально высокой скоростью, на которую только способна на восьмом месяце беременности, двигаюсь в свою комнату. Переодеваюсь в свободное платье, расчёсываю волосы и собираю их на затылке в высокий хвост. Смотрю на себя в зеркальном отражении и вздыхаю. Макияж мне уже не поможет: от привычных острых скул не осталось и следа, нос и губы распухли, а на лице появились пигментные пятна. Не красавица, да.

Перед самым выходом заглядываю в спальню дочки. Аня сидит за письменным столом, вместе с учителем читает букварь. Улыбаюсь, глядя на малышку. И представляю, как в будущем они с Машей станут подружками. Мне очень хочется, чтобы девочки нашли друг с другом общий язык, потому что я буду их любить одинаково и так сильно, как только смогу.

— Мамочка! — восклицает Анюта, заметив меня в дверном проёме.

Вскочив со стула, дочка спешит мне навстречу. А я разжимаю объятия и через несколько секунд прижимаю девочку к себе.

— Как успехи, Анечка?

— Изучаем букву «Ж», — делится со мной малышка и тут же тянет за руку: — Идём, покажу.

Я подхожу к письменному столу и любуюсь прописями. Хвалю малышку, говорю, что она у меня умница, очень старательная девочка.

— Не хочешь погулять с мамой? — спрашиваю у дочки, а затем перевожу взгляд на учителя и прошу у него прощение за то, что срываю учебный процесс.

— Ничего страшного, Юлия Тимуровна, — улыбается