Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену - Анна Гур Страница 17

— Пошли, внученька, — выговаривает Демьян Борисович, глядя в глаза Игоря, как хищник, давящий и разграничивающий территорию.

Игорь слегка приподнимает подбородок, явно демонстрируя, что не собирается идти на попятную.

— То есть ты считаешь, что я ее так легко отпущу?! — выгибает бровь. Ни один тон в его голосе не меняется. Не становится тяжелым, но ощущение, что меня прямо сейчас пригнули к земле.

— Не делай глупостей, Ветров. Вспомни, что мы в людном месте, и здесь дочка Агнии, — отвечает дедушка с нажимом.

После этих слов мой бывший муж переводит взгляд на нашу доченьку. Иришка такая забавная, словно чувствует взгляд, оборачивается и машет ручкой.

Мое сердце сжимается от одного взгляда на дочку, а когда я вновь смотрю на Игоря, сердце пропускает удар, потому что бывший муж сейчас на меня смотрит, и кажется, что он во мне сейчас дыру пробуравит!

— Дочка Агнии… — повторяет так, что у меня мороз по коже бежит.

Не стоит обманываться, хоть дедушка и вступился за меня, хоть он сейчас и готов ввязаться в схватку с самым настоящим львом, но… решение принимает здесь Ветров.

— Ты напугаешь ребенка, Игорь. Хватит! Прекрати это все и дай нам уйти! — проговариваю уверенно, глаз не отвожу, хотя мне физически сложно выдерживать прищуренный взгляд мужчины, который сейчас явно в ярости.

— Решение твое. Ветер. Хочешь воевать — воюй со мной, а не с женщиной и ребенком… — бросает фразу, будто гранату, дедушка, а я замечаю, как Ветров сжимает челюсти. Мой бывший не двигается. Смотрит на меня, на деда, сжимает кулаки, а я слышу окрик дочки:

— Мамотька! Смотли! Какой класивый цветик…

Киваю своей малышке, улыбаюсь ободряюще, а затем сталкиваюсь взглядом с Игорем. Стою насмерть, не чувствуя ни рук, ни ног. Только сердце колотится так, что, кажется, оно сейчас вырвется наружу.

— Хорошо, Князь. Считай, я прямо сейчас принял твой вызов.

Спокойный голос Игоря буквально прорезает пространство, действует на меня подобно раскату грома.

— Нет… Боже… нет… — шепчу, перевожу взгляд с одного мужчины на другого! У меня сердце останавливается в груди и реснички промокают, но я не даю себе заплакать! Не даю!

— Вы что?! Успокойтесь! Прекратите! Вы же цивилизованные люди, разве нет?!

Реагирует на мою фразу, резко поворачивает голову, прекращает буравить ледяными глазами дедушку и смотрит на меня, в уголках губ змеится улыбка, опасная, предупреждающая.

— Игорь… нет… пожалуйста…

Неужели я подумала, что с моим бывшим мужем может быть легко?! Неужели я могла надеяться, что этот опасный хищник просто так оставит свою жертву?!

— Нет?! — выгибает бровь и при этом смотрит на меня так хищно, что меня жаром обдает, потому что это самое «нет» звучит будто в иной плоскости, словно мы с Игорем наедине и никого нет, а я… я отказываюсь от совсем другого!

Как можно одним взглядом в пекло опустить, затем обдать льдом?!

Не знаю, но Ветров по этому искусству мастер-классы давать может!

Мне кажется, что сейчас Игорь еще что-то скажет, обвинит, и… заори он хоть, было бы легче, он бы показал эмоции, стало бы не так страшно!

Но сейчас этот мужчина просто стоит и буравит меня таким взглядом, словно хочет мне черепушку раскрошить, заглянуть внутрь и понять, о чем именно я сейчас думаю.

— Нет, Игорь… На все твои вопросы мой ответ — нет… — выговариваю хрипло, словно невидимой рукой кто-то меня за шею схватил.

Кулаки сжимаю, как если бы сейчас могла драться. Вновь яркие глаза скользят по моему лицу, губам, будто ощупывают, соскальзывают вниз на грудь, которая сейчас из-за напряжения вздымается.

Ветров меня осматривает, как свою собственность, мужской взгляд, тягучий, горячий и злой одновременно, заставляет меня собраться со всеми силами, чтобы не отшатнуться.

Я жду еще какой-нибудь колкой реплики, но бывший муж лишь сжимает губы.

Больше Игорь ничего не отвечает. Он просто переводит взгляд с меня на нашу дочку, которая с интересом занимается изучением какого-то цветка, и взгляд Ветрова такой долгий, тягучий…

Мое сердце замирает. Я ожидаю, что сейчас Ветров наплюет на то, что мы застыли перед университетом белым днем, что здесь полно студентов, преподавателей, да даже журналистов!

А еще здесь наша дочка, и ее могут очень сильно испугать разборки, которые может учинить олигарх…

Сердце бьется через раз в страхе, что прямо сейчас Игорь покажет всю свою суть, проявит агрессию. Потому что ему всегда было плевать на всех, кроме своего величества!

Я жду подвоха, жду неожиданного удара, но Ветров лишь кивает каким-то своим мыслям, резко разворачивается и идет в другую сторону, чеканя шаг, а я… я смотрю на широченную спину мужчины, обтянутую пиджаком, будто доспехами и… медленно выдыхаю.

— Ушел… Господи… он оставил нас в покое… — выдыхаю хрипло, меня всю начинает потряхивать из-за пережитого стресса, кажется, что одежда даже к спине прилипла!

Дедушка тихо вздыхает и говорит, не глядя на меня:

— Вот и встретились, Агния. Нам пора… пошли, внученька…

Я перевожу взгляд на задумчивого Демьяна Борисовича, который смотрит на меня с теплой улыбкой, и я не могу понять, что именно отражается в его сероватых глазах.

Там какая-то тайна, а еще… мне кажется, что хитринка блестит, которую я не понимаю сейчас, я вообще в собственных чувствах разобраться не могу, не то что окружающих!

Шок откатывает, и я не нахожу ничего лучше, чем спросить дедушку:

— Ты правда Князь теневого мира, или как там?!

Демьян Борисович не отвечает, в этот самый момент Иришка с веселым криком подлетает к нам и запрыгивает мне на руки, ловлю дочку, которая уже достаточно тяжелая, и прижимаю к груди.

— Мамотька… там цветочек…

Тыкает пальчиком, а момент откровения с моим дедушкой пропадает. Демьян Борисович, окидывает нас внимательным взглядом и проговаривает с улыбкой:

— Пошли в машину, повезу вас домой…

Киваю, спускаю дочку с рук, и она быстренько берет дедушку за руку. Ирочка просто обожает своего деда, разумеется, каждый ребенок любит своих близких, но у них какая-то особая связь с самого детства.

Я, когда родила малышку, помню, как дедушка пришел в палату с шариками, а я… я себя чувствовала в тот момент такой счастливой и такой несчастной одновременно, потому что… это сложно: убегать и жить под чужой личиной… а еще обидно, потому что… хочется, чтобы отец твоей дочки был не бесчувственным киборгом, которому ты никогда не была нужна, а заботливым мужем и отцом…

— Какая красавица… — проговорил дедушка, глядя на маленький сверток в моих руках, а затем улыбнулся тепло, ободрительно, давая мне ту самую поддержку, в которой