Сегодня ты моя - Виктория Рогозина Страница 17

class="p1">Как они познакомились. Он подошёл уверенно, чуть смущённо улыбаясь, предложил кофе. Как будто всё было выверено — каждое слово, каждый жест. Он красиво ухаживал: цветы, прогулки, обязательные «как ты себя чувствуешь?» и «ты сегодня устала?». Не давил, не торопил. Был... правильным. Надёжным.

Она не любила его. Просто не верила в любовь. Но уважала. Ей казалось — он из тех мужчин, с кем можно спокойно прожить жизнь, не боясь предательства. Союз без лишних бурь, без истерик. Без страсти — зато с доверием и опорой. Она согласилась выйти за него, потому что он казался тем, кому можно довериться. И теперь…

Ольга резко выдохнула и отбросила смартфон на стол. Экран погас.

— Хорошо, — прошептала она, будто кому-то отвечая. — Просто отлично.

Что дальше?

Она не знала. Мысли путались. Сойти на берег в ближайшем порту? Вернуться домой? Но смысла в этом было всё меньше. Дом — уже не дом. Степан — не тот, за кого она его принимала. А вокруг… слишком пристальный контроль. Каждый шаг, каждый взгляд, каждая дверь под наблюдением.

Ольга провела ладонью по лицу и опустила руки. Вновь открыла глаза. В комнате было тихо. Слишком тихо.

Она сидела неподвижно, но внутри уже зреющие мысли шевелились, как ветер перед бурей. Сбежать все ещё можно. Просто нужно время.

В дверь негромко постучали. Звук прозвучал в тишине особенно отчетливо, почти раздражающе. Ольга повернула голову, но не сразу ответила. Лишь спустя пару секунд, собравшись, тихо произнесла:

— Войдите.

Дверь плавно открылась. На пороге появился Тимур Андреевич — высокий, собранный, словно вырезанный из тени. Черный строгий костюм сидел безупречно, ни одной складки, ни одной лишней детали. В руке — стаканчик кофе, от которого уже не поднимался тонкий пар. Он сделал пару шагов внутрь, позволив себе лишь намек на улыбку.

— Как самочувствие? — спросил он, голосом спокойным, чуть насмешливым.

— В порядке, — устало ответила Ольга, не меняя позы. Она даже не попыталась сделать вид, что бодра.

Тимур медленно прошёлся по комнате — широкий просторный зал с панорамными окнами, боковым освещением, тяжелыми шторами. Он двигался, как человек, который привык находиться в подобной роскоши. Остановился возле окна, кивнул, будто сам себе, и сказал:

— Знаете… меня искренне восхищает ваше самообладание.

Он повернул голову, задержал взгляд на ней.

— Откуда у вас это? — прозвучало почти мягко, но в глубине слышался холодный интерес, как у человека, изучающего редкий экспонат.

Ольга медленно приподняла бровь.

— А к чему опять расспросы? — иронично спросила, опираясь локтем на подлокотник кресла.

Тимур чуть улыбнулся, словно ожидал этого.

— Ладно, не буду давить. На самом деле я пришёл не за ответами. — Он сделал ещё пару шагов. — Я подумал… почему бы нам не провести время вместе? Например, поужинать в ресторане. Здесь, наверху, отличный зал, кухня — выше всяких похвал. Ну вам ли не знать.

Ольга прищурилась, выпрямилась чуть больше.

— Как вам удаётся вот так… вмешиваться в чужую жизнь? — медленно произнесла она. — Меня сегодня утром только приняли на работу. А к вечеру… уже уволили. По вашему приказу, полагаю?

Тимур остановился, обернувшись к ней через плечо. В его глазах промелькнуло что-то похожее на насмешку.

— Возможно… потому что я — владелец, — сказал он почти лениво.

Ольга тихо, хрипло рассмеялась. Смех был коротким, без радости.

— Я должна была догадаться, — произнесла она и, резко посерьёзнев, добавила холодным тоном: — Так чего вы хотите? Ждёте благодарности?

Он едва заметно усмехнулся, наклонив голову.

— Благодарность — слишком скучно, — ответил он, не отводя взгляда.

И между ними повисла пауза — натянутая, как струна.

Глава 17

Ольга неспешно поднялась с кресла — плавно, без резких движений, будто давая себе время окончательно все взвесить. Подошла ближе, остановившись всего в нескольких шагах от него. Ее подбородок был чуть приподнят, плечи расправлены, голос прозвучал низко, твёрдо и спокойно:

— Я вас не боюсь.

— Я и не пытался вас напугать, — мягко, почти весело ответил Тимур, уголки губ тронула лёгкая улыбка.

Он смотрел на нее внимательно, не отводя взгляда. Вчерашняя уставшая девушка с потухшими глазами будто исчезла. Сейчас в ее светло-карих глазах бушевало что-то горячее, опасное — сдержанная ярость, гордость, огонь. И в этом огне, в этой внутренней силе, она была удивительно красива. Настолько, что он невольно задержал дыхание.

Его взгляд, как бы между делом, скользнул в сторону — туда, где аккуратно на кресле лежала новая одежда, купленная специально для нее. Черно-белая рубашка, брюки, тонкий свитер, несколько платьев — простое, но качественное.

— Всё ещё не хотите переодеться? — негромко спросил Тимур. — Это ни к чему вас не обязывает. Просто… вам будет удобнее. И теплее.

Ольга не посмотрела на одежду. Ее взгляд впился в него, спокойный внешне, но внутри — настороженный.

— А что меня обязывает? — тихо, но отчетливо спросила она. — И к чему именно?

Вопрос завис в воздухе. Не резкий, не агрессивный — но слишком точный. Слишком честный. И, возможно, именно поэтому — опасный.

Тимур тихо рассмеялся — не зло, не громко, но с оттенком искреннего удивления и какого-то тёплого интереса.

— Вы слишком перешли в оборону, — спокойно сказал он. — Но я понимаю. Последние полгода вам дались нелегко.

Он неторопливо опустился в кресло, закинул ногу на ногу, устроился так, будто был у себя дома — расслабленно, уверенно. Поднял взгляд на нее снизу вверх — чуть лениво, но внимательно.

— Всё, что я хочу, — продолжил он, — провести с вами немного времени. И надеюсь, что вы проявите ко мне… хотя бы толику благосклонности. Сопровождайте меня на обед. И на ужин.

— Только сопровождать? — резко спросила Ольга. — Спать я с вами не буду.

Он не сдержал смех — короткий, искренний.

— Ох… — усмехнулся Тимур. — Сколько женщин мечтало оказаться в моей постели — и вот такая дерзость. Нет, Ольга. Я не планировал вам такое предлагать. Но ваш ход мыслей мне нравится.

Он чуть склонился вперед, глаза блеснули.

— Значит, допускаете, что я вам… хотя бы немного привлекательный? — сказал он с нарочитой легкостью.

Ольга медленно выдохнула, не отвечая на провокацию прямо, и тихо уточнила:

— Потом вы меня отпустите? Как только мы войдём в порт?

Тимур наклонил голову на бок, словно взвешивая ответ.

— Как только вернёмся, — произнёс он спокойно, — я позволю вам уйти. Но… — на его губах промелькнула почти невидимая улыбка, — не обещаю исчезнуть из вашей жизни.

Тишина между ними словно загустела — насыщенная, напряжённая, электрическая.

Ольга молчала. Ей потребовалась почти целая минута — долгая, вязкая, наполненная тяжелыми мыслями и внутренними