Грохот ледника - Ольга Акофина Страница 165

– Я заплатила бы.

– Знаю. Но так веселее.

Но вот они пришли к Диане в квартиру, и Маша явно не собирается уходить. Скинув куртку, она хозяйничает на кухне.

– Водка для тебя крепковата, детка, я сделаю тебе коктейль, – сказала она.

Диана лишь равнодушно смотрит, как Маша смешивает водку с ситро и лимоном. А себе делает просто водку с лимоном. Диана берёт коктейль и не задумываясь, выпивает.

– Вот что, давай позвоним Яне, – вдруг предлагает Маша

Зачем? Молча вскидывает на неё глаза Диана.

– Может, она сможет составить нам компанию? Нам есть, что обсудить.

Пока Маша звонит, Диана привалилась на диван, как же ей всё равно, ничего ей уже не поможет.

– Яна может приехать только завтра. Ты завтра же не работаешь? Вроде выходные.

Диана еле помотала головой.

– Я могу у тебя остаться до завтра? А то Макс как озверел последнее время.

Диана кивнула, проваливаясь в черноту. Проснулась она, когда уже за окнами было темно. С кухни лился мягкий свет, тянуло сигаретным дымом и слышались звуки музыки. Кто там? Диана привстала и мгновенно всё вспомнила. Маша.

Войдя на кухню, Диана увидела её, сидящую с ногами на стуле. Почему она ещё здесь? Что ей нужно? Диану прошиб пот, она ждёт Яну, и они вроде договорились куда-нибудь сходить втроём, поболтать. О чём? Обсудить достоинства Глеба? Маша думает, что ей станет от этого легче?

– Проснулась, малышка?

Диана кивнула и поставила греться чайник.

– Будешь? – спросила она Машу.

Маша помотала головой, она уже была весьма подпитая. Видимо, она ещё сходила за добавкой алкоголя. Диана налила себе чай и села рядом. Маша вопросительно указала на бутылку, но она решительно отказалась. Хватит.

– Может стоит поспать? Завтра же ещё вечеринка с Яной.

– Я крепкая, а ты иди, ложись.

– Ты моя гостья сегодня, я так не могу.

– Не надо за мной ухаживать. Я ко всему привычная девушка.

– Но всё-таки я разложу кресло и постелю тебе. А ты уж дальше решай сама.

Диана расстелила постели, подготовила для Маши халат и полотенце, сходила в душ. Маша всё также сидела на кухне курила и пила. Диана легла в кровать, голова всё ещё кружилась от переживаний и алкоголя. Она долго-долго лежала, перебирая события минувшего дня, и, в конце концов её нервы не выдержали, она начала тихо плакать. Она плакала и плакала, пока не почувствовала нежные прикосновения к своим волосам.

– Тихо, детка, тихо, – услышала она чуть хриплый голос, с интонацией как у него.

От этого она разрыдалась ещё сильней. Все пережитые эмоции разом выплеснулись наружу. Она услышала шелест снимаемой одежды и почувствовала, как с неё соскальзывает одеяло и тёплые руки круговыми движениями гладят ей спину через ночную сорочку. Маша нежно-нежно гладила её, заплетала и расплетала волосы, целовала шею, Диана замерла, боялась лишний раз вздохнуть, чтобы не нарушить, не отпугнуть. Маша молча дала ей сигнал перевернуться на спину, и Диана послушно исполнила пожелание. Её тут же окутала волна мягких густых волос, они скользили по её телу, от головы до ног и обратно, вызывая дрожь. Маша развела руки Дианы в стороны, не позволяя ей ничего делать. Но Диана ничего и не собиралась делать, ей хотелось одного, чтобы Маша не останавливалась. Губы Маши на её шее, обнажённая грудь лежит на её груди, и вот Маша, слегка покусывая её за шею, от чего по телу пробегают лёгкие судороги, добирается до её рта. Диана ощутила знакомый запах парфюма и вкус никотина, поцелуи были странно знакомые, точно также он целовал её, и тут уже Диана со всей страстью отвечает на поцелуи, захватывает, кусает в ответ. Маша навалилась на неё всем телом, как когда-то делал он, только была легче, бархатистее. Диана вся мокрая от пота, от возбуждения стонала и выгибалась, я знаю, что ты не мужчина, но сделай что-нибудь, чтобы унять мой пыл. Но Маша мучала её, сама она давно была обнажена, но Диану не раздевала, водила языком через сорочку, кусала и сосала грудь через кружева, не делала попыток снять бельё. Диана сама взяла руку Маши, направила и сжала между бёдрами.

– Ты, правда, этого хочешь? – почти не отрываясь от её губ, спросила Маша, совсем как любил делать он: шептать в губы.

Она лишь кивнула и судорожно вздохнула. Маша снова впилась в неё и сделала то, что она просила. Диана выгнулась и закричала так, что по батарее кто-то ударил. Маша закашлялась и сползла с Дианы. Диана вся в нервных судорогах тяжело дыша, прижалась к ней. Та поцеловала её в волосы и сказала.

– Всё, детка, теперь пора спать.

Диана мгновенно заснула и проснулась, когда утро уже почти прошло. Так долго она не спала давно, и давно не ощущала себя такой физически здоровой. Маша спала рядом, и на удивление, но Диане не было стыдно за вчерашнее. «Неужели я перехожу на женщин?» – подумалось ей. Нет, глухая боль в области сердца говорила ей, что Глеб ещё не отпустил её, что она мучительно любит его. Диана смотрела на спящую Машу, какая всё-таки у неё красивая форма груди, пышные бёдра, талия и чуть заметный округлый животик, на теле ни одного волоска, всё на виду, всё напоказ, это так сексуально. Она вся мягкая, пухленькая, податливая, зовущая, такая непохожая на современных девушек, слишком озабоченных спортом, уходом за собой. Не удивительно, что Глебу нравилось ласкать её, и ей тоже хотелось гладить это бархатное тело, целовать, изучать. Но пусть Маша поспит, она так старалась этой ночью, и Диана выскользнула из постели, заботливо укрыла подругу одеялом и пошла в душ. Выйдя, она уже застала Машу на кухне. Та стояла в халате и курила в форточку.

– Ты в порядке, детка? – спросила она.

– Спасибо тебе, ты и вправду, просто секс-бомба, я его очень теперь понимаю, – без тени стыда сказала Диана.

– Вообще я не по этой части, но ты так плакала вчера. Алкоголь не помог, Глеба вернуть я тебе не могу, надо было что-то делать. Пришлось им притвориться. Получилось?

– У тебя такой же парфюм, как у Глеба. Ты душишься мужскими духами?

– Да, у него офигенный парфюм, я попросила его купить мне такой же, и теперь ношу его с собой. И его запах всегда со мной. Перед тем, как прийти к тебе, я надушилась ими, зная, что тебе будет приятно. А теперь, поскольку я была в роли мужчины, попрошу тебя сварить мне кофе и что-нибудь перекусить, а я пока схожу в