Тени старого Тбилиси - Инга Александрова Страница 16

— А зачем он тебе рассказывал про то, в какую школу ходил?

— Потому что я у него спросила. Он, конечно, настоящий жулик, очень ловко уходит от ответов, но про семью его я все узнала, так что не переживай. Он, кстати, лоботряс и бездельник, но зато честный, репутация у их семьи тоже хорошая. Жены у него нет, детей — тоже, работает в автосервисе у своего дяди, очень творческий, музыкальный. Вообще-то он мне понравился…

— Гванца, ты потрясающая женщина, ты это знаешь?! — мне стало так тепло и весело на душе. Она знает меня чуть больше недели, но уже переживает, чтобы хитрый грузин не вскружил мне голову. — Давай выпьем за тебя!

— И за Шотико, который не умеет язык держать за зубами! — Гванца рассмеялась и подняла свой стакан. Если верить Нике, то развязать язык Гванца может абсолютно любому человеку.

— Но с Никой мы просто друзья, моя дорогая Гванца. У меня в Москве есть отношения, с которыми нужно разобраться.

— Если ты здесь, а он за тобой не приехал — значит, это не отношения.

— Может быть и так. Но, в любом случае, мне нужно хорошенько все обдумать, прежде чем что-то начинать.

— Эка, дам тебе совет. Не думай — чувствуй. Думать будешь потом. А если все время будешь думать, потом думать будет уже не о чем, останется только кусать локти. Поняла?

— Поняла, — кивнула я, хотя, если честно, поняла ее не до конца.

— А Ника правда неплохой парень. Я спросила у него, что он от тебя хочет, он очень смутился, сказал, что помогает тебе с каким-то переводом, что хочет, чтобы у тебя были хорошие впечатления о Тбилиси и просто поддерживает тебя, потому что ты совсем одна в городе.

— И все?

— Я тоже так у него спросила, он сказал, что это все. Но я, конечно, не поверила! — Гванца налила еще один стакан вина, подняла его и со словами “За Бога”, выпила его до дна. — В общем, ты ему правда нравишься.

— Думаешь?

— Ну он бы мне не соврал!

— Это точно!

— Но я обещала ему, что тебе это не скажу.

— Гванца!

— Просто знай, что ты ему симпатична. Хотя, я думаю, ты это и так знаешь.

— Знаешь, мне кажется, все грузины такие — обходительные, внимательные, вежливые по отношению к женщинам. Я не хочу путать вежливость с симпатией, это только все усложнит, а я и так запуталась.

— Поверь мне, далеко не все грузины такие!

— Но даже твой Гиорги всегда мне помогает, предлагает кофе и приносит плед, если становится холодно!

— Это потому что у него такая бабушка, как я. Давай выпьем за детей! — она налила еще один стакан, а я глянула на часы — было около 2 часов дня, но, видимо, для нас с ней день был уже закончен.

— Пусть все женщины воспитывают своих детей так, как ты — своего внука!

Гванца просияла и с удовольствием выпила вино, закусив кусочком сыра. Затем она встала и принялась за мою недобитую курицу. Мне вино ударило в голову, но я наблюдала за ловкими, уверенными движениями этой женщины и понимала, что вино разве что придало ей румянца на щеках и подняло настроение.

— Гванца, а ты никогда не хотела еще раз выйти замуж? — я решила подойти к теме, которая меня так интересовала, издалека.

— Замуж? Зачем мне!

— Ну, может быть второй брак был бы счастливым!

— Мне и первого хватило! Знаешь, несмотря на то, что мы с Гиорги не любили друг друга, я ему очень благодарна за своих детей и за годы, что мы провели вместе. Он об этом, конечно, никогда не узнает. Да и мы так и не развелись.

— Но он же умер?

— Умер? Кто тебе это сказал?

— Ты… — я растерялась, а Гванца обернулась ко мне с ножом в руках.

— Я сказала, что у него был сердечный приступ.

— И что он умер…

— Он живее всех живых! Но для меня он умер!

— Почему?

— Потому что через 45 лет брака он вдруг мне признался, что всю жизнь любил другую. Мы поругались, у него случился сердечный приступ, и я его сначала выходила, а потом выставила. Пусть делает что хочет, подлец!

— То есть он живой? — я не могла поверить словам Гванцы. Ее эмоциональный рассказ еще в день знакомства я восприняла слишком буквально. Впрочем, экспрессия Гванцы иногда настолько зашкаливала, что это и неудивительно.

— Живет в свое удовольствие у своей сестры, как у Христа за пазухой! Любит он, видите ли, эту истеричку деревенскую! И ведь трусливый, гад, даже в старости так и не решился ей на глаза показаться.

— А она тоже живая?

— А ей что сделается? — удивилась Гванца. — Устроила скандал и убралась в свою деревню. Почему ты спрашиваешь?

— Просто интересно…

Мне очень хотелось спросить у Гванцы, где живет Гиорги, но я понимала — я лезу не в свое дело, а от любви до ненависти у этой горячей грузинки будет ровно один шаг. Вряд ли Гванца расскажет мне что-то еще, а, это значит, что нужно найти новый источник информации. Решение само пришло на кухню — проголодавшийся Гиорги, который заглянул на кухню за пирожками, оставшимися с вечера.

Глава 14. Решиться

“Ты свой выбор сделала. Дальше — каждый сам по себе. Я ухожу”.

Я смотрела на это сообщение от Паши в своем телефоне уже несколько минут и не знала, что делать. Наверное, нужно было ответить, но что?

Сказать, что нам нужно поговорить? Но я все еще не знала, что ему сказать. Я чувствовала жгучий ком несогласия где-то в груди и понимала, что не готова вот так разорвать с ним отношения, но и попросить его остаться я тоже не могла. В конце концов, первый шаг сделала я сама, когда сбежала в чужую страну и увлеклась чужими судьбами, чтобы не принимать решения в своей собственной жизни.

Был глубокий вечер, через пару часов за мной должен был зайти Ника, я обещала ему рассказать все то, что узнала от Гванцы. Я подумала, что стоит отменить встречу, но тогда мне придется весь вечер провести одной, а в одиночестве я начинала метаться и накручивать себя.

Чувствую ли я что-то к Паше? Конечно, но что? Любовь? Уважение? Долг? Мне нужен был кто-то, кто помог бы мне разобраться, но я знала —