Измена. Предатели должны гореть в аду - Кира Фарди Страница 13

Галина вскакивает, я облегченно вздыхаю и тоже встаю: совершенно нет желания участвовать в бабских разборках.

Черт! Где же Юля?

Чувство тревоги все растет. Обхожу сад, заглядываю в каждый уголок, сворачиваю за дом и вдруг натыкаюсь на парочку.

— Мика, — доносится капризный голос, я дергаюсь, узнав его, — твоя сучка залила мне платье.

— Зая, я куплю тебе новое.

— Мне нравилось это.

— Куплю такое же. Иди ко мне.

— Не хочу, ты подкаблучник, Мика. Побежал за ней на полусогнутых.

— Она моя жена.

— Когда ты уже с ней разведешься?

— Скоро. Иди ко мне.

— Отстань.

«Как это понимать? — ногти впиваются в ладони. — Михаил и Анжелика? У них связь? А как же Юля? Вот ублюдки!»

Делаю шаг вперед, спотыкаюсь, хватаюсь за куст. Парочка испуганно сбегает. Я начинаю понимать, что происходит, но еще до конца не могу поверить в услышанное. А вдруг и Юля это видела?

Открываю дверь в коттедж и замираю: Юля спускается по ступенькам, но это уже совсем не она. Передо мной появляется шальная девчонка в коротких шортах и розовом топе. Ее яркий макияж, немного развязные движения, и соски, оттопыривающие ткань топа, бьют по чувствам, будто кувалда по наковальне. Мозги кипят, а мое естество делает стойку.

От панического бегства спасают шаги на крыльце. Я хватаю девушку и толкаю ее в ближайшую комнату. Мы замираем, слушаем разговор двух женщин, гадкий и неприятный, но близость Юли сводит с ума, ее запах будоражит, вызывает волнение, я почти не вникаю в слова дам, чувствую только, как Юля напрягается в моих руках.

И вот теперь она говорит мне страшные слова, подтвердив, что знает об измене мужа. Первый порыв — выскочить из дома и хорошенько вмазать в красивую физиономию стоматолога, гаснет на корню: Юля вцепляется в мою руку и не пускает.

— Я не хочу скандала!

— Но почему? Это неправильно!

Меня трясет от возмущения и злости. Внутри разгорается пламя, кажется, что этот огонь испепелит душу дотла. Как посмел этот мудак изменить такой идеальной женщине, как Юлия Геннадьевна? Как посмел? Чего ему не хватало? Красивая, уравновешенная, умная, ни разу не видел ее в плохом настроении, никогда она не срывала раздражение на других.

Я бью кулаком по стене, попадаю в картину. Стекло рамы покрывается мелкими трещинами, едва успеваю закрыть Юлю от осколков, всего трясет от страха за нее. Но она словно и не замечает ничего, умоляет:

— Помоги мне отомстить.

Я замираю с поднятой рукой, в которой зажимаю носовой платок. Мы стоим в темноте комнаты и оба тяжело дышим. В голове крутится множество мыслей.

— Как ты хочешь отомстить? — спрашиваю осторожно и отодвигаюсь.

Понимаю, что человек в состоянии аффекта на многое способен, но, если она сразу не устроила скандал, не разобралась с мужем и соперницей, значит, хочет сделать что-то другое. Но что?

— Я его люблю, — судорожно всхлипывает она, — л-любила. Не знаю… сердце болит… не могу больше выносить эту муку…

Опять протягиваю ей платок.

— Тогда выскажи ему все в лицо и уйди, хлопнув дверью.

— Куда? — она смотрит на меня блестящими глазами. — Я живу в его квартире.

— У тебя подруги есть?

— Галка, но она тоже меня предала.

— Вот стерва! — скриплю зубами, растерзал бы эту гадину своими руками. — Хорошо, как вариант — отель.

— Нет. Я же пять лет строила свое гнездышко, не могу это вот так просто бросить.

— Поехали ко мне, и пусть он побесится, когда поймет, что потерял тебя.

— Не хочу.

— Тогда чего ты хочешь?

— Отомстить.

Так, разговор заходит в тупик. Я понимаю: Юля все еще в шоке, просто он переходит в стадию растерянности: «поди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю, что». Еще и болтовня двух старых сплетниц добила.

— Хорошо. Предлагаю первый шаг мести.

— Какой? — Юля встряхивается, вытирает глаза, расправляет плечи.

— Мы сейчас уезжаем. Тихо, по-английски, не прощаясь, и пусть твой муженек подергается. Согласна?

Глава 12

Предложение Тараса ставит в тупик. Я никогда не была склонна к решительным действиям, может, поэтому свекровь считает меня бесхребетной размазней, недостойной ее сына.

В голове тут же заметались сомнения. «А если Миша обидится? Ты ни разу так не поступала. Вдруг он расстроится, ты испортишь ему праздник», — нашептывал мне внутренний голос. Сама ситуация, что я прячусь в темной спальне свекров с посторонним мужчиной уже наполняла душу неосознанным страхом.

«Эй, блаженная, встряхнись! — завопила самооценка. — Эти люди унизили тебя, муж растоптал самолюбие, а ты его еще и жалеешь? Точно идиотка!»

Я глубоко вдыхаю и неожиданно улыбаюсь.

— Д-да, я сначала так и хотела… на твоей машине. Но потом… испугалась…

— А если ты уедешь со мной, — продолжает Тарас, — будет дергаться и подруга.

Мне определенно нравится эта мысль, так и хочется крикнуть: «Говори-говори!»

— Точно. Она еще спрашивала меня, не хочу ли я тобой заняться.

— Даже так? — Тарас наклоняет голову и с любопытством смотрит на меня. — И что ты ей ответила?

— Не важно, — ворчу, чувствуя, как щеки заливает краска

Удивительное дело, разговаривая с ним, я успокаиваюсь, расслабляюсь, начинаю думать о чем-то, кроме измены Мишки.

— Помнишь, эти леди хотели проверить тебя в спальне?

— Д-да.

— Наверняка они уже поднялись наверх, но тебя не обнаружили.

— Грустно все это, — судорожно вздыхаю, сердце будто скукоживается, а ребра, наоборот, сжимаются и не дают сделать полный вдох, губы дрожат. — Никто даже не всполошился.

— Вот и ты в голову не бери. Поехали?

Как-то незаметно неловкое «вы» сменилось на дружеское «ты».

— Я сейчас, только сумку возьму и переоденусь.

— Погоди секундочку.

Тарас идет к окну, под подошвами хрустят осколки стекла. «Вот удивится свекровь, когда вернется и включит свет! — появляется злорадная мысль. — Подумает, что воры залезли».

Мне уже начинает нравиться предложение Тараса, а в голове зреет идея. Нет, прощать я не намерена. Шок и растерянность пройдут, и начну действовать.

Тарас отодвигает штору, я вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть, что творится на лужайке. А там как ни в чем ни бывало продолжается торжество. Слышатся веселые крики, смех, несколько пар кружится в танце, мелькает белое платье Анжелики, Мишка крутится рядом. С горечью в сердце понимаю, что я чужая на этом празднике жизни. Нет смысла держаться за квартиру, уютное гнездышко, мужа. Но я ни за что не уйду без сражения! Это теперь знаю точно.

— Все тихо, — Тарас поворачивается ко мне. — Я буду ждать тебя у проходной. Ты там оставила мой Ровер? — киваю. — Сможешь выйти из дома незаметно?

— Постараюсь.

Тарас первый выскальзывает из