Развод. Исправить ошибку - Ари Дале Страница 11

— Вы все сказали? — вздыхаю, мои плечи опускаются. — Теперь я могу ехать домой?

Мужчина приподнимает бровь. Но проходит мгновение, как уголок его губ ползет вверх, порождая коварную ухмылку.

— Как я понял, ты обратилась к бывшему мужу, чтобы он защищал твои интересы, — говорит Михаил Александрович слишком буднично.

Сердце пропускает удар. Глаза расширяются. Волосы застревают между ресницами, попадают в приоткрытый рот. Приходится вытаскивать руку из кармана, чтобы заправить непослушные, щекочущие лицо пряди за ухо.

— Откуда вы знаете? — говорю тихо, но ветер доносит мужчине мои слова.

— Не думала же ты, что я оставлю тебя без присмотра? — его усмешка становится шире, а в глазах мелькает настоящее безумие. — Думаешь, бывший муж тебе поможет? Хотя, не отвечай! Давай спросим у него, чтобы он сделал, если бы ты убила вашего сына. Как там его зовут? Саша?

Мужчине не ждет моего ответа. Просто переводит взгляд мне за спину. К горлу подступает тошнота. Тяжелый воздух оседает в легких, а кожу покрывают ледяные мурашки. Вот только они ничего общего не имеет с очередным порывом ветра.

Медленно оборачиваюсь. Моментально замечаю Лешу, идущего широкими шагами в нашу сторону.

Глава 13

Плечи бывшего мужа расправлены. Он двигается быстро, будто не замечая холода. Хотя на нем лишь брюки и белая рубашка, рукава которой закатаны до локтей. Лица не вижу, но складывается впечатление, что сейчас Леша больше напоминает призрака, живущего на кладбище, чем человека.

Не проходит и минуты, как он останавливается рядом со мной, хватает за запястье и поворачивает к себе.

— Ты в порядке? — он быстро осматривает меня с ног до головы, прежде чем сосредоточится на лице.

С каждой секундой молчания взгляд бывшего мужа все больше леденеет, после чего он резко смотрит мне за спину.

— Вы перешли черту! — говорит Леша жестко, заталкивая меня за свою спину.

Не сопротивляюсь. Не могу и не собираюсь. Позволяю бывшему мужу встать передо мной, а сама разворачиваюсь и делаю шаг в сторону, чтобы видеть лицо Михаила Александровича. Сразу же жалею, что вышла из укрытия! Бессердечный взгляд мужчины находит мой, а на лице начинает растягиваться коварная ухмылка.

Желудок сдавливает сильнее, когда вспоминаю, что он обещал приплести к разговору Сашеньку.

— Алексей Викторович, рад, что вы приняли мое приглашение, — вздернув бровь, мужчина смотрит на моего бывшего мужа.

— Звонок с информацией о том, что моя жена у вас, а вы на кладбище, вряд ли можно назвать приглашением, — Леша делает шаг вперед. — Вряд ли Лена поехала бы с вами по своей воле. Это уже можно классифицировать как похищение.

Михаил Александрович начинает громко смеяться, запрокинув голову. И перестает также резко.

— Зачем вы так? — натягивает на себя любезную маску. — Я всего лишь хотел поговорить с вашей бывшей, — выделяет последнее слово, — женой в приватной обстановке.

Из меня вырывается шокированный выдох, который поглощает карканье ворона.

Если я думала, что плечи бывшего мужа были напряжены, то очень сильно ошибалась. Сейчас они становятся еще шире и окаменевают, а пальцы сжимаются в кулаки.

— Михаил Александрович, — Леша понижает голос, при этом наполняя его силой. — Попрошу воздержаться от “приватных” встреч с моей женой и по совместительству с клиенткой.

— Значит, все-таки клиенткой? — плотоядно усмехается мужчина. — Я еще не отправил жалобу в следственные органы, но, видимо, зря. Если у госпожи Орловой, — бросает презрительный взгляд на меня, — появился адвокат, это нужно сделать в ближайшее время. Невиновные люди не бегут к адвокатам сломя голову.

— Невиновным людям тоже нужна защита. Иначе, моей профессии не существовало бы, — лица Леши не вижу, но голос звучит так, будто он говорит о самых очевидных в мире вещах. Очень удивлюсь, если он сейчас не подавил желание закатить глаза. — Зачем вы меня сюда пригласили?

— Подумал, что если ваша бывшая жена не согласится на мое предложение, то хотя бы ее адвокат одумается, — Михаил Александрович пожимает плечами.

— О каком предложении речь? — Леша засовывает одну руку в карман брюк, скорее всего, хочет выглядеть менее напряженным, чтобы оппонент тоже немного расслабился. Но спина бывшего мужа больше напоминает скалу.

— Я хочу предложить Елене сделку: она признает свою вину в гибели моего нерожденного сына, а также больше не возвращается к работе в больнице и пациентом, а я, в свою очередь, замну дело о врачебной халатности, — слова Михаила Александровича звучат спокойно, я бы даже сказала, буднично. Будто он сейчас не о моей судьбе разглагольствует, а обсуждает новости с приятелем. — Думаю, вам, как разумному человеку, захочется рассмотреть этот вариант. Все-таки он намного лучше, чем сесть в тюрьму за убийство.

Леша склоняет голову к плечу, скорее всего, сводит брови к переносице, как делал всегда, когда размышлял, и пристально смотрит на мужчину перед ним. Оценивает? Раздумывает? Тошнота подбирается к горлу, дрожь, ни на секунду не оставляющая меня, усиливается. Я не собираюсь признавать вину! Ни за что! И Леша — не мой адвокат! Глеб… Да, Глеб! Он мне поможет. Точно поможет, даже если Леша сейчас согласится на идиотские условия, у меня есть Глеб!

— Есть ли у вас доказательства вины моей клиентки? — деловой тон бывшего мужа вводит в ступор.

Брови Михаила Александровича взлетают.

— Вам мало того, что мой ребенок умер у нее на столе? — выплевывает он.

— Я так понимаю, ответ на мой вопрос “нет”. В таком случае, должен отложить решение по вашему предложению до выяснения всех обстоятельств, а пока мы вас покинем, — Леша резко разворачивается, не глядя, хватает меня за руку и тащит в ту сторону, откуда пришел.

Амбал не двигается. Мы спокойно проходим мимо, а я шумно выдыхаю. Даже плечи опускаю. Никто не пытается нас остановить. Значит, я скоро выберусь из этого кошмара. Вернусь к Сашеньке!

— Елена, — кричит нам вслед Михаил Александрович, — прошу прощения, что забрал вас от сына, — спотыкаюсь, Леша застывает рядом. — Надеюсь, он не остался один дома, и с ним всем будет в порядке. Не то, что с моим ребенком.

Бывший муж превращается в статую.

Глава 14

— Что он сейчас сказал? — Леша медленно переводит взгляд на меня. Он непроницаемый, пустой, но мне от него становится по-настоящему жутко.

Напряжение, которое только начало отпускать, вновь вспыхивает с новой силой. Кровь отходит в ноги, заставляя меня заледенеть от страха. Я знала, что этот момент настанет,