Чужие под одной фамилией - Александра Новикова Страница 10

— Это не глупость, — я снова усмехнулся. — Это воспитание.

— Перерыв закончился, — он устало вздохнул. — Не лезь никуда, не хочу опять тебя из ментовки забирать.

— Ладно, давай, постараюсь, — я сбросил звонок и резким щелчком отправил окурок в землю.

Тяжело вздохнув, я сунул руки в карманы и побрёл по территории. Вокруг кипела жизнь: кто-то рубился в волейбол, кто-то возился у костра. Я не искал ничего конкретного, просто надеялся найти хоть какое-то вменяемое занятие, чтобы развеяться.

И вдруг — голоса. Сначала неразборчивый гул, а потом слова ударили по ушам:

— Свадьба через пять дней, Ника! Ты вообще собиралась мне об этом рассказать?! — грубо шипел Тим.

Я замер и прислонился спиной к дереву, продолжая слушать их разговор.

— Тим, я не хочу этой свадьбы! Меня заставляют! — голос Ники ломался.

Что блять?!..

Подался в сторону, чувствуя, как кора дерева царапает ладонь, но было плевать.

— Отец решил за меня… — она говорила всё тише, слова тонули в судорожных всхлипах. — Он гораздо старше меня, Тим. Я не хочу этого, но меня не спрашивают.

— Ника, — в голосе мажора прорезалась мерзкая усмешка, — Ты из-за этого не соглашалась спать со мной?

Нихуя себе, это блять единственное, что его сейчас волнует?! Ублюдок!

Я чуть высунулся из-за ствола. Ника стояла, заламывая руки, её буквально колотило, а по щекам сплошным потоком текли слёзы.

— Что? — она смотрела на него в полном недоумении.

Тим горько усмехнулся, но в его глазах полыхала чистая злость:

— Мы встречались почти полгода. Каждый раз, когда я пытался быть ближе, ты отталкивала меня. Теперь понятно для кого ты себя берегла.

— Тим, ты… — голос Ники окончательно надломился, превратившись в едва слышный шёпот. — Как ты можешь так думать…

Пиздец!

Я слышал слова, но они не укладывались в голове. Тим продолжал что-то выкрикивать, обвинял, орал — в своём репертуаре. Вскоре прибежала Алиса, а на их крики начали стягиваться остальные, превращая всё в дешёвый цирк.

И вдруг пазл в моей голове сложился. Мерзкий, чёткий пазл. Её слёзы той ночью в столовой, как рыдала, задыхаясь... Теперь я понял, что именно её тогда сломало, но от понимания стало только хуже.

А потом — звук быстрых шагов. Ника сорвалась и побежала в сторону леса. Я видел, как её силуэт мелькает между стволами. Она бежала не оглядываясь, но никто даже не дёрнулся пойти за ней. Тим постоял, перекинулся парой фраз с Алисой, и они оба пошли в противоположную сторону.

Никто за ней не пошёл... Она настолько всем нужна, что ни одна скотина, за ней не пошла...

Тяжело выдохнув, я зашёл за корпус и, обогнув его, рванул в чащу. Ей и так хреново, не хватало ещё проблем от того, что я сорвался за ней на глазах у всей школы. Я бежал, надеясь наткнуться на след. Ветер хлестал по лицу, под ногами с треском ломались ветки, а дыхание сбивалось.

— Ника! — кричал, срывая голос. — Ника!

Тишина. Я в панике начал крутить головой, заглатывая холодный воздух, как утопающий.

Куда ты убежала, Ника?

Мысль о реке резко ударила в голову. Если она там...

Блять, Ника, не вздумай!

— Ника! — я орал во всю глотку, но лес поглощал мой голос.

Рванул к воде, перемахивая через спутанные корни, не чувствуя ударов веток по лицу. Лишь бы только успеть.

Мост возник внезапно — старый, скрипучий. Я вылетел на открытый берег и замер… Пусто, ни души. Только тёмная, маслянистая вода безмолвно несла отражения туч.

— Ника… — выдохнул, всматриваясь в зловещую гладь.

Мир словно затаил дыхание. Я сделал шаг к перилам, глядя вниз — ничего. Либо я опоздал, либо её здесь и не было...

Чёрт, Ника, ну, где же ты?!

Я пытался отдышаться, дико озираясь, и когда из глубины чащи долетел её надрывный крик. Сердце пропустило удар.

— Замолчи!.. Замолчи!..

Я бросился на звук. Она стояла на поляне, затравленно крутясь на месте с распахнутыми глазами, и хватала ртом воздух, словно тонула на суше.

Господи, живая...

Шагнул вперёд, и прижал её к себе, одной рукой фиксируя затылок, другой — прижимая лопатки. Она дёрнулась, начав биться в моих руках.

— Нет, Ян, отпусти... — рыдала, задыхаясь.

— Эй... Эй, тише, — я старался говорить мягко, хотя сам был натянут, как струна.

Ника не слышала, продолжая вырываться. Губы посинели, грудь ходила ходуном, а кислорода всё равно не хватало.

— Я не могу, не могу, Ян!

Это отчаяние в её голосе прошибло меня насквозь. Я не шевелился, держа её мёртвой хваткой, пока Ника наконец не обмякла. В следующую секунду её пальцы вцепились в мою куртку с такой силой, что даже при желании, не уверен, что смог бы оторвать её от себя. Ника рыдала, захлёбываясь слезами, и всем телом умоляя не бросать её.

— Мне страшно, Ян.

Внутри меня что-то окончательно надломилось.

— Я знаю, — тихо выдохнул ей в макушку.

— Каждый день, каждую минуту, — голос дрожал от слёз. — Всё что я чувствую, это страх и беспомощность.

Прижал её к себе ещё крепче, медленно поглаживая по волосам, пытаясь хоть немного унять эту дрожь.

— Я пыталась отказаться, пыталась уговорить папу, — оправдывалась она, хотя я был последним человеком в мире, перед кем ей стоило это делать. — Но... он ударил меня.

Ника зашлась в новом приступе плача, буквально вжимаясь в мою куртку. Я никогда не был святым и уж точно не считал себя "хорошим парнем". Но я знал одно: я бы никогда не поднял руку на женщину, тем более на собственную дочь.

Медленно и мягко я опустил нас на поваленное дерево, не выпуская Нику из рук. Она не сопротивлялась, сидела, уткнувшись мне в грудь, и продолжала плакать.

— Мне жаль, — глухо отозвался и, помедлив, всё же решил спросить. — За кого тебя хотят выдать?

Ника вздрогнула так резко, что я сразу же пожалел, что вообще открыл рот. Она напряглась, пальцы сжались, и я понял, что этот вопрос для неё был больнее, чем всё, что она успела рассказать до этого. Хотел было сказать, что неважно, что не буду спрашивать, если она не хочет. Но она всё-таки заговорила:

— Кирилл.

До меня не сразу дошло.

— Кирилл? Вожатый?

Она нервно кивнула.

Пиздец...

— Той ночью, когда ты нашёл меня, — каждое слово давалось ей с огромным трудом, но она упрямо продолжала, не в силах больше носить это в себе. — Он насильно поцеловал меня... И схватил за грудь.

— Что? — мозг на секунду заклинило.

— Я пыталась, правда пыталась, Ян, — она подняла голову,