Чертовски неправильное свидание - С. Р. Джейн Страница 62

– О, черт, позволь мне помочь тебе с этим, – сказал Кэмден совсем рядом со мной. Я повернул голову и увидел, как он неловко пытается поднять полотенца, которые уронила сотрудница. Ари фыркнул, когда Кэмден чуть не упал, схватив одно из них.

– Теперь я понимаю, – размышлял он. – На его лбу буквально написано «Герой».

– Серьезно? – фыркнул Логан, скрестив руки и склонив голову. Он разглядывал девушку, которая смотрела на Кэмдена влюбленными глазами за то, что тот ей помог. – Его тактика безотказно работает на девушках. Количество задниц, которое получает этот парень, просто огромно.

Кэмден махнул девушке, выглядя максимально вежливым, а затем развернулся и вновь оказался на льду.

– Заметка для себя: Кэмдену Джеймсу запрещено находиться рядом с моей леди, – беззаботно сказал Ари, играя с шайбой, когда мы продолжили тренировку.

Я тоже сделал заметку в голове. Знаете… на всякий случай.

* * *

Я чувствовал себя смертельно уставшим, но мне не терпелось вернуться к Оливии. Она жила у меня, пока искала жилье для себя. Обычно Джолетт сама организовывала ее быт, но поскольку моя цель была в том, чтобы держать Оливию как можно ближе к себе, в этот раз все было по-другому. Я подкупил ее риелтора и договорился, чтобы он не искал для нее квартиру. Оливия, конечно, об этом не знала, поэтому у меня была самая прекрасная и идеальная соседка по комнате из всех возможных.

Линкольн оставил на парковке рядом со мной одну из своих спортивных машин, и мы молча шли к автомобилям. Всю дорогу он с кем-то переписывался – то есть, с Монро.

– Увидимся, – сказал я ему и открыл дверь своего пикапа.

– Эй, я должен тебе кое-что сказать, – начал Линкольн, прежде чем я успел сесть в машину.

Он говорил голосом «капитана Линка», и я сразу занервничал.

– Что такое?

– Я не знаю всего, что случилось с Оливией, но что я точно знаю, что, скорее всего, она когда-нибудь узнает всю правду.

Ну, черт. Такого разговора я сегодня не ожидал. Я настороженно посмотрел на него.

– Просто будь готов, – сказал он. – Она захочет сбежать… и я бы посоветовал не дать ей этого сделать.

С этими мудрыми… и зловещими словами… он дошел до своей машины и сел в нее.

У меня побежали чертовы мурашки по коже.

Я был глубоко погружен в свои мысли всю дорогу домой, значительно превышая ограничение скорости, потому что его слова заставили меня чертовски нервничать.

А что, если ее не будет, когда я вернусь?

А что, если однажды она уедет, и я больше никогда ее не найду?

Когда я завернул во двор и припарковал пикап, мне почти удалось убедить себя в том, что когда зайду, ее в квартире не будет.

Все мои тревоги исчезли, когда я оказался на пороге. И вот она.

Оливия сидела в одной из моих футболок на диване, перебирая струны на своей гитаре. То, как загорелись ее глаза, когда она увидела меня… если бы я уже не был влюблен, я определенно сделал бы это сейчас.

– Дорогая, я доооома, – театрально позвал я ее, ставя сумку на пол и пытаясь скрыть тот факт, что последние двадцать минут меня охватывала самая настоящая истерика.

Ее ответный смех успокоил что-то внутри меня.

– Как прошла тренировка? – спросила она, в то время как я нерешительно оставался стоять у двери.

Наконец, решился: «к черту все». Я принял свое безумие, когда подошел к дивану и, подняв ее, усадил к себе на колени, чтобы обнять.

Мне потребовалась секунда, чтобы почувствовать ее запах и успокоить свое колотящееся в груди сердце. Теперь я был убежден, что она действительно здесь.

Она молчала, вероятно, почувствовав мое настроение, которое я изо всех сил старался скрыть.

– Как прошла тренировка? – снова поинтересовалась она, но уже тише, когда атмосфера в комнате стала более мечтательной и легкой.

– Команда просто невероятная. Я просто чувствую это, понимаешь… что этот год будет особенным. – Она положила голову мне на плечо и нежно погладила мою руку.

– Прямой путь к Кубку Стэнли.

– Тсссс. Так говорить нельзя. Это плохой знак! – вскрикнул я, закрывая ей рот рукой. Она укусила мою руку, и я зарычал, чувствуя, как твердеет мой член.

В последнее время я узнал много нового о своих сексуальных предпочтениях. В том числе и об укусах.

– Ты работаешь над новой песней? – полюбопытствовал я, и она кивнула, почти застенчиво, словно не понимала, что я могу подумать об этом.

– Позволишь мне послушать? – пробормотал я. Она на мгновение замерла.

– Конечно.

Я поднял ее и прижал к груди, держа в руках гитару.

– Что ты делаешь? – со смехом сказала она.

– У меня есть идея. Думаю, тебе стоит спеть, пока мы в постели.

– В постели, да?

– Да, в постели. Пока я внутри тебя. Это, возможно, лучшая идея, которая у меня когда-либо была.

Она фыркнула.

– Ну, что ты думаешь? – продолжил расспрашивать я, ногой распахивая дверь спальни, так как не хотел Оливию отпускать.

– Определенно стоит поэкспериментировать, – серьезно сказала она.

– Мне нравится такое отношение, Джонс, – пробормотал я, аккуратно укладывая ее на кровать. Она посмотрела на меня, черты лица смягчились в слабом свете комнаты. Каждый раз, когда видел ее, у меня перехватывало дыхание.

Иногда я задавался вопросом, не порождение ли она моего сна, темного сна, в котором все, что мне нужно в жизни, заключено в одном человеке – той, за которую пришлось продать свою чертову душу. С рассыпанными по подушке волосами подобно нимбу, тонкими чертами лица, освещенными мягким светом, она действительно выглядела как ангел.

Каждый изгиб, каждая линия и контур были идеальны, они служили доказательством ее совершенства. Я провел кончиками пальцев по подбородку Оливии, восхищаясь всем – тем, как ресницы касались щек, как губы растягивались в улыбке. Она была намного лучше всех, кого я когда-либо знал. Иногда мне казалось, что она – мой рай. Рай, который низвергнет меня в ад, если я продолжу гнаться за ним.

– Я одержим тобой, – пробормотал я, и она улыбнулась, потому что подумала, что это шутка.

Наклонившись, я провел губами по ее шее, ответный вздох сделал мой член еще тверже.

Я встал.

– А теперь раздевайся.

Оливия

Смотреть на него так близко… было невероятно. Быть таким красивым незаконно. Мне хотелось облизать его всего… и я наконец решила, что больше не считаю это странным.

Учитывая, что я с утра до вечера была одна,